реклама
Бургер менюБургер меню

Святослав Моисеенко – На острие жизненных принципов (страница 9)

18

Но стоит совершить всего лишь одну ошибку, сделать одно‑единственное неловкое движение – и ты можешь оказаться летящим в ту самую пропасть, на которую, до недавнего времени, совершенно не обращал внимания, удивляя попутчиков чудесами эквилибристики.

Причём, что характерно, тебе будут с удовольствием аплодировать и в том, и в другом случае.

В первом – отдавая дань твоему мастерству, во втором – радуясь твоему провалу.

***

Нет ничего невозможного!

Каждый человек способен творить чудеса.

Нужно только убедить самого себя в том, что тебе это по силам…

***

Сомнения в рассуждениях порождают гибкость мышления и заставляют учитывать разные точки зрения.

Сомнения в человеке порождают недоверие, а вследствие этого – разочарование в дружбе, любви, честности, надёжности.

Счастлив тот, кто наслаждается игрой ума и не испытывает душевных терзаний в отношении людей, являющихся смыслом его жизни!

***

Люди любят давать оценку происходящему.

Явлениям, событиям, личностям…

Саркастически‑злую, заумно‑философскую, отстранённо‑нейтральную, восторженно‑фанатичную или эмоционально‑аналитическую.

И крайне редко – просто добрую. Без особого подтекста и двойного смысла.

Наверное, потому что доброта нынче явление редкое, бескорыстие – товар дефицитный, а искренность – понятие, давно квалифицируется, как понятие из области научной фантастики.

И чтобы просто так, по‑доброму, признать, что кто‑то лучше или совершеннее тебя самого? Далеко не каждому это по силам!

Мы боимся, что доброта сделает нас слабее.

Но ведь зло и вовсе лишает нас сил!

Бросаясь из крайности в крайность, стараясь выглядеть как можно круче, по крайней мере, в собственных глазах, – люди просто проходят мимо того, что могло бы стать смыслом их жизни.

***

В один прекрасный момент до тебя вдруг неожиданно доходит, что всё, происходящее с тобой, – не так уж и принципиально.

И когда это по‑настоящему осознаёшь, то отчётливо начинаешь понимать, что самое важное по‑прежнему ускользает от твоего внимания.

Хоть и находится где‑то очень рядом.

На расстоянии одного удара твоего мятущегося и такого беспокойного сердца…

***

Если что‑либо не входит в круг наших интересов, это не значит, что это самое что‑то не оказывает влияния на кого‑то другого.

Широта собственного мировоззрения позволяет адекватно оценивать и анализировать происходящее во всём его многообразии.

Узость, тупость, непробиваемая самоуверенность и зашоренность предполагают исключительно злобную и, зачастую, неприлично‑истеричную реакцию на всё, что не соответствует собственному образовательному и социальному уровню.

И, как следствие, в качестве последнего аргумента – исступлённо‑сладострастное наклеивание ярлыков!

***

Есть люди, которые даются нам для испытания. И исчезают, оставляя после себя лишь флёр воспоминаний, приятных или не очень – не так уж и важно…

Есть люди, посланные нам в наказание. Настырно лезущие в нашу жизнь, как бы мы не пытались от них избавиться. И гадящие в неё с чувством выполненного долга и невероятного удовлетворения…

А есть люди, которые суждены нам по жизни. И хорошо, если нам вовремя удаётся разглядеть в их глазах, то самое, предназначенное именно нам, и способное согреть даже в самую лютую стужу, тепло души.

***

Мы не замечаем пустоты в любимых людях.

Наверное, потому что мы безумно эгоистичны в своей любви. И не позволяем самим себе даже малейшим намёком разрушить тот идеал, который мы самозабвенно придумали для себя самих.

А когда приходит время, и мы вглядываемся в не замечаемую ранее пустоту, нам становится страшно. Потому что мы теряем себя…

И то, что было когда‑то любовью, превращается в её противоположность.

Но и в этом нам хочется обвинить кого‑то другого…

***

Кто‑то меня искренне любит.

Кто‑то так же искренне ненавидит.

И те, и другие считают, что только их точка зрения единственно правильная, и только она имеет право на существование.

Не хочу никого разочаровывать.

И буду всеми силами стремиться соответствовать.

Первым – в их любви.

Вторым – в их ненависти.