Святослав Яров – Нефритовый след (страница 6)

– Трудно сказать. Качество изображения – не фонтан. Опять же, непонятно, каковы их реальные размеры? Может, они огромные, а может, совсем мисипусечные. В живую увидеть никак?

– Увы, – с сожалением развёл руками Андрей. – Пока только в таком виде. Могу, если понадобится, раздобыть оригинальные фотографии, с которых переснимал. Там качество на порядок выше. Но это только завтра… – сразу оговорился оперативник, прикинув, что для Ширшова суета сует в самом разгаре, и теребить его сегодня по поводу снимков было бы свинством, тем более что особой спешности, вроде как, покуда нет. – А что касается размера, кто ж его знает… – Гришин озадаченно поскрёб затылок и вдруг встрепенулся, озарённый догадкой. – Стоп! Так его ж вычислить – раз плюнуть! На обратной стороне одной фотографии была пометка, ну, типа, что снято в натуральную величину. Формат снимков половина А4, выходит…

Он бесцеремонно выдернул из подставки для канцпринадлежностей линейку и следующие несколько минут занимался измерениями на экране своего смартфона, подсчётами при помощи калькулятора и записью чисел на первом попавшемся под руку листке со стола Лаврова.

– Готово! – констатировал сыщик, жутко довольный своей смекалистостью. – Если я ничего не напутал, наружный диаметр колеблется от десяти до тринадцати сантиметров, а диаметры отверстий – от двух с половиной до четырёх… Что скажешь?

– Скажу, что свои подсчёты ты проделал на обратной стороне постановления о назначении экспертизы, – без особого восторга, но спокойно заметил криминалист, забрав у Гришина испещрённый цифрами листок, и, на всякий случай, убрал его куда подальше, на другой конец стола.

– Ну, пардоньте! – покаянно извинился сыщик.

– Да ладно. Бывает. – Понимающе вздохнул Лавров, видимо и сам не единожды грешивший подобными вещами, и принялся рассуждать вслух. – С размерами вроде попадаем… – Он задумался, прикидывая что-то в уме, потом высказал новое пожелание:– Знать бы ещё материал, из которого эти кургляши нарезаны…

– А это имеет значение? – встрял в его рассуждения Андрей.

– Если это то, что я думаю, то имеет! – уверил товарища криминалист и снова посмотрел на экран смартфона. – Вообще-то, похоже на нефрит, но на деле может оказаться чем угодно.

– Относительно материала, я пас! – отрицательно мотнул головой оперативник и тут же настоятельно потребовал. – Ну а если нефрит, тогда что? Будь человеком, поделись соображениями!

– Честно говоря, делиться-то особо нечем, – почесав висок, нехотя признался криминалист. – Могу в меру моих скудных познаний высказать обоснованное предположение.

– Давай предполагай!

– Я думаю, это «би».

– ?

– Древнекитайские артефакты в форме дисков с отверстием посередине. Делались из нефрита, – отвечая на немой вопрос Андрея, пояснил Лавров. – Для китайцев это – национальный камень. Камень неба, земли, мудрости, вечности, бессмертия и бог ещё знает чего самого важного и сакрального. Не знаю, как сейчас, а древности он ценился чуть ли не дороже золота, и позволить себе иметь изделия из нефрита мог далеко не каждый. Следовательно, вещицы эти могли себе позволить люди небедные…

Алексей замолк, то ли давая другу время, в полной мере оценить значимость нефрита для жителей Поднебесной, то ли просто собирался с мыслями, чтобы приступить к дальнейшим разъяснениям.

– Если с нефритом полная ясность, то с самими дисками дело обстоит много хуже. Сплошные загадки. Неясно, каким образом они вообще изготавливались, как древние мастера умудрялись добиваться идеальной формы диска и высочайшего качества обработки поверхности при допотопных технологиях. Изначальное назначение дисков тоже до сих пор неизвестно, потому как письменных свидетельств не сохранилось. Бесспорно лишь, что такие диски находили в захоронениях аристократии высокого ранга. Вот, собственно, и всё, что я могу тебе сообщить. Понимаю, что негусто, но чем богаты… – Он невесело усмехнулся. – А вообще-то, на них сейчас мода! В качестве заманухи эти таинственные «би» срабатывают безотказно. Я, помнится, и сам повёлся. Лет семь тому назад прочёл о них где-то и заинтересовался со страшной силой. Правда, очарованье длилось недолго – через пару дней так же быстро остыл.

– Что так? – заинтересовался Андрей, знавший его, как человека увлекающегося, целеустремлённого и, как правило, на полпути не тормозящего.

– Всё просто. Чтобы ты понимал, самые ранние из нефритовых дисков датируются аж четвёртым тысячелетием до нашей эры. Ты только вдумайся: они – ровесники египетских пирамид! А некоторые даже постарше на лет этак на тысячу.

– И что с того? – Непонимающе пожал плечами оперативник.

Лавров посмотрел на него, как учитель на двоечника, скверно усвоившего урок.

– Андрюша, а позволь спросить: много ли тебе известно о пирамидах? Кто строил? Как стоил? Для чего? – и сразу внёс уточнение. – Я не о фантазиях на тему говорю, а о… – Криминалист даже прищёлкнул для убедительности пальцами. – Некой истине, пусть не абсолютной, но хотя бы более-менее объективной, подкреплённой боллее вескими доказательствами, чем голое теоретизирование. Нас от того Египта отделяет огромный временной пласт. Слишком много воды с тех пор утекло. Как следствие, имеет место катастрофический недостаток, если не сказать, полное отсутствие источников достоверной информации. Понятно, что околонаучной литературы пруд пруди, и псевдонаучного, зато, чрезвычайно популярного кино понаснимали море. Только всё это – по большей части чепуха и бред, эксплуатирующие неуёмное людское любопытство.

Андрей промолчал. Лёшка, конечно, прав. Казалось бы, пирамида Хеопса исследована-переисследована, а на выходе сплошь и рядом одни версии, никакими серьёзными аргументами не подкреплённые.

– Тоже и с нефритовыми дисками. – Безнадёжно махнул рукой Лавров и, скривившись в скептической ухмылке, посетовал: – Объективных сведений практически нет, а переливать из пустого в порожнее – занятие неблагодарное. Напоминает стрижку свиньи: визга много, шерсти чуть! Ну и я, чтобы не было мучительно жаль потраченного впустую времени, с темой этой быстренько распростился.

– Угу… – отвечая каким-то своим мыслям, буркнул оперативник. – Значит, этим штуковинам, – он кивнул на смратфон, – может быть больше пяти тысяч лет?

– Этим вряд ли, – возразил криминалист. – Насколько мне известно, самые ранние «би» вообще не имели никаких отличительных признаков: просто гладкая поверхность и всё. Резные узоры и всякое такое появились гораздо позже. Так что, дели пополам, не ошибёшься…

– То есть, им где-то две с половиной тысячи лет?

– Возможно, – пожал плечами Лавров. – Но учти, то, что ты мне показал вполне может оказаться и подделкой.

– Уж как водится, учту! – охотно согласился Гришин и дурашливо пролопотал. – Чать, не впервой! Нешто ж мы не понимаем!

– Перестань ёрничать. – Поморщился Лавров. – Лучше расскажи, откуда фотографии взялись?

– Про сегодняшнюю войнушку у сада «Эрмитаж» слышал? – спросил оперативник.

– Само собой, – подтвердил криминалист. – Не в лесу живём.

– Вот оттуда и взялись. В машине убиенного обнаружены. А теперь прикинь, киллер – китаец, а терпила зачем-то возил с собой фотографии предположительно древнекитайских артефактов, которые с учётом возраста просто обязаны стоить серьёзных денег… Лично меня это наводит на нехорошую мысль: не за эти ли самые «би» товарища ухлопали?

– Вполне вероятно, – не стал спорить Лавров и вынужденно признал. – Тогда тебе моей убогой информации будет явно недостаточно.

– Правильно понимаешь, – поддакнул Гришин. – А хотелось бы быть во всеоружии и с этим вопросом разобраться от и до. Ты только представь, что за этими фотографиями стоят реальные бесценные раритеты! Чем чёрт не шутит! У тебя же в научных кругах завязки всегда были, может, пошаришь в закромах и порекомендуешь какого-нибудь особо подкованного в древней истории китаеведа или как их там правильно называют….

– Синологами их называют, – на автомате отозвался Лавров, который похоже уже начал перебирать в голове возможные варианты. – Давай, я прикину, а вечерком тебе наберу.

– Замётано, – сказал Андрей, вставая со стула.

Остаток дня промелькнул незаметно. В начале седьмого позвонил Лавров.

– Всё в порядке. О встрече я договорился, но ехать нужно прямо сейчас.

– Ну, Лёшик, ты даёшь! – подивился Андрей расторопности друга.

Однако тот почему-то воспринял его слова совершенно превратно, как этакий эмоциональный укор за излишнее форсирование событий, и стал оправдываться:

– Так, это не я. Обстоятельства так складываются. Человек завтра улетает на месяц… – попытался он обосновать возникшую спешку.

– Да расслабься ты! – успокоил его Андрей, быстро сообразив, что сам невольно спровоцировал эту покаянную речь. – Я ж в порядке комплимента за скорость брякнул. Всё путём. Сейчас так сейчас. Паршиво, конечно, что качественных фотографий под рукой нет… Попробуем обойтись тем, что есть! Пункт назначения – Институт Востоковедения?

– На сей раз МИД, – торжественно объявил конечную точку маршрута криминалист.

– Не понял… – растерянно протянул Гришин.

– По дороге всё объясню, – пообещал Лавров. – Заезжай за мной через четверть часа.

– Лады, – произнес Гришин и, положив трубку на рычаг, в задумчивости забарабанил пальцами по столу, ломая голову, при чём здесь МИД?