SWFan – Будущее (страница 24)

Однако в данном случае стоял вопрос не столько общественного мнения, сколько личных моральных качеств Глинта. Готов ли он принести в жертву невинного человека? Готов ли воспитывать его несколько лет, как агнца на заклание? Глинт не знал, сомневался; Пантагрюэль, как будто чувствуя, что происходит у него на душе, намеренно не высказывал собственное мнение, чтобы его доводы не показались Глинту демоническими увещаниями.

В итоге, как это часто бывает, когда человек сталкивается с трудным решением, Глинт сделал аморальный выбор, но придумал для него «оправдание». Он решил использовать Гилиама, но только потому, что на кону была судьба всего мира.

К тому же, говорил он себе, вовсе не обязательно, что юноша умрёт. Ведь если их изначальный план окажется успешным, они смогут разделить Владычицу демонов и её оболочку без особенного вреда для последней и, желательно, с особенным вредом для первой.

И всё же сам факт, что Глинт заключил сделку с совестью, временами терзал его душу и заставлял его держать эмоциональную дистанцию от Гилиама, который с радостью согласился стать учеником настоящего волшебника.

С тех пор прошло два года. Всё это время Глинт продолжал охотиться на притаившихся демонов и поглощать их силы. Вместе со своим учеником он навестил множество островов Серого архипелага, даже таинственный остров рыболюдей, который совершенно изменился за последние годы, стремительно превращаясь из непроглядных джунглей в главный промышленный и торговый узел Федерации.

После они пересекли море и высадились в древнем городе Аль-руке, которым правил Ахнимид Аль-рук, великий правитель, ещё в раннем возрасте заслуживший признание не только своих поданных, но и соседних государств, которые с лёгкой тревогой наблюдали за тем, как древнее царство преображается под его управлением. Как сносят старые кварталы, чтобы построить на их месте новые мануфактуры; как древний флот сменяют новые многоярусные корабли; как магия, прежде считавшаяся запретным искусством, начинает преподаваться в школах, в одной из которых Глинт прочитал несколько лекций в качестве приглашённого профессора пока охотился на демона, обитающего в местных катакомбах, и так далее.

После этого они сделали крюк, отправившись сперва на север, а затем на юг, навещая прочие царства, разбросанные по всему побережью, и наконец устремились дальше на запад, где пролегала великая пустошь.

Несмотря на своё название и тот факт, что на всех картах её изображали огромным белым пятном, она не была совершенно безлюдной. Среди песков и каньонов тоже можно было найти деревни и даже полноценные страны, которые, однако, были совершенно отрезаны от остального мира и даже не знали о существовании Западного и Восточного побережья. Некоторые местные жители были уверены, что пустыня бесконечна или что за ней начинается великое небо, в то время как сама земля держится на крыльях гигантской белой птицы.

Если бы нашёлся маг, который собрал информацию о всех народах великой пустоши, их вере и культуре, в единый компендиум, он, вероятно, прославился бы не меньше, нежели великие чародеи Седьмого и даже Восьмого круга.

Временами Глинта порывало самостоятельно взяться за это дело, но каждый раз он себя останавливал.

У него не было на это времени; срок пробуждения Владычицы демонов неумолимо приближался.

Поэтому…

— Мы не будем навещать этот город, — сказал он своему ученику серым голосом. — Мы возвращаемся на запад.

Глава 40

План и подготовка

Много времени прошло с тех пор, как Глинт последний раз посещал это место, и всё же великая башня, расположенная неподалёку от ворот Корделии, оставалась неизменной.

Впрочем, чего и следовало ожидать от реликвии.

После осады Доминиона Корделия превратилась в «вольный» город; постепенно к этому статусу прибавился ещё один: «священный».

Именно в Корделии зародился и стал стремительно распространяться так называемый Культ Маргариты, последователи которого считали юную девушку, которая сразила Верховного генерала Агата и уничтожила Доминион, своей богиней. Башню, которая неожиданно возникла на поле боя, они называли её пристанищем, где богиня собирает силы, чтобы однажды пробудиться и заполонить весь мир своим ослепительным сиянием.

Жители Корделии молились на башню, охраняли её круглые сутки и трепетали от самой мысли, что найдётся еретик, который посмеет осквернить её своим присутствием.

Иной раз духовные запреты намного крепче, нежели реальные каменные стены.

— Идём, — сказал Глинт своему ученику, который бросил горький взгляд на белые стены великого города, прекрасно понимая, что мастер говорил не про него, и накинул свой зелёный капюшон. В следующую секунду Глинт схватил его за плечо, они стали прозрачными и неторопливо направились к подножию башни.

В теории конкретно они могли выпросить разрешение на посещение у первосвященника Культа Маргариты, знаменитого волшебника по имени Люций, которому была известна подлинная природа башни, однако Глинт не доверял этому человеку.

Во время своих путешествий он пристально следил за новостями с Западного побережья, и те вызывали у него определённую тревогу. С каждым годом влияние Культа Маргариты неумолимо нарастало. В некоторых странах он был даже более влиятельным, нежели местное правительство. Иные Короли добровольно становились последователями культа и выплачивали ему непомерную дань; в свою очередь сам Люций всячески этому способствовал и между делом расширял пределы собственной власти. С недавних пор он стал носить белую маску и называть себя не иначе как Верховный жрец. Собственно, уже сейчас Верховный жрец считался самым опасным и могущественным человеком на Западном побережье.

Свою власть он, однако, строил на теле спящего великана — Маргариты. Что же будет, если она проснётся? Если богиня снова вернётся в этот мир? Люцию тогда придётся потесниться, и сложно сказать, согласится ли он это сделать по собственной воле.

До сих пор он поддерживал связь с остальными знакомыми Маргариты, которые знали о её подлинном состоянии, и всё равно Глинт слишком часто видел примеры человеческой алчности в Академии и за время своих путешествий, чтобы довериться человеку, которому было что терять.

В конце концов даже ему самому нельзя было доверять…

Вместе с Гилиамом они прошли до самой башни, переступили через стражников в белых доспехах из Ордена Маргариты, которые её обороняли, прошли прямо через закрытую дверь и оказались посреди тёмного лестничного пролёта.

— Держись за мной, — сказал Глинт, поднимаясь на лестницу.

— Держусь, — шёпотом ответил ему Гилиам, на лице которого даже в темноте читалось нескрываемое волнение, смешанное с предвкушением.

Вскоре они забрались на самый верх и оказались в лучах яркого света. Потребовалось некоторое время, прежде чем зрение Гилиама к нему привыкло: он зажмурился, затем прищурился, а затем широко раскрыл свои зелёные глаза, разглядывая прекрасную молодую девушку с белыми волосами, которая стояла посреди круглого помещения, залитая светом многочисленных узоров, падающего на её чистую белую кожу.

— Я думал она будет… постарше, — прошептал растерянный юноша. — Вы для неё не староваты, мастер?

— В каком смысле? — сухо спросил Глинт, отрывая взгляд от Маргариты.

— Она же ваша любовница, верно?

— … С чего ты взял?

— А что, нет?

— Нет.

— Ну ладно… Ошибочка вышла, хе, — неловко улыбнулся юноша, поглаживая затылок.

Глинт посмотрел на своего ученика и покачал головой.

— Доставай инструменты.

— Будет сделано, а для чего? — спросил Гилиам, опуская на каменный пол свою сумку и вытягивая из неё различные магические приспособления — свитки, кисточки с драгоценными камнями, кристальные пирамиды и так далее.

— Сперва нам нужно взломать формацию, — ответил Глинт, присаживаясь на пол и обводя внимательным и вдумчивым взглядом весь зал. — Это будет непросто и делать это нужно постепенно, чтобы высвободить её всего на секунду.

— А не то?

— Всему миру придёт конец.

— Вот как, хм.

— Ты не боишься?

— Да не особо.

— Почему? — удивился Глинт.

— Ну… вы ведь не позволите, чтобы миру пришёл конец, верно, мастер? — не отрываясь от работы пожал плечами юноша.

Глинт внимательно посмотрел на него и сказал:

— … Нет.

…

…

…

Сломать формацию несложно, по крайней мере снаружи, но вот сделать это точечно, чтобы высвободить демона всего на мгновение — уже затруднительно. Здесь требовался настоящий мастер, и хотя Глинт обладал необходимыми способностями, ему нужно было по меньшей мере несколько дней на подготовку.

На протяжении этого времени он снова и снова обдумывал план, который предложил ему Пантагрюэль.

После своего освобождения Владычица демонов должна была немедленно завладеть новой оболочкой, которую представлял собой Гилиам. В этот момент сработает особенная волшебная печать, которая нанесёт её новому телу сильнейший урон, — Пантагрюэль воспользуется этим, и вместе с Глинтом они одолеют ослабленного демона.

В теории всё было просто.

На самом же деле почти весь план зиждился на доверии между ним и Пантагрюэлем…

Глава 41

Демоны и люди

Подготовка требовала всего три дня, и всё это время Глинт провёл в состоянии внутреннего смятения. Он не спал, не ел, хотя его организм требовал всех этих вещей (в этом отношении маги, даже тёмные, не отличались от простых людей). Всё то время, пока он не занимался своей кропотливой работой, его терзали тревожные мысли.