Святослав Коровин – Быстрый мир (страница 27)

– Да, ее обязательно покажут Мефодию. Но пока суть не в этом. Что вы скажете об этом собрании?

Галя прошла вдоль стеллажей. Пару книг она достала с полки, повертела в руках и поставила обратно:

– Ну, что сказать. У вас много чего собрано. Есть много полезного, но есть и откровенный шлак.

– Что значит это слово? – Елена подняла брови.

– Я имею в виду, что некоторые книги не представляют никакой художественной, научной или культурной ценности. Например, вот это развлекательная книжка для домохозяек. Писательница, ее написавшая, в нашем мире выпустила огромное количество подобных детективчиков.

– Я бы не хотела, чтобы ты, Галя, была столь категорична. Нам важна любая информация. То, что для вас кажется пустышкой, нам может рассказать много нового.

Елена была права. Вот, листаешь ты себе дешевый любовный роман, а в нем есть пара строк, отсылающих к другому, и больше нигде это другое не упоминается. И дело только читателя, пройти по этой ссылке или нет.

Когда-то для одного из первых выпусков своего блога Галя брала интервью у известного писателя Стогова, который сначала публиковал легкие развлекательные романы, а потом вдруг перешел на документалистику:

– Ты, вот, прикинь, погибнет наша цивилизация, и потомки найдут книгу про Винни Пуха. И это будет единственная книга, дошедшая до них. Ее расшифруют, а потом в учебниках истории напишут, что на планете жили говорящие медведи, которые дружили со свиньями, умеющими стрелять из ружья. Скажи, кто такой Винни Пух? Я его не знаю. Поэтому я предпочитаю сейчас писать о том, что вижу вокруг, о том, что происходит здесь и сейчас.

К слову сказать, пару книг Стогова тоже лежали на полках. Наверное, ему было бы приятно узнать, что его романы пережили нашу цивилизацию.

– Ты о чем-то задумалась? – Елена подошла к Гале, – или тебе грустно?

– Да, я вспомнила одного своего знакомого. Не важно, в общем-то. Так как тебя научить читать?

Рано или поздно люди переходят на «ты», и нет ничего глупее, чем договариваться об этом. Это случается само собой.

– Открой любую книгу и читай вслух, веди пальцем по строке, а потом я попробую сама…

– Кстати, если говорить строго, то это мог бы любой из нас.

– Но в старинном листке именно ты указана как та, что владеешь этими знаниями.

Галя вспомнила фотографию из газеты:

– Ну, ладно. Выбирай тогда любую.

Елена подошла к стеллажу и достала увесистый том в цветной обложке.

– Ого, «Ночной Дозор» со всеми продолжениями, – улыбнулась Галя, – открывай.

Взяв книгу в руки, Галя начала читать. Она читала медленно, ведя кончиком указательного по строке. Перевернув страницу, она повернулась к стоящей за ее плечом Елене:

– Все понятно?

– Да, давай я попробую.

Случилось удивительное, Елена действительно начала читать. Причем, судя по ее лицу, она сама восприняла это как должное. Мол, ну, да, я мечтала научиться делать это, а сейчас сделала. Все нормально!

– Ну, как? – дочитав абзац, она посмотрела на Галю, – нигде не ошиблась?

– Лена, ты же сама понимаешь, что нигде. Но я очень удивлена. Как такое вообще возможно?

– Тебе же сказали, что мы очень быстро учимся, – она улыбнулась, – я только не совсем поняла, что за значки между буквами. Ты их никак не читала. Я сначала подумала, что они после слова как-то влияют на длину последней буквы, но там были слова, которые не кончались на тянущиеся.

– Это ты сама так назвала буквы, типа, «а», «о» и подобные? Мы называем их «гласные». А эти значки… – Галя задумалась, как бы это сформулировать просто и понятно, – Они обозначают интонационные паузы и делят текст на смысловые куски. Есть ряд правил, как их использовать.

– Расскажи!

Положив книгу на полку, Галя пошла между стеллажей. Где-то мельком она видела здесь несколько школьных учебников. А, вот…

– По этим книгам мы учимся правилам языка.

– Русский язык, – прочитала Елена, – а это, что за буква? Вот тут, прямо перед словом «класс».

– Это не буква, – Гале почему-то было немного смешно от того, что взрослый человек задает такие вопросы, – это цифра. Тут написано, что это учебник для пятого класса. В школе учатся много лет, и каждый год обучения называют классом.

– Расскажи мне о цифрах.

Галя не была сильна в математике, однако она прекрасно понимала, что, умея читать, Елена вполне сможет сама постичь и эту науку. Главное сейчас не углубляться, а то и самой можно запутаться:

– А эта цифра называется «ноль».

– Это сколько?

– Это нисколько. Этой цифрой обозначается отсутствие количества. А еще она используется для того, чтобы написать числа в десять раз больше, чем, например, один или два. Ты добавляешь ноль и получается десять или двадцать.

– Как странно. Ты не пытаешься дать мне ложное знание? – Елена отошла на несколько шагов, – как может одно и тоже быть ничем и при добавлении этого ничто к чему-нибудь, увеличивать это в десять раз?

– Ты слишком уж буквально все воспринимаешь. Это всего лишь знаки, которыми обозначают что-то. Это, например, как буква «а», которая сама по себе является маленьким, назовем это так, словом. И есть буква «у», которая тоже может быть маленьким словом, – Галя решила максимально упростить объяснение, – а написанные вместе они дают третье слова «ау».

– А! – протянула Елена и улыбнулась, – понятно.

Следующий час они ходили между полками, и Галя выбирала школьные учебники. В одну пачку она сложила все, что относится к изучению языка, в другую то, что имеет отношение к математике.

– Вот, посмотри, если освоить эти программы, то получишь основу для изучения любой науки. Ну, кроме музыки, наверное. Там свои знаки, но, думаю, Максим все объяснил Милане.

– Музыка меня не интересует. Она не имеет практической пользы, – взгляд Елены стал строгим, – я считаю, что это вредное знание. Я говорила об этом князю, но Милана говорила более убедительно. Наш князь, хоть и сильный, но он слишком идеализирует мир. К музыке мы всегда успеем прийти. Сейчас знания о нашем мире гораздо важнее.

– А как же душа? Как же покой и радость от красивых мелодий?

– Я не верю в то, что она спасет человека от неверного пути. Только отвлечет. Собственно, Милана, несмотря на свой статус, у нас считается не совсем нормальной. Она носится со всем этим. Пускай она освоит, конечно, эти знания, что ей даст Максим, но использовать их нам пока рано. А, может быть, они вообще окажутся лишними.

Галя не нашлась, что ответить ей. Она молча перебирала книги.

Нет, ничего страшного она не услышала, но музыка наравне с литературой всегда была частью культуры, сформировавшей лицо ее мира.

Когда-то именно музыка Макса сформировала личность Риты. Конечно, она и представить себе не могла, что когда-нибудь ее личность будет интересна кому-то только потому, что она в юности много гуляла по стройкам, но и это уже что-то. Все-таки не бесполезной выросла.

– Значит, вы говорите, что фундамент необходим даже при возведении маленьких домов, типа того, в котором мы сейчас?

Они с Ильей-строителем сидели в маленьком бревенчатом домике за столом и рассматривали старые планы зданий, которые, как он сказал, передали ему из некого большого хранилища книг.

Илье было семь с половиной лет. Выглядел он как мужчина за семьдесят. Взлохмаченный дядька с бородой, большим носом и глазами навыкат.

– Конечно. Я же объяснила вам, что это застрахует дом от возможной деформации и придаст устойчивость. Вы сейчас прямо на землю избы ставите?

В общем-то Илья был приятным собеседником, но он никогда не довольствовался ответами Риты. Каждый ответ вызывал просто-напросто шквал дополнительных вопросов. Он что-то уточнял, что-то переспрашивал, все подвергал сомнению.

– Мы находили старые фундаменты, но всегда считали их блажью тех, кто был до нас. Мы, либо делаем погреба, либо ставим дом прямо на землю. И еще ни разу дом никуда не девался.

– Илья, вы спросили, я ответила. Мы строим именно так. Фундамент, сваи… Я же вам уже два раза рассказывала это.

– Ну, не серчай, – Илья будто резко стал очень грустным, – понимаешь, когда всю жизнь строишь так, а приходит девчушка и начинает говорить, что ты делаешь неправильно, то это не очень приятно. Я понимаю, что твои знания очень важны. Но очень грустно понимать, что мои знания несовершенны.

– Зачем вы так говорите? Я уверена, что рано или поздно вы бы сами пришли к тому, о чем я пытаюсь рассказать. У вас наверняка много книг о строительстве. Галя научит вашу Елену, а та вас. Да и, смотрите, какую гостевую избу вы отстроили…

– Ох, гостевая изба. Это очень большой вопрос. Она пришла к нам из того мира, который был здесь до нас. Я всегда против холодных камней. Я за живое и дышащее.

– Смотрите, мне сказали, что я должна передать знания. Я делюсь ими с вами. И только вам решать, воспользоваться ими, или нет.

– Знаешь, ко мне вчера пришел Главный Соглядатай. Он ничего толком не объяснил. Сказал только, что я должен согласиться с тобой. Что ты каким-то образом попала в наш мир из мира тех, кто был здесь до нас…

– Значит, вы должны восстановить искусство предков. Я понимаю, что что-то случилось. После этого человечество изменилось. Вы стали жить меньше. Появились какие-то Вечные…

Илья встал из-за стола и подошел к окну. У Риты появилось какое-то странное ощущение, будто он что-то хочет сказать, но, почему-то, не решается.