Сёдзи Гато – Боец-юнец встречает девушку (страница 28)

«Я не могу позволить себе быть нетерпеливым, — убеждал себя Соске. — Приоритетная задача — обеспечение безопасности заложников в самолете. Безопасность Канаме лишь во вторую очередь. Кроме того, террористы пошли на такие хитрости, чтобы заполучить ее. Они не станут уничтожать ее в течение одной ночи. Наверняка, это будет длительная агония — словно мучительное асбестовое удушье».

Его неспокойные мысли прервал резкий выстрел.

Он раздался изнутри трейлера.

Скорее всего, это был выстрел из пистолета среднего калибра. Отточенные боевые инстинкты Соске остановили его на полушаге, недвусмысленно предупреждая: бросаться в схватку очертя голову — далеко не лучший выбор.

Любую критическую ситуацию можно ухудшить. Если он сейчас совершит глупость, то подвергнет опасности успех всей спасательной операции — если она, конечно, состоится.

«Нет. У меня приказ. И забывать о приоритете задач нельзя. Только неопытный новичок безоглядно кинется в атаку в такой ситуации».

Но что, если…

…Что, если стреляли в Канаме? Что, если она ранена — а он бесполезно торчит здесь, со своей великолепной аптечкой первой помощи? Что, если это дело рук Гаурона? Если он ранил ее, чтобы заставить унизительно ползать перед ним на коленях и молить о пощаде; чтобы насладиться ее страхом и болью. Перед тем, как поставить точку выстрелом в голову?!

Канаме…

В его животе заворочалось что-то холодное и скользкое, поднялось выше, стиснуло сердце и перехватило горло…

Настолько старое и позабытое ощущение, что Соске долго не мог вспомнить, как оно называется.

Страх.

Так он стоял, раздираемый противоречиями, пока его не хлестнул, точно кнутом, второй выстрел.

Впервые в жизни забыв о приоритете поставленных задач и не подчинившись приказу, Соске выпрыгнул из своего убежища за мусорным контейнером и стремительно бросился вперед.

За две минуты до первого выстрела запертая в тесном цилиндре Канаме не выдержала и забилась в истерике:

— Хватит! Отпустите меня!!!

— Тихо. Успокойся! Немедленно открой глаза и смотри на экран! — рявкнула докторша.

Не реагируя на ее слова, Канаме дико колотилась об полупрозрачные стенки. Она тяжело и хрипло дышала, холодный пот градом катился по лицу. Девушка не слышала ничего, кроме непрерывного гула в ушах.

— Заткнись!!! Выпусти меня отсюда! — бешено кричала она. Канаме не сошла с ума, но вырвавшаяся на свободу ярость ослепила ее, заставив позабыть об осторожности. Она не знала и не хотела знать, что здесь творится — но больше не собиралась оставаться напуганной и покорной лабораторной крысой.

— Открой, не то разобью эту чертову машину!!! — орала Канаме, дергаясь в путах так отчаянно, что очки с голографическими экранами свалились с ее лица.

— Черт бы тебя побрал! Прекрати!

Небольшая тележка-лежак, к которой была привязана Канаме, выкатилась из раскрывшейся трубы. Докторша подскочила и резко прижала ее голову, в раздражении стукнув затылком об подставку.

— Хотела обойтись с тобой по-человечески, но хорошего отношения ты не ценишь, соплячка!

— …По-человечески?! Старая ведьма!!!

— Что-о-о?!

— Что слышала! У меня была такая же ненормальная учительница в средней школе, за своими экспериментами даже забыла, что была замужем! Сумасшедшая, точно как ты!!!

Канаме рвалась так яростно, что слегка ослабила ремни, прижимавшие ее к лежаку. Докторша присела на корточки рядом с пленницей, чтобы подтянуть пряжки. Но ее рука соскользнула.

Пока Канаме боролась, ее правая рука выскочила из-под ремня и освободилась. Локоть со всего размаха пришелся в лицо наклонившейся докторши. От удара та дернулась назад, стукнулась затылком об железную полку и неловко повалилась на пол.

Канаме потратила драгоценное мгновение, пытаясь понять, жива ли еще ее мучительница, но в следующий миг ее пронзило осознание: правая рука свободна! Она расстегнула пряжку и высвободила левую руку, что получив возможность сбросить ремень и на затекших ногах.

Полуоглушенная докторша завозилась, что-то пробормотала и сделала слабую попытку подняться. Канаме замерла, не зная, на что решиться. Попробовать вырваться наружу? Но куда бежать потом?

«После разберемся»!

Решительно вскочив, она бросилась к ведущей из отсека металлической дверце.

— Куда ты собралась? — догнал ее клокочущий от ярости голос тюремщицы. Обернувшись, Канаме увидела в ее руке маленький пистолет. — Не двигайся. Иначе сильно пожалеешь.

— Хватит с меня! Я ухожу…

Бам!

Пуля влепилась в стенку перед лицом Канаме.

— Эй… вы что?!

Докторша выстрелила снова, разбив жидкокристаллический экран за спиной девушки. Оскалившаяся, брызжущая ядом женщина, без сомнения, готова была застрелить ее насмерть.

Но, к счастью, их прервало новое вторжение: в дверь с грохотом ввалился охранник с пистолетом-пулеметом наперевес. Нацелив черную дырку ствола точно в лоб Канаме, он спросил, быстро осматриваясь:

— Что тут происходит?

— Ничего особенного. Просто небольшое недоразумение. Решила слегка припугнуть девчонку, — ответила женщина.

— И сразу стрелять?! Да вы знаете, сколько стоит это оборудование?..

— Пять целых восемь десятых миллиона долларов. Так, а теперь зафиксируй ее на койке ненадолго, — женщина вынула шприц и двинула поршень, стравливая воздух. Блестящее металлическое жало брызнуло капельками прозрачной жидкости.

Жесткие руки охранника прижали Канаме к лежанке.

— Что это?! — взвизгнула Канаме, с ужасом глядя на приближающуюся иглу шприца.

— Не хотела использовать этот препарат — он нехорошо отражается на здоровье созревающих девушек. Но здесь, кажется, кое-кто не хочет сотрудничать?

— П-пожалуйста, не надо…

— По-хорошему я уже пыталась.

Беспомощная Канеме поняла, что вырваться из рук крепкого мужчины невозможно.

— Н-не надо! Я буду слушаться, — взмолилась девушка.

— Поздно, лапочка моя, — жестоко усмехаясь, докторша поднесла иглу ближе.

Но в тот миг, когда острие готово было впиться в руку Канаме, держащий ее мужчина странно икнул и завалился назад.

Почувствовав свободу, девушка соскользнула на пол. Подняла взгляд и увидела, что ее мучительница в белом халате с ужасом на лице прижалась спиной к аппаратной стойке. Она инстинктивно пыталась ввинтиться в несуществующую щель между блоками медицинских приборов, забиться в уголок, исчезнуть, точно крыса, застигнутая лучом фонаря. Ее взгляд был прикован к чему-то, находившемуся за спиной Канаме. Медленно и опасливо повернув голову, Канаме ахнула:

— Сагара?!

Совершенно верно, это был именно ее одноклассник Сагара — с электрошокером в левой руке и пистолетом в правой. Через шею был переброшен ремень пистолета-пулемета, а из-за пояса школьных форменных брюк торчали несколько запасных магазинов.

— Чидори, ты не ранена? — негромко спросил он.

— А? Н-нет. Я… я цела.

— Хорошо. Встань за мной и не отходи никуда.

Загородив собой Канаме, он угрожающе двинулся на забившуюся в уголок докторшу. Та спросила дрожащим голосом:

— Ты старшеклассник из самолета? Но что ты тут…

— Здесь я задаю вопросы. Для чего это оборудование? Зачем вы ее похитили?

— Этого я не могу сказать…

Пистолет в руке Соске дважды рявкнул, и пара хитроумных приборов справа и слева от прижавшейся к стойке докторши рассыпались электронными осколками.

Нацелив ствол точно на женщину, он переспросил:

— Вы уверены?