Святослав Сахарнов – Избранное. Том первый. Рассказы и сказки (страница 28)
— Нгаторо, конечно, давно погиб, — говорили они. — Не ждать же нам вечно. А голод так терзает наши желудки. Давайте поедим!
И они разожгли костры, чтобы приготовить пищу. Но стоило им начать есть, как мороз вонзил ледяные когти в самое сердце Нгаторо. Чувствуя приближение смерти, он воззвал к далёкой сестре:
— О, Куиваи! Меня уносит ледяной южный ветер. Скорее на помощь! Пришли огонь, чтобы согреть меня.
И далеко на тропическом острове Гаваики сестра услышала призыв брата. Она тут же позвала на помощь духов огня, и те, погрузившись в землю, понеслись к далёкому острову, где умирал Нгаторо. По пути они то и дело высовывали головы, чтобы посмотреть, правильно ли держат путь. И там, где они показывались, каждый раз вспучивалось дно океана и над волнами возникал остров с огнедышащей горой посредине. Домчавшись до Ао-Теа-Роа, духи стали выныривать то в одном озере, то в другом, и посреди озёр поднимались горячие фонтаны — гейзеры. Наконец они достигли горы Тонгариро и с быстротой молнии поднялись внутри горы к самой её вершине, где лежал полумёртвый Нгаторо.
Подземный жар отогрел и оживил вождя, кровь снова заструилась по его жилам, сердце забилось, руки и ноги обрели силу. Он вскочил и отбежал от кратера, который образовался рядом с тем местом, где он лежал и где духи огня вырвались наружу. Внутри кратера уже клокотала огненная лава, и удушливый серный дым жёлтым столбом поднимался над горой. Так Тангариро стал вулканом.
Что касается Нгаторо, то он благополучно спустился с горы, ни слова не сказал своим спутникам, которые потупились от стыда, и, став во главе маленького отряда, отправился назад в селение.
Так маори узнали, что такое снег, и вот почему на острове теперь так много горячих гейзеров.
СОЛНЕЧНЫЙ МАЛЬЧИК
Посвящается всем Вовкам на свете
Вместо начала
Вовке шесть лет.
Волосы у него цвета тёртой морковки, на носу медными кнопочками веснушки.
Вовка вот такой.
Однажды Вовка сидел на полу и с треском выдирал из старой маминой сумки квадратное зеркальце.
В окно нестерпимо било солнце.
Радужное пятнышко отскочило от зеркала, ударилось о потолок и, мелко задрожав, покатилось по стене вниз.
— Мама, смотри, какой зайчик рыжий! — закричал Вовка.
— Не рыжий, а солнечный, — спокойно ответила мать.
В тот же день пришёл монтёр устанавливать радио.
Весело посвистывая, он прикрутил к стене острыми винтами ролики, навесил на них белый сверкающий шнур, поставил на шкаф чёрную пластмассовую коробку — динамик — и повернул на коробке ручку.
По комнате разлились звуки весёлой радиопесенки.
— Вот замечательно! — сказала мама. — Большое вам спасибо.
Вовка сиял. Монтёр положил ему на голову тяжёлую жёсткую ладонь.
— Понравилось? — спросил он. Потом посмотрел на Вовкины волосы и восхищённо добавил: — Ну, брат, ты и рыжий! Огонь!
— Я не рыжий. Я солнечный! — обиделся Вовка.
Глава первая
ПУТЕШЕСТВИЕ НАЧИНАЕТСЯ
Мама шла по улице.
Улица была тихой, зелёной. Она вся поросла мелкой, колючей травой. По краям в канавах зонтиками торчали голубые лопухи.
«Ни одного мальчишки! Час как пришла с работы, а его всё нет, — подумала мама. — Куда он пропал? Наверное, опять играет в колдуны».
В одном месте лопухи подозрительно зашевелились.
Мама подошла к канаве и, приставив ко рту дощечками ладони, позвала:
— Вови-и-ик!
Никто не отозвался.
— Вови-и-ик!
— Тс-с-с! — зашипело в канаве.
Голубой лист наклонился, и из-под него показалась красная Вовкина физиономия.
— Не мешай… — отчаянным шёпотом взмолился Вовка. — Отойди… меня заколдуют.
— На кого ты похож? Весь в пыли. — Мама сокрушённо покачала головой. — Разве нельзя играть так, чтобы оставаться чистым?
— Нельзя… Ну, можно.
— А без «ну»?
Вовка промолчал.
— Через полчаса будем обедать.
Мама повернулась и пошла прочь. Около маленького серого домика она остановилась, звякнула щеколдой и скрылась во дворе.
Расстроенный, Вовка полез назад под лопух.
В конце улицы раздались крики мальчишек. Крики приближались. Вовка согнулся в три погибели и притих. Сидеть было страшно неудобно. В сандалии через дырочки один за другим пробирались муравьи. В нос лезла едучая пыль.
— Ап-чхи!
Пробив лист лопуха, рядом с Вовкиной ногой в землю воткнулся полосатый шест.
— Это кто тут чихает? — раздался громкий голос.
Вовка выскочил из канавы.
Около неё стоял, широко расставив ноги, здоровенный парень в синем комбинезоне. Вокруг парня теснились мальчишки — недавние «колдуны» и их жертвы.
Парень держал в одной руке красно-белый полосатый шест, в другой — за ушко — конец длинной металлической ленты.
— Ну-ка подержите! — предложил парень. Он отдал шест мальчишкам, потом нагнулся к земле, с силой потянул ленту, выпрямился и махнул кому-то рукой.
Парень работал не один.
У другого конца ленты суетились две девушки.
— Землю меряют, — сказал кто-то.
Парень дождался ответного знака девушек, взвалил шест на плечо и потащил ленту наискосок через улицу.
Вместе с мальчишками Вовка двинулся за парнем. Рядом змеёй ползла металлическая лента.
Парень не сворачивал никуда. Он перешагивал через ямы, распахивал перед собой настежь ворота, вынимал из забора доски, шёл через сады и огороды.
Лента ползла вслед за парнем напрямик.
Так она вползла к Вовке во двор, нырнула под забор и вышла на луг около речки, которая текла на самом краю посёлка.
Здесь мальчишки начали отставать.
Кончился луг, началось болото. Вовка почувствовал, что в сандалиях у него мокро.
— Стёпа, давай! — кричали девушки, и парень уходил по болоту всё дальше и дальше.
Так он шёл, пока не забрался в густой ольшаник. Вовка нырнул вслед за ним. Парень стоял около куста и ковырял шестом в куче прелых листьев. Из кучи выкатился небольшой колючий шар. Шар развернулся, стал на чёрные лапки и пустился наутёк.
— Ежик! — ахнул Вовка.