Святослав Моисеенко – Последняя тайна Патриарха (страница 58)
Но Дамиана в монастыре не было. Так сказали в приемной. Понятненько – дни горячие, бурные, не до рассиживаний в кабинетах. Никита решил, что достаточно обозначиться. Пусть теперь сами его ищут! Судя по обеспокоенному – легко сказано! – взгляду чиновника, должны были прибежать всем Синодом. Взгляд этот, полный паники, Никита почувствовал спиной, когда уходил. Узнал, узнал его отец Верещанский.
Ну, теперь держись, Патриархия!
Спускаясь по лестнице, Лазарев столкнулся с довольно молодым человеком в штатском: благообразным, по-церковному долговолосым и вроде как незнакомым. Однако… Что-то царапнуло цепкую память – где-то он уже того человека видел… Где-то совсем в другом месте, и именно «обстоятельство места» слегка встревожило… Так бывает, когда… Допустим, когда на картине у ангела с сияющими крылами вдруг с ужасом замечаешь длинный хвост с кисточкой.
Но вникать было недосуг: своих забот хватало. На крыльце по бокам тут же выросли как из-под земли киевляне с рожами типа: «Ну и?..»
– Нет его, – сухо бросил «засланный казачок», играя желваками.
Едва Никита вышел с монастырского двора, к нему приблизился какой-то прохожий и спросил, где тут Холодильный проезд. Никита протянул руку, указывая путь, и на пальце вдруг сверкнул синим пламенем яркий камень.
– Интересное кольцо у Вас. Старинное, должно быть! – вдруг с улыбкой проговорил незнакомец, заставляя взгляд парня осмысленно сфокусироваться на его персоне.
Страж реликвии по привычке сначала проверил человека на предмет опасности, – но оная реликвия сияла радостно, без каких-то затей и магических жгучих лучей. Наконец, Никита разглядел перед собой изысканно одетого огромного мужика, смотрящего не как обычный потерявшийся иногородний глазеет в легкой панике, а внимательно и чуть лукаво. Словно хотел сказать: «Неужели ты не догадываешься, что я не так просто задал вопрос?»
Никита смутился и пробормотал что-то типа: «Вы так думаете?» Он понимал, что перстень на его руке выглядит, по меньшей мере, хм… странно.
А ведь немногие из окружающих были способны разглядеть перстень… Это уже говорило о явной неординарности случайного прохожего.
Хм… Случайного? В подобные казусы Никита уже не верил: с тех пор, как реликвия прочно завладела его рукой. Да что уж там – судьбой! И вдруг внезапное озарение заставило его воскликнуть:
– А я же вас видел тогда, в Киеве! Вы уходили вчера вечером от владыки Феофила. А теперь вот – здесь… Какими судьбами? – и нахмурился. Не Тьма ли вновь ищет к нему ключи?
Но еще больше напрягло другое: киевские хлопцы застыли рядом как вкопанные, глядя вдаль. Ни дать ни взять: пионеры-герои, сейчас горны достанут, отсалютуют. На присутствие постороннего никак не отреагировали, словно вдали происходило что-то куда более увлекательное. Человек между тем продолжал, неожиданно и запросто перейдя на «ты». Есть люди, умеющие делать это на редкость естественно.
– Да, я был там. Зовут меня Сергий. Как принято говорить на приеме у частных врачей и налоговых инспекторов? «Я от Серафима»?
Никита лишь бледно улыбнулся: когда он ничего не понимал в происходящем, чувство юмора скукоживалось до молекулы. Но имя Серафима произвело должное впечатление!
– Позвони Даниилу, он скажет, что Анастасия твоя уже в безопасности. И нет никакого смысла выполнять приказ киевского владыки. Его вообще не стоило выполнять – Феофил не в себе был. Такое иногда случается даже с духовными лицами. Впрочем, полагаю, ты сам это заметил. Да и не в первый раз.
– Так что с Настей?! Где она? И… откуда вы знаете о приказе?! – Никита не на шутку разволновался. Все вокруг всё знают, – даже прохожие! – только он один постоянно пребывает в тоскливом неведении… – А мобильник у меня отобрали еще в Киеве. Ну, не обыскивать же этих прямо на улице!
– Я много чего знаю. Настя твоя в безопасности, с ней Данила. Скоро здесь будут. Но сейчас не об этом. Надо бы поговорить. А обыскивать никого не надо. Сами телефон отдадут.
Он тяжело, пристально посмотрел в глаза одному из парней, и тот как во сне достал телефон Никиты, молча вручил его хозяину и вновь застыл, тупо глядя перед собой.
– А… – Никита не мог в себя прийти от изумления, – Как же… Как вы догадались, что телефон именно у него?!
– Не первый год живу, да и нетрудно было: при слове «мобильник» именно этот раб Божий еле заметно дернулся, – и Сергий улыбнулся уже без иронии, тепло.
– А как теперь с ними?
– Ничего, они постоят тут и тихо пойдут, ничего не помня, по своим делам. Буде таковые найдутся. Они же ни в чем не виноваты – им приказали. Забудь и пошли отсюда поскорее. Есть здесь одно кафе, – там и обсудим всё.
– Что – всё?
– Почему твои враги не хотят избрания Дамиана. Что означают реликвии и какова конечная цель их поисков. Как быть дальше, короче.
В маленьком кафе среди бела дня посетителей не оказалось вовсе.
Сергий с Никитой уселись за столик, подошедшая официантка при виде красивого молодого человека кокетливо качнула стройными бедрами и шевельнула бюстом, но под взглядом Сергия вытянулась – как аршин проглотила – и убежала на кухню за кофе. Есть никому не захотелось.
– Итак, – начал таинственный друг-доброжелатель, – ты здесь чтобы не допустить избрания Дамиана, так?
Никита обреченно кивнул и закурил, и курил потом одну за одной. Он решил больше не задавать вопросов, положиться на волю случая. Знатный ты византийский принц или нет, а все равно накатывает усталость от бесконечных стратегических и тактических задач. Как просто было в армии: приказали – и пошла масть воевать!
– А сам-то ты что думаешь по этому поводу?
– Мне лично как-то фиолетово, я не политик. Мои отношения с ним не сложились – выгнал, потом в розыск сдал. Да и сам он какой-то весь «партийноправительственный»… Но я не мстительный, да и…
Тут Никите вспомнились слова, таинственно прозвучавшие в пещерах Лавры. Как там голос Алексия говорил?
Может быть, покойный патриарх призывал не судить никого слишком строго?
Сергий молча слушал. В его глазах читалась попытка понять хранителя реликвии и его умонастроение.
– Понимаешь… – наконец произнес он, утратив обычную свою словесную четкость и краткость. – Избрание Патриарха – только первое серьезное событие на пути, который тебе предстоит пройти… Ведь пока найдена только одна реликвия, остальные еще скрыты и ждут своего часа. Вера, которую я исповедую, ничего «партийно-правительственного», как ты говоришь, не приемлет. Но мы живем среди людей, простых людей, и многим необходима церковь не только как мистическое отражение Царства Божия на земле, но и как организация. Подумай, что станет с ними, если Святой Престол останется пустующим надолго? А если Дамиан откажется от сана – выборы превратятся в смуту. Когда ты отправишься на поиски следующей святыни – а ты не расслабляйся! – за плечами должна быть крепкая, могущественная Церковь, способная помочь тебе во многом. Кроме того, одержимый бесом Феофил не свою волю тебе озвучил: Зло всеми силами противится избранию Дамиана, а это что-то да значит!
– Ясно. Я, если честно, сам бы никогда не вмешался в эту суету вокруг престола, но они ж Настю похитили!! Она, правда, в безопасности? – Сергий кивнул. – Тогда надо все сделать, чтобы, значит… как его? Ага, – «и ад пленися»!
Собеседник кивнул, отхлебнув остывающий кофе.
– Странно, я привык на эти темы говорить в криптах и монастырях. Не в кафешке… – Никита расправил плечи и позволил себе улыбку.
– Тебе, мирянину, не надо забиваться от жизни в дальний угол. Здесь, среди людей, решаются – ни много, ни мало, – судьбы мира! Даже в таком ресторанчике – решаются. А ты думал – где?
И Никита вдруг заметил, что кафе наполнилось народом, стоит гул голосов, полногрудая официантка с ног сбилась, а музыканты готовятся к выступлению на крошечной эстраде. Подумалось: «Странно, вроде только пришли, а уже вечер… Неужели так быстро пролетело время?!»
– Да, быстро. Время вполне материально, и бег его – причудлив. – Сергий словно подслушал мысли парня. В голосе вновь мелькнула ирония. – А чтобы ты не сомневался в выборе – найди Дамиана и посмотри на реакцию перстня – сам все поймешь! Мне известно, что скоро он будет принимать у себя в резиденции одного митрополита, – который тоже… «с видами» на святой престол, – вот тогда и поговори с ним. Так-то его трудно поймать, сам понимаешь, – выборы. Не хухры-мухры!
– А вы сами кто будете? – Никита, наконец, осмелился задать вопрос, с которого, по идее, разговор и должен был начаться.
Сергий тяжело вздохнул и просто сказал:
– Митрополит я – Черногорский и Балканский, перешедший под крыло истинно-православной церкви, к владыке Серафиму. Почему – тема совсем другого разговора.
– Черногорский? Так вы тамошних архиереев всех должны знать! Имели мы удовольствие с ними познакомиться…
– Да, знаю. Жаль только, выводов ты никаких не сделал. Ну, ничего, хорошо все, что хорошо кончается. Да и за битого нынче двух небитых дают.
«Ну да, как же – «кончается»! – подумал Никита, пропуская мимо ушей пассаж про «битых и небитых». Особенно про «битых».
Он достал мобильник и вызвал Данилу. Тот немедленно откликнулся радостным воплем:
– Никитос! Ура-а!! А мы тут по Киеву гуляем, красоты смотрим, погода – блеск! Ты как? Сергий отыскал тебя? – тут в трубке зашуршало, и девичий голос сквозь слезы проговорил тихо:
– Никита, ты живой?
У парня отлегло от сердца, и он с благодарной теплотой искоса взглянул на Сергия. Тот поглаживал аккуратную бородку и внимательно слушал разговор. Интуитивно Никита понимал, что спасением Насти он не в последнюю очередь обязан новому другу. Но сладко ворковать при нем не смог. Да и вообще не умел. Спросил со всей нежностью, на какую только был способен:
– Когда сюда?
Но трубку опять взял Данила, услышавший последние слова и немного растерявшийся:
– Да через денёк, чтобы Настя в себя пришла окончательно. Приедем – расскажем, что с ней было да как. Не переживай, уже все в норме!
– Так ты же рядом, чего мне переживать! Давайте скорее, я… соскучился. И смотри, чтоб не было промеж вас какого греха!
Никита просто неловко пошутил, но голос Данилы вдруг поник и вырвалось неожиданное, затаенное и очень грустное. Что князь так и не смог до конца обратить в шутку:
– Куда мне, Ник. Она только о тебе и говорит…
Никита сидел с трубкой в руке и смотрел перед собой.
Разговор пробудил море чувств и мыслей, захотелось остаться одному.
Сергий уже рассчитался, поднялся и сказал с улыбкой:
– Ну, Ваше Высочество, идите домой, отдохните. Подготовьтесь к приезду друзей. Ведь Новый Год на носу! Я сообщу, когда можно будет навестить Дамиана. Мои координаты вот, – и протянул зардевшемуся Никите визитку. – Да, и еще… Машиной пользоваться не советую – ни тебе, ни Даниле. Будьте лучше в толпе, среди народа, так оно – мне сердце подсказывает – безопаснее.
«И это знает! Лучше бы я оставался простым Никитосом… Какой из меня футы-нуты принц? А ведь, и правда, через пару дней – Новый Год! Только как это – без машины? Давненько я по метро да по автобусам не шарился…»
Загадочный митрополит по выходе из кафе растворился столь стремительно, что Никита даже подумал: «А был ли он? Или всё привиделось?»
Но нащупал в кармане визитку и успокоился.
А Сергий шел на встречу с Серафимом и думал: «Таким детям – и столько испытаний. И сколько еще предстоит…»