Святослав Моисеенко – На острие жизненных принципов (страница 29)
И стали с остервенением запоминать зло, накапливая ненависть и плодя негатив, становясь злопамятными и невероятно мстительными.
Люди перестали думать о других, заботясь исключительно о взращивании собственного «эго». И стали невероятно черствы к чужим бедам, рассматривая их только в качестве наживы или очередного информационного повода для пересудов, сплетен или удачной PR‑акции.
Люди разучились любить.
Глубоко и по‑настоящему. Без оглядок и условностей. По зову сердца и велению души…
И люди не сумели сохранить веру.
Автоматически крестясь и бездумно отбивая поклоны, не вникая в смысл заученных фраз, они всё больше и больше становятся подобиями собственных теней.
Но если удастся на своём пути встретить человека, не словами, а поступками сумевшего опровергнуть описанный мною «Тезис человеческой серости», то можно уверенно сказать, что жизнь была прожита не зря!
***
Размышляя о том, что сказать или как поступить здесь и сейчас, мы руководствуемся исключительно своими собственными резонами, целями, предпосылками и выводами, являющимися наиболее удобными для нас именно в данный момент.
Практически никогда мы не учитываем чью‑то иную точку зрения, если она противоречит нашим убеждениям или губительна для нашей позиции. Даже в интеллигентной дискуссии, не говоря уж о базарной брани, мы будем соглашаться только с тем, что не противоречит, хотя бы в основном, нашим внутренним убеждениям.
Только вот ведь какая заковыка…
Практически всегда мы сожалеем о том, что сказали или сделали, кроме, разве что искреннего и чистого порыва души.
А уж о совершённом, в порыве гнева или экзальтации, – тут даже к гадалке не ходи!
И очень часто слова ранят больнее поступков.
Ибо любой поступок можно попытаться объяснить с той или иной точки зрения. А вот вырвавшиеся на пике эмоций слова…
Их очень трудно забыть.
И очень трудно простить.
Самое интересное, что нам всем прекрасно известен и понятен постулат, который я пытаюсь сформулировать. Но мы всё равно забываем о силе брошенных в сердцах слов.
И о том, что, так или иначе, «вначале было Слово» …
***
Иногда достаточно устремить взгляд в небо, чтобы ощутить ласковое прикосновение солнечных лучей, лёгкое дуновение летнего ветерка и мудрую улыбку Бога.
И понять, что счастье всегда рядом, на расстоянии вытянутой руки.
Если только ты сам готов к встрече с ним…
***
Одной из наиболее справедливых оценок твоего земного бытия является количество людей, по‑настоящему ценящих и тебя, и то, что ты делаешь.
Людей, помнящих о тебе не только в твой день рождения, но и тогда, когда не ты нужен им, а они тебе.
Людей, которые отвечают тебе взаимностью в дружбе и любви.
Людей, понимающих и прощающих твои ошибки.
И, наконец, людей, безоговорочно готовых разделить бремя твоей ответственности, твоих неудач и твоих невзгод.
К большому сожалению, очень немногие могут сказать спасибо за высший бал, поставленный Жизнью в их земной аттестат…
***
Самое большое коварство – заставить других просить тебя сделать то, что нужно исключительно тебе.
Или создать осязаемую видимость подобной «просьбы».
Даже если тебе будет удаваться подобная «игра в благородство», когда‑нибудь всё равно наступит «пресыщение ложью».
И те, на чьих чувствах ты виртуозно играл, никогда не простят тебе того, что им какое‑то время приходилось находиться в состоянии нагло использованных идиотов…
А в этом случае наименьшей из проблем станет ненависть.
Но тот, кто осознанно ступил на путь коварства, уже никогда не сможет пройти дорогой правды.
***
Люди походя отмахиваются от смертельных обид, причинённых ими кому‑то, полагая всё это малозначимым и несущественным.
И расценивают, как невероятно тяжёлое и несмываемое оскорбление даже малейший косой взгляд в сторону собственной персоны.
По принципу: я ведь всё это не со зла, а вот меня‑то за что?!
Наше время изобилует парадоксами…
Но ведь дело не во времени, а в людях, не так ли?
***
Одни люди завидуют успехам других потому, что сами не способны достичь подобных высот.
Другие завидуют в силу удивительной злобности своей натуры.
Третьи – из‑за собственной ущербности и ограниченности.
Но, в любом случае, я точно знаю, что «по‑доброму» завидовать невозможно. Просто потому, что зависть разъедает изнутри и одновременно уничтожает всё лучшее вокруг.
Особенно мерзко выглядит зависть в виде «конструктивной критики» всего и вся.
Я бы посоветовал всем, ступившим на этот скользкий путь, вспомнить прекраснейший постулат, поражающий, при всей его простоте, удивительной философской красотой: отвергаешь – предлагай!
Вот так‑то…
***