SWFan – Создатель героев (страница 56)

– Значит, все меняют магазины и ведут плотный огонь, пока вы с Ксюшей не разнесёте место соединения.

Финт кивнул. Похлопал по бронежилету Ксении - “я слева”, “ты справа” - показывая знаками, залегая в проходе уже изрешеченного вагона, прячась за огрызками пассажирских купе, пополз вперед. Ксения подтвердила жестом, выбив двойным выстрелом по одному нападающему с каждой стороны напротив. И они из импульсных "Стрел" синхронно начали расстреливать борта состава монорельса, прошивая их, оплавляя и разрывая металл. От частого попадания и перебитых проводов начало разгораться чадящее, дымное пламя, летящее под напором воздушного потока вовнутрь состава, и, колыхаясь снаружи, оно мешало противнику целиться. Ветер рвал с такой силой, что Финт залег на пол, ибо его укрытие, превратившееся в дуршлаг, не защищало уже ни от чего, любое попадание могло быть фатальным, он прошелся еще раз выстрелами из плазмогана, словно резаком, отрывая крышу, увидел, как три тени проскользнули по внешней стороне в направлении головы состава.

Передал по субвокалу, не прекращая стрелять:

– Виктория у нас гости, идут по крыше, трое. – Черт, не работает! Тишина! Надо обратно, предупредить их!

Ксения уже раздолбала правую часть борта и перемежала выстрелы в сторону противника и в пол поезда, пригнувшись за своим укрытием, воющий ветер, залетавший гигантскими объемами в вагон, трепал обрывки обшивки поезда, бил их, выламывал во все стороны, поднимал в воздух весь мелкий мусор. Выстрелы противника ложились все ближе, добавляя летящую деревянную щепу от дорогого убранства - не иначе, сейчас вип-вагон попал под плотный огонь с двух сторон. Срезаемый пулями, словно куст садовником, он уже был пробит сквозными отверстиями на уровне груди по дорогому и красивому интерьеру. Плафоны настенных бра разлетались сверкающими брызгами стекла, которое рассекало одежду и саднило царапинами по рукам и незащищенной коже.

В них со стороны противника снова полетели гранаты, но врывающийся, словно ураган, воздушный поток, заломил вдруг большой кусок обшивки, и она, снеся одну фигуру с поезда, на несколько мгновений дала Ксении и Финту фору: под прикрытием импровизированного щита, спаренно расстреляв левую часть, они долбили центр пола вагона, где проходила сама его основа. Граната, Слава Звездам, упала не с их стороны разлома вагона, образованном плазменными выстрелами.

– Вниз! – взвизгнула Ксения, сама падая ничком, ухнул взрыв, рассекая по месту, где она только что была, осколками.

– Ксю? – он подполз к ней, крикнув.

– Живая!

– Надо назад, нас обходят поверху!

– Добиваем дыру, – она поднялась, становясь на колено, обдирая об оборванное платье стекляшки с ладоней, не обращая внимания на кровоточащие ссадины, – эти недоумки нам помогли.

Отстрелив свою часть от основного состава, они сделали пару очередей в замедляющуюся и закупоривающую проход в тоннеле, раздолбанную вереницу вагонов, еле успели развернуться. Раздались крики, звон разбитых стекол, три человека в броне влезли через окна к месту управления поездом, обесточивая его выстрелами по панели и разнося приборы в щепы. И один, в броне, уже вот-вот начнет стрелять! Почти в упор!

– МАМА! - вскрикнула Ксения.

-- Все вниз! - орал Финт.

…Люди падали так медленно - слишком медленно, как падают хлопья снега. Ксения перевела вектор огня двух “Юстасов” над головами прислуги, паля во врага, наводящего на ее мать ствол “Суворова”. И его выкинуло в окно из поезда, второму сгусток плазмы, выпущенный Финтом, сжег руку, держащую автомат, сливая воедино синюю - плазменную и желтую - ”Суворова” вспышки. Викторию мотнуло под ноги Ксении, пули с глухим звуком изрешетили не успевших среагировать бойцов. Человек с автоматом осел в глубину проема рубки управления поездом, к Ксении уже присоединился Финт, всаживая, как учили на сборах, двойные или тройные выстрелы в уязвимые точки кидо, отсекая сочленения и смертельно раня последнего противника. Ксения бросила оружие, склонившись над матерью, ища раны. Финт добивал двух диверсантов, прокравшихся им в тыл. Через несколько выстрелов все было кончено, в оплавленных доспехах дымились сложноопознаваемые тела. Но поезд уже терял, сбавляя, скорость, останавливаясь посередине тоннеля.

***

— Ир, где по маршруту каверны широкие, чтобы свод высокий?

Винтокрыл летел на высокой скорости, петляя между конструкций монорельса, мимо вереницей проносящихся опор из пластобетона, Владимир мастерски лавировал между них, ловя широкие окна, уходя всякий раз, когда детекторы выхватывали сзади движение, предупреждая о ранней опасности.

— Да. Тут. — она быстро-быстро пробежала пальчиками по сенсорной панели, подгружая данные из своего вокса. Затараторила, объясняя. — Здесь подземная река. Там более 20 метров, где мост над ней. Вот тут и тут тоже своды высокие, прорубали вентиляционные штольни, поднимали потолок. А тут, для соединения нашей ветки с системой “Маглев”, расширяли. Идет до префектуры клана Кисида. Все своды высокие.

– А русло?

Она опять закивала:

– Да, по нашей ветке идет соединение с “Маглевом”. Там арки широкие над руслом и нет центральных опор! Очень много места!

– Значит, срежем путь!

Сзади засвистело, загрохотало, дробным звуком пробарабанив по корпусу, на экранах тут же выпали красные рамки, запищали предупреждения о пробитии. Преследователь, отчаявшись подловить их на ракетный выстрел, начал поливать из подвесной системы автоматического огня.

– Сейчас, сейчас, говнюк. – Владимир влетел в сегмент тоннеля, выводивший к подземной реке. За 50 метров до вылета над мостом отстрелил разом все вспышки на борту и, запуская фантомы, создал завесу из ярких, рыже-красных огней, озарив тоннель ярче, чем на фестивале фейерверков в Нью-Кампидольо или Токио-Марсо. Выскочив на простор, Владимир резко взял вверх, штопором взвился над мостом, закладывая машину набок и, выставляя когтистые упоры, чиркнул по стенам, оттолкнулся ими, сделав бочку, спасая винтокрыл от столкновения со стеной, выведя его в горизонтальный полет, дал газу и рванул по руслу вверх, к системе Магнитной левитации - “Маглев”, выскакивая над ней, мостом и снова влетая в систему тоннелей.

– Немного оторвались, Ир? – Владимир сверился с приборами. – Не дрейфь, это еще не всё, что может винтокрыл. Сейчас проучим этого говнюка, – красная метка опять появилась на приборах. А впереди несется тот самый поезд, но они с Ирен уже не успеют к нему. Вагоны друг за другом, с вереницей преследующих их флаингов летят во все более сужающийся тоннель. Им-то туда путь заказан, но надо хотя бы одному помешать…

Впорхнув в широкую каверну, отмеченную Ирен на сенсорной панели, Владимир резко рванул рычаги управления винтокрылом на себя, одновременно выставляя вперед опоры. И.. машина, сделав полупетлю, зацепилась за скальную породу на потолке, повиснув вверх тормашками, на манер стрекозы, на сверкающей в прожекторах породе, цепко держась всеми четырьмя лапами. Владимир выключил внешнее освещение.

– Тсс! – приложил палец к губам, как будто их преследователь мог услышать голоса сквозь шум винта.

Снизу промелькнула тень.

– А вот теперь поиграем. – он дал газу, отцепив лапы, перевернулся в воздухе в узком каменном мешке, помчал в догонку. Теперь их роли поменялись.

– Ир, поможешь? Переключаю на тебя зацепы, – она уже не удивлялась, лишь с готовностью вцепилась в джойстик управления. – Товсь! По команде!

Он включил все внешнее освещение и в следующее мгновение они с силой вмялись во впереди летящий флаинг:

– Дави! Раздирай, круши его! Давай! – и Ирен, орудуя джойстиком, не совсем ясно соображая, действуя по наитию, замолотила лапами винтокрыла по противнику, отрывая куски обшивки и кроша обнажающиеся стальные внутренности. Вот кусок оторванной обшивки попал в один из винтов и, в неудачной попытке быть перемолотым пропеллером - его заклинило. Владимир все это время, мастерски удерживая машину в полете с противником на весу, скомандовал:

– Отпускай!

Винтокрыл выронил помятый флаинг из лап, разбивая его об рельсы магнитной транспортной системы. Преследователь, рухнув, прокатился огненным колесом, громыхая по полу тоннеля, разнося множественным эхо гулкие, ухающие звуки уже где-то далеко позади.

– Выживем, точно дам ему имя “Перышко”.

***

Казалось, полжизни пролетело у Питера перед глазами, когда он, кувыркаясь, летел во тьме тоннеля. Но Звезды решили в этот раз сохранить ему жизнь. Он угодил на пологий склон выработки и, перевернувшись бессчетное количество раз, так, что его уже замутило до блёва, упал в самой нижней точке искусственного склона, наблюдая слегка замутненным взглядом, как мелькнули тени, свод над его головой озарился вспышкой и огненное колесо прокатилось перед ним в тоннеле.

Питер заторможено созерцал, как разбивается летательный аппарат, прикрыв глаза рукой - светофильтры шлема, в моменте, не справились. Судя по обводам, он был их, союзный. Он сдетонировал. Да так полыхнуло, что выжить там - без шансов. Кряхтя, он поднялся, с удивлением отметив отсутствие переломов, и поплелся к месту крушения. Подходя к искореженным останкам, вдруг уловил, как металл погнулся, издавая скрежет, и начал выгибаться под раздающимися мощными, глухими ударами. Внезапно, изрядно помятый кусок вылетел, чуть не угодил в него самого. “Суворов” из криптора наизготовку. Но цель подсвечена зеленым. Это кто-то из своих?! И Питер от неожиданности открыл рот и звякнул челюстью, подавшись назад, осел на пол. К нему, пройдя сквозь огонь, вышел живой и невредимый - Юрген Беккерс! В обгорелой и пробитой броне. Размер дыры и характер пробития говорили о повреждениях, несовместимых с жизнью.