Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий) – Избранные творения (страница 15)

Аминь.

Слово во второй день Пасхи

«И Слово стало плотью»

Только один раз в году читается первая глава Евангелия от Иоанна, и читается торжественно, многими священниками, на разных языках. Почему выбран именно этот отрывок? Потому что он содержит глубочайшие и важнейшие для нас тайны богословия.

Святой апостол Иоанн Богослов был простым рыбаком, он нигде не учился, но благодать Божия совершенно переродила его и сделала одним из мудрейших людей на свете. Он называется Богословом, и ни один из богословов не может сравниться с ним. Евангелие его с начала до конца поражает глубиной понимания учения Христова. Оно отличается от других Евангелий – от Матфея, Марка и Луки, ибо эти евангелисты излагают преимущественно то, что касается жизни и деяний Господа Иисуса Христа по Его воплощении. Никто из них не говорит с такой чудесной силой, как святой Иоанн, о предвечном существовании Бога Слова Господа Иисуса Христа. Никто столь убедительно не утвердил нашей веры в Его Божественность, никто так глубоко не изложил Его сокровеннейшего учения и важнейших откровений и деяний, как святой Иоанн.

В самом начале своего Евангелия святой апостол Иоанн именует Второе Лицо Святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, Словом. Что значит это наименование? Самые разные слова живут в уме и сердце человеческом и исходят из них – слова истины и лжи, слова добрые и злые. Слово человеческое – то, что исходит из существа человеческого; то, что являет нам духовную сущность человека. Господь наш Иисус Христос называется Словом, потому что через Него было открыто и возвещено миру учение о Святой Троице. Из ума Божиего излилось слово проповеди Господа Иисуса Христа. Он был словесным Выразителем тайн Божиих и воли Божией.

Мир создан Словом Божиим, так говорит и святой пророк Давид: Словом Господним небеса утверждены, и духом уст Его вся сила их (Пс. 32, 6). Все Силы Небесные сотворены Словом Божиим. Непосредственным Деятелем творения мира был именно Господь Иисус Христос – Слово Божие: Он Вседержитель и Творец мира. Поэтому и называется Он в Евангелии от Иоанна Словом.

Вот как святой Иоанн утверждает предвечное существование Бога Слова и единосущность Бога Слова, Господа Иисуса Христа, со Отцом и Святым Духом.

В начале было Слово (Ин. 1, 1). В самом начале, когда мира еще не было, тогда уже было Слово, предвечно. И Слово было у Бога (Ин. 1, 1). Это Святейшее Слово, Второе Лицо Святой Троицы, всегда, от начала было у Бога, Оно было присуще Богу. И как слово человеческое рождается из ума человеческого, так и Бог Слово предвечно рождается от Бога Отца. И Слово было Бог (Ин. 1, 1). Какое еще более определенное утверждение о Божестве Господа Иисуса Христа можем мы ждать?

Оно было в начале у Бога (Ин. 1, 2). Оно всегда существовало у Бога, в уме Божием. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1, 3). Ничто, получившее начало, получившее существование, не начало быть без Него, от Него получило оно свое бытие. Как нам представить себе такое таинственное и дивное единение Бога Слова с Безначальным Отцом и Святым Духом? Это объясняет нам святой апостол Павел, который в Послании к Коринфянам называет Господа Иисуса Христа Божией силой и Божией премудростью (см. 1 Кор. 1, 24). Возможно ли, чтобы Божия Сила и Божия Премудрость не была едина с Самим существом Божиим? Было ли время, когда Ее не существовало?

Святой апостол Павел также называет Господа Иисуса Христа Сиянием Отца (см. Евр. 1, 3). Сияет солнце на небе и изливает свой дивный свет на все поднебесное. Разве может оно сиять, но не изливать на землю света? Если Господь Иисус Христос называется Сиянием Славы Отца, это несомненно значит, что Он всегда существовал, всегда был присущим Отцу и Единосущным с Ним, ибо из существа Святой Троицы всегда исходило Божественное сияние, а этим Сиянием и был Господь наш Иисус Христос.

В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков; и свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин. 1, 4–5). Он был для всех нас Источником жизни – жизни вечной, истинной, которая была светом для людей. Этот Божественный Свет и доныне сияет во мраке жизни человеческой, и никакая сила дьявольская не может угасить его.

Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн (Ин. 1, 6). О каком Иоанне говорит здесь апостол? Конечно, о великом Предтече Господнем. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали чрез него (Ин. 1, 7). Он пришел по Божиему повелению для того, чтобы уготовить путь Господу, прямыми сделать стези Ему (см. Мф. 3, 3; Мк. 1, 3; Лк. 3, 4). Он светил миру светом своего сердца и приготовлял людей к восприятию истинного Света Христова, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир (Ин. 1, 9). Это просвещение получаем мы, христиане, в великом Таинстве крещения.

В мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал (Ин. 1, 10). Большая часть человечества Его не познала, отвергла Его. Пришел к своим, и свои Его не приняли (Ин. 1, 11). А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1, 12). Он сошел с небес в мир земной, Им сотворенный, воспринял плоть человеческую от Пресвятой Девы Марии, пришел к Своему избранному народу израильскому, но не был принят большинством его. А тому меньшинству, которое приняло Его и полюбило Его всем сердцем, – ибо Он сказал: Я уже не называю вас рабами… Я назвал вас друзьями (Ин. 15, 15), – дал власть быть чадами Божиими, таинственно вторично родив их уже не по хотению плоти, не по хотению мужа, а непостижимым рождением от Бога (см. Ин. 1, 13).

И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца (Ин. 1, 14). Бог Слово воспринял человеческую плоть и тридцать три года жил с нами, исполненный благодати и истины. О Нем сказал Его Предтеча, что хотя Он родился по плоти позже, но стал впереди него, как Предвечный Сын Божий (см. Ин. 1, 15).

От Божественной полноты Его всеведения и любви излилась на весь род человеческий неиссякаемым потоком Божия благодать и всесовершенная истина. Ибо через пророка Моисея был дан закон о том, каких грубых грехов должны избегать люди, а от Господа Иисуса Христа мир узнал о гораздо более высоком нравственном совершенстве и обо всей полноте высшей истины. И не только узнал, но и получил благодатные силы к исполнению воли Божией.

Да будем же мы все достойны этого великого дела Господа – спасения рода человеческого. Да отверзнутся сердца наши к принятию света евангельского, света Господа нашего Иисуса Христа.

Аминь.

Безсмертие – безусловное требование души христианской

Два святейших, глубочайших стремления возносят нас превыше всякой твари: стремление к правде и безсмертию. Они свойственны только душе высокой, живущей духовной жизнью. Справедливость требует, чтобы смертные грехи человеческие не остались безнаказанными, чтобы все грешники получили воздаяние. Но мы видим, что в земной жизни это бывает далеко не всегда; часто даже наоборот: грешники благоденствуют, а праведные страдают. Наше сердце не может смириться с тем, чтобы дух такого великого святого, как преподобный и богоносный отец наш Серафим Саровский, куда-то исчез, совсем перестав существовать. Оно требует, чтобы святой Серафим и все великие святые, мученики, праведники, все благочестивые и чистые люди жили жизнью вечной, у Бога, чтобы великое добро их души никогда не переставало возрастать в вечности и бесконечности, чтобы они всегда приближались к Богу, пребывая в новом Иерусалиме, в Царстве Небесном.

Безсмертие есть безусловное требование души христианской. Святой апостол Павел говорит, что если мы не верим в воскресение мертвых, в жизнь вечную, то тщетна, бесполезна вера наша, и тогда мы ничем не будем отличаться от неверующих (см. 1 Кор. 15, 14). Мнение людей, отрицающих все духовное, решительнее и беспощаднее всего восстает против нашей веры в безсмертие. Они считают ее безсмысленной, признавая только то, что видят глазами, слышат ушами и осязают руками, то, что можно измерить и взвесить, только одно материальное. Они говорят, что невозможно, чтобы после того, как со смертью нашей умрет и разрушится наш мозг, остановится сердце, померкнет и исчезнет сознание, еще могла продолжаться – по их мнению, воображаемая нами – безсмертная, вечная жизнь. Они думают, что все кончается со смертью, что за гробом нет ничего – только вечная тьма и пустота.

Они основываются на том представлении, будто физиология с полной очевидностью показала, что вся наша духовная жизнь, сознание, помышления, чувства зависят исключительно от деятельности головного мозга, и убеждены, что после того как он угаснет и сгниет, невозможно будет ни думать, ни чувствовать, ни сознавать.

Мы же все материальное считаем неизмеримо менее важным, неизмеримо более низким, чем духовное. Мы глубоко убеждены в том, что, наряду с жизнью материальной, существует безграничная жизнь духовная, которая совершается и в нас самих, – жизнь, дающая нам способность молиться и входить в непосредственное общение с Богом. Мы верим, что, помимо всего видимого, ощущаемого, существует еще великая область того, чего мы не постигаем чувствами, ибо ум наш чрезвычайно ограничен и понимает лишь очень малую долю происходящего во вселенной. Мы знаем, что существует Воинство Небесное, святые духи, служащие Богу. Знаем, что и в наших душах нередко происходит великое, таинственное восприятие высшего – не ограниченным умом, а сердцем и духом.