Сёдзи Гато – Будь со мной всегда! Часть 2 (страница 9)

Слушайте мои слова... Слушайте, запоминайте и делайте то, что должны. Это самая важная вещь, которую вам предстоит сделать.

Ее голос был пряжей, сотканной ею самой из нитей прошлого и настоящего. Она сплетала воедино ткань пространства и времени...

«И это еще не все. Это будет воистину мир во всем мире, где никому не будет больно. Люди думают, что это невозможно, но это так. Если я смогу понять все картину причин и следствий, достичь сердца каждого человека...»

Изменение начнется с того дня, что считался точкой отсчета – 24 декабря, восемнадцать лет назад. После этого, за десять лет до сегодня, мир обратится мирным путем, в течение следующих восьми лет ей даже не придется ничего делать. Все будет в порядке.

Например: одним зимним утром, я, восемнадцатилетняя девушка, просыпаюсь... О, я плохо просыпаюсь по утрам. Моя мама и младшая сестра пришли разбудить меня. Мама серьезно заболела около четырех лет назад, но врачи быстро обнаружили причину болезни и спасли ей жизнь. Теперь она так же здорова, как и до этого. Они трясут футон, пока я не вылезаю из кровати. Еще сонной, я иду в столовую – папа там читает газету. Раньше у отца в голове была одна работа, но из-за маминой болезни он ее поменял и теперь может проводить больше времени дома. Я обмениваюсь с ним парой фраз и присаживаюсь на свое место, чтобы позавтракать.

[...Я всегда убеждал себя, что ты особенная...]

По телевизору идут самые обыкновенные новости: второй президент ООН выступает со своей речью в Египте. Похоже, их план по высадке леса в Сахаре увенчался успехом, и первый этап в этом нелегком деле уже пройден. Потом новости об Афганистане, где боевые действия закончились десять лет назад, а индустрия туризма процветает; самый низкий уровень самоубийств в Японии; пять лет с момента уничтожения последней ядерной ракеты.

[...Думаешь, ты принцесса?...]

Я доедаю завтрак и собираюсь в Старшую школу Камаока. Школьная форма там простая по сравнению с Дзиндай, в которую, кстати, я тоже хотела пойти. Но по прошествии трех лет обучения я уже успела привыкнуть к ней.

Начиная с весны, я буду студенткой – у меня уже есть рекомендации.

[...Ты эгоистичная избалованная девица...]

Мир на пути к гармонии и процветанию. Никто не знает, что я сама смогла его исправить, хотя это не важно. В конце концов, это именно то, чего я хотела...

[...Я не прав? Тогда подойди и врежь мне своим веером...]

Этот шум... Он не прекращался. Всего лишь одно попадание по устройству, но эхо не исчезало. Этот шум нарушал гармонию в ее мыслях... Гармонию, которую она собиралась внести в новый мир. Неприятный мужской голос, отчаянно цепляющийся за нее, не уходил из головы. Усиливалось чувство дискомфорта, будто голос говорил что-то важное...

Уходи, уходи!...

Нет, все хорошо. Она просто продолжит, игнорируя голос – это то, что она хотела сказать. И потом, далеко, очень далеко...

«...К...»

Это был еще один голос, очень слабый. Кто-то еще говорил.

«...К...на...»

Голос становился сильнее. Теперь она могла сказать, что это девушка.

Может, это мой голос? Нет, я ничего не говорила.

«...К...ты...на...»

Голос становился чище. Она уже могла разобрать слова.

«...Кого ты на...?!»

Голос стал слишком громким... Необъяснимо громким...

Стой... Стой... Стой!!! Часть меня уходит... Я разделяюсь надвое!... Стой!

Наконец, голос стал окончательно четким.

«...Кого ты назвал избалованной девицей?!!!» - закричала Канаме Чидори.

Казалось, что ее разум был озером, и она прорывалась через его поверхность, крича, захлебываясь, задыхаясь... Теперь она могла сказать все, что была вынуждена сдерживать в себе.

«Заткнись и слушай меня! Думаешь, у тебя есть право так на меня кричать?! Ну конечно, это ведь моя вина! Я не смогла себя сдержать, и поэтому все так кончилось! Да-да, мне очень жаль! Почтовые ящики слишком красные, а телефонные столбы слишком высокие – это же тоже моя вина, естественно! Кстати, они не могли делать почтовые ящики белыми восемнадцать лет назад! Но тебе на все плевать, это же моя вина!

Но я – избалованная девица?! Я никогда тебе этого не прощу! У меня тоже были неприятности! В нормальной жизни я бы никогда не истерила! Ведь я обыкновенная старшеклассница! Ты должен быть благодарен!

А вместо этого, что я получаю? «Я разочарован в тебе» - а кто ТЫ такой? Я – избалованная девица? Почему я должна слушать военного маньяка?

Это ТЫ меня разочаровал! У тебя было время подготовиться, но ты не придумал ничего лучше, чтобы сказать?! Почему ты делаешь все в последний миг?...

Я была бы счастлива просто находиться рядом с тобой! На твоем месте я бы сказала «Я люблю тебя, Канаме», или что-то подобное... Но ты не смог сделать даже этого! Или ты просто не хотел? Что, не видел меня целый год, и тебя это даже не заботило? И кто же занял мое место? В конце концов, тебе же нравится быть с Тессой, да?...

А-а, да-да, хорошо. Меня это не волнует. Она хорошая девушка, не то, что я, избалованная девица, да?!

Ах, я не хочу знать, мне все равно! Разворачивайся и убирайся, идиот! Просто оставь меня здесь, и делай, что хочешь!!!»

Да, она прорвалась через это озеро мыслей только чтобы сказать эти слова, выплеснуть свою глупость, детскую злость... И таким образом снова стала самостоятельной.

Она Канаме Чидори. Я... София. Я обманывала саму себя, и ее тоже. Но это не беда, теперь я подавлю ее раз и навсегда. Подчиню своей воле. Мне также придется изменить свой внешний вид, чтобы соответствовать самой себе.

Последний и величайший бой начался в тот момент, у нее в голове.

* * *

Все это звучало не логично, аморально, но она выразила свои истинные чувства. Сейчас Канаме была похожа на ребенка, который в гневе бросился на пол, стал дергать ногами и вопить. Однако самым важным было то, что она могла говорить.

И все это благодаря ему.

«Соске...»

Пока девушка кричала и медленно приходила в сознание, она поняла его намерения. Поняла, что именно на это он и рассчитывал. Она находилась в океане бессознательности, в постоянной дремоте. А он спас ее. Однако это было сделано слишком «по-солдатски».

Теперь она была посреди какого-то видения. Полностью белое место без стен, пола и потолка. Канаме парила абсолютно голой.

«Плохая идея ходить голышом...»

Чидори определилась, где для нее верх, а где – низ. Единственное, что ей было нужно, это какая-та одежда. В тот же миг на ней появилось черное безрукавное платье.

«Итак...»

Она была одна. Здесь, внутри своего разума. Нет, поправка – тут был кто-то еще.

- Что будем делать? – позвала она Софию, осматриваясь.

Она не знала ее лица, и поэтому увидела ее в точности такой же, как и Канаме... Только на Софии было белое платье. Но они не были похожи, как можно было сказать на первый взгляд. Даже не смотря на то, что выглядели они одинаково.

- Что ты имеешь в виду, – улыбнулась девушка, – Мы ведь уже начали. Давай покончим с этим.

- Я так не думаю.

- Почему?

- Это ты начала, и я не имею с этим ничего общего. Тебе не нужна моя помощь.

- Я знала, что ты так скажешь. Знала уже давно. Когда я начала шептать тебе, ты была такой вызывающей, такой... Агрессивной.

Этот голос, который разносился повсюду, вплоть до гор Северной Кореи, - все это делала София. Теперь Канаме поняла, зачем она шептала ей. София хотела поменяться с Чидори местами.

- Ты хоть понимаешь, насколько абсурдна твоя идея?

- Не думаю, что мне стоит тебе что-либо объяснять. Да сих пор ты была со мной заодно, поэтому сама должна все знать.

София была права, Чидори не нуждалась в объяснении. Теперь Канаме была ее старым эго, но ее воспоминания до того момента, когда она объединилась с Софией, никуда не делись. Она прекрасно знала, что София за человек, и почему она это делает.

- Послушай, я знаю, что ты через многое прошла, и мне действительно тебя жаль. Тем не менее, воровать жизни других людей, чтобы создать новую себя – негуманно.

Физически, София давно была мертва. Восемнадцать лет назад она стала подопытной для TAROS в Янске-11, и, когда эксперимент вышел из-под контроля, она умерла. Однако, незадолго до смерти, ее психические волны усилились во много раз, и не только убили людей в непосредственной близости, но и достигли новорожденных по всему миру. Эти волны также достигли будущего, где была другая София (или Канаме) – она рассказала ей о новорожденных «Шепчущих», и из будущего она передавала им информацию, которая стала известна как «Черные технологии».

Так появился этот мир. «Черные технологии» не были чем-то из конца следующего столетия. Просто они должны были появиться только через восемнадцать лет. Она могла бы догадаться, что эти восемнадцать лет будут повторяться снова и снова, и эта технология была их продуктом. Но это были всего лишь догадки, ни Канаме, ни София не могли знать правду. Никто не мог знать, какова первоначальная форма этого мира – все равно, что искать край Вселенной: он вроде бы и где-то здесь, но он слишком далек для человеческого восприятия.