SWFan – Зона кошмара (страница 45)
…
…
«
Милота.
Я усмехнулся и быстро заполнил табличку:
Я перевернул страницу. Следующая запись была от пятнадцатого числа, пятница — через день после того, как я взял под контроль тело девушки в прошлый раз:
…
Следующая страница.
На этом запись обрывалась.
Прочитав её до конца, я не удержался и похлопал сам себе по своей лохматой розовой макушке. Бедная Ямато… Она была в своём репертуаре. Моё сердце обливалось кровью, когда я представлял себе, как она снова и снова пытается заговорить со своими одноклассниками, и каждый раз её удерживают чувство смущения и страшная социальная неловкость.
Она была прямой противоположностью Тани, которая была открытой, как небо.
«Ята» могла быть откровенной только со своим дневником, при том, что её прямо распирали чувства и желание общения, свойственные для детей её возраста. Я ни разу не видел её со стороны, — если не считать зеркала, но в нём отражалась уже не совсем она, но я, носивший её шкурку, — и всё равно обрывочные записи нарисовали у меня в голове образ неловкой девочки, серой мышки, которая была такой не по своей воле.
Впрочем, страшно признаться, но мне это было на руку. Сперва Ямато испугалась, что в её голове появилась новая сущность, но затем, ведомая уже не столько страхом разозлить гостью, сколько собственным одиночеством, решила с «ней» подружиться.
И вот уже «Нана» была её лучшей подружкой, перед которой Ямато, как розовый фонтанчик, изливала все свои переживания, и к которой испытывала абсолютное доверие
Что бы такое написать в ответ? Я вертел ручку в своих тонких белых пальцах, как вдруг мой взгляд опустился на строчку для даты.
«Четверг»
Стоп…
Сегодня же рабочий (школьный) день. Я посмотрел на часы, заметил, что было уже девять, в спешном порядке переоделся и стремглав бросился на остановку.
Автобус улизнул прямо у меня перед глазами…
32. нис
…
…
…
— Это — форма протеста? — спросил Икари, встретивший меня перед воротами школы, когда я всё-таки добрался на место.
— Я проспал… а.
— Второй раз, тенденции, — сухо заметил мужчина, направляясь в сторону песчаного дворика.
— Тенденция была бы, если бы я прогуляла два раза подряд. Но вчера и позавчера я не опаздывала. Вроде…
— У тебя есть особенный график?
— В некотором смысле…
Больше мужчина не сказал ни слова. Он провёл меня до нашего барака, а затем и до классной комнаты, где меня встретила обыкновенная картина: Кирияма сидел с ногами на парте, Мацуя заранее выглядел сосредоточенным, как будто прямо сейчас, ещё до начала урока слушал лекцию, а Мурасаки уныло смотрела в окно.
Я присел на своё место, Икари занял учительский стенд, прокашлялся и уже собирался приступить к уроку, как вдруг раздался звонок.
Икари нахмурился и взял трубку телефона, который лежал у него на столе.
— Во время урока телефоны надо выключать… — заметил я механическим голосом. Мужчина ничего не ответил. Его лицо вдруг стало предельно серьёзным… Меня пробрал холодок. В последний раз я видел на нём такое выражение прямо перед расстрелом Маи. Икари повернулся в нашу сторону и хотел было что-то сказать, как вдруг раздался ещё один шум, не очень громкий, но вибрация от которого пронзила весь кабинет. Мы повернулись. Мурасаки приподнялась и резким движением распахнула окно. В следующую секунду со стороны улицы раздался вой сирены.
Все собравшиеся немедленно переменились.
Кирияма вздрогнул и побледнел.
Мацуя вскочил и схватился за парту.
Мурасаки надменно хмыкнула.
Я замер.
Неужели… У меня появилось предположение, что это могло быть, но не успел я его озвучить, даже про себя, как заговорил Икари.
Его глубокий, ясный голос немедленно обратил на себя внимание нас всех:
— В нашем районе был замечен НИС. Ранг-1…
Следуйте за мной. Это будет ваше первое задание.
…
…
…
Песчаный дворик оказался необыкновенно людным. Дети, которые пару минут назад бегали по спортивной площадке, теперь ровным строем шагали в здание школы. В окнах последней тоже проглядывалось копошение. Из обрывочных разговоров я узнал, что все исполняют срочный приказ спуститься в бомбоубежище.
И только наш отряд во главе с Икари шёл наперекор толпе. Прочие школьники, только завидев нас, начинали шептаться. Меня это немного удивило и даже покоробило. Где слёзы на глазах, где пожелания удачи? Или мы не герои, которые отправляются на поле битвы? Видимо нет, потому что со стороны сверстников я чувствовал только недоверчивую подозрительность… В глазах некоторых из них и вовсе читался страх, и самое прискорбное было в том, что все мы воспринимали это как само собой разумеющееся. Мурасаки было всё равно — с высоты своего высокомерия она ничего не замечала, Мацуя был занят собственными мыслями, и лишь Кирияма выглядел немного неуверенным и пытался, безуспешно, стрелять в толпу грозными взглядами.
Икари молчал.
Я заметил, что у него как будто стало даже меньше лишних движений, чем обычно. Он держал свою голову прямо, шёл ровно, не смотрел по сторонам. Прямо как робот. В другой раз я бы попробовал построить ему психологический профиль на основании этого замечания, но сейчас на повестке были более серьёзные проблемы.
Мы собирались встретиться с НИСом, настоящим, и это… Было интересно.
Сперва, признаюсь, я поддался всеобщему волнению и страху, но затем успокоился и вспомнил, что страшные и ужасные НИСы были обыкновенными порождениями кошмара. Я их видел и не раз. Я их убивал. Я подчинял себе их волю. Я ел их на завтрак, буквально, и более того:
Пока мы ехали на полигон, а затем спускались на лифте, я размышлял, что же такое эти НИСы… Это был хороший вопрос на самом деле. В каждом мире порождения кошмара проявляли себя по-разному. На землях Файрана они представляли собой всевозможные фэнтезийные и сказочные создания; в мире Фантазмагорикуса это были некие «демоны кошмара», представителем которых был ныне почивший (тьфу-тьфу-тьфу) каменный ангел. И наконец здесь… Чем они были здесь?
Кажется, Икари обещал провести лекцию на эту тему, но если это и случилось, то во время вахты Ямато, а потому бедная «Нана» ничего не знала. Впрочем, пусть. Через пару минут я (мы) увидим всё своими глазами.