Светлана Зверева – Без дефицитов. Как сбалансировать питание и сохранить здоровье (страница 3)

Как думаете, вы здоровы? Остановитесь на минуту, подумайте, что слово «здоровье» значит для ВАС.

Зачем знать определение термина? Чтобы понять, как мы можем на него влиять. Я часто слышу, что это состояние, когда не надо пить лекарства и ничего не болит. Но если человек еще не болен, но уже чувствует себя недостаточно хорошо? Это ведь уже нельзя назвать здоровьем? Выпадение волос или ломкость ногтей не назовешь болезнью, но разве это здоровье? А усталость? Проблемы с засыпанием? Раздражительность? Понимаете, к чему веду? Нет черного (болезнь) и белого (здоровье) – цветов намного больше.

ВОЗ определяет здоровье как отсутствие болезней и физических дефектов на фоне полного физического, душевного и социального благополучия. Мне намного больше нравятся определения российских ученых Влаиля Казначеева и Геннадия Царегородцева, которые акцентируют внимание на важность того, что здоровье – это динамическое состояние, процесс сохранения и развития функций, причем как физиологических, так и психологических. [1]

Именно поэтому к здоровью нужно подходить комплексно и с разных сторон. Часто такой подход называют холистическим. В переводе с древнегреческого языка «холистический» означает «целостный» (ὅλος – «целый, цельный»).

Иногда клиенты интересуются, «почему тогда врачи разделены на органы» (как-то двусмысленно, да?). Так действительно проще – можно максимально глубоко погрузиться в работу конкретного органа. Однако люди не машины, в которых можно заменить сломавшуюся деталь без влияния на остальные органы и системы. И очень хорошо, что холистический, то есть целостный, подход набирает популярность в медицине и нутрициологии.

Почему такой подход изначально не развивался? Раньше перед медиками стояли вопросы выживаемости. Про качество и продолжительность жизни особо не думали. Даже появился термин «болезнецентрическая парадигма», что означало направленность на изучение лечения болезни, а не ее предотвращение. Врачи обучались именно лечению патологий, хотя с древности специалисты стремились к принципу «лечить человека, а не болезнь», но на практике выходило иначе.

Чувствуется в среде умнейших и гуманнейших врачей тоска по прежнему универсализму, стремление найти пути от замкнутой, локализованной патологии к конституциональной терапии, к осведомленности не только об отдельных болезнях, но и личности человека. Исследовав вплоть до молекулы тело, творческая любознательность вновь обращает свой взор в сторону целостности болезни, различной в каждом случае.

В Индии и Китае холизм занимал важнейшее место в вопросах врачевания, как и у лекарей древности, таких как древнеримский медик Гален. Однако практическое отсутствие эмпирических данных о необходимости такого подхода надолго свергло холизм со сцены.

В XX веке ученый Ян Смэтс в книге «Holism and evolution» возрождает это философское понятие. В медицине холизм предполагает рассмотрение всего организма, независимо от локализации боли, потому что все внутренние системы взаимосвязаны и нарушение работы любой части неизбежно вызывает отклонение от нормы.

Сейчас направление холистической медицины или, как ее еще называют, интегральной или интегративной, активно развивается. И все же она еще далека от официального признания классической или доказательной медициной. [2]

Очень подробно разобрал принципы интегративной медицины профессор Владимир Трошин, показав, что в ней соединяются не только традиционная и научная основы медицины, но и физика, химия, философия и даже теология! [3]

У меня есть любимый термин в медицинском словаре. Это «гомеостаз».

Гомеостаз (др. – греч. ὁμοιοστάσις от ὅμοιος «одинаковый, подобный» + στάσις «стояние; неподвижность») – саморегуляция, способность открытой системы сохранять постоянство своего внутреннего состояния посредством скоординированных реакций, направленных на поддержание динамического равновесия. Стремление системы воспроизводить себя, восстанавливать утраченное равновесие, преодолевать сопротивление внешней среды. [4]

Это же про баланс! Баланс всех систем организма. И психических, и физических. Баланс внутри и баланс во взаимодействии с внешней средой. Где-то что-то нарушилось – включаются компенсаторные механизмы. Поэтому и подход к исправлению дефицитов и неполадок не может быть выдернут из контекста, верно? Очень логично.

Периодически друзья рассказывают, как ходили к тому или иному врачу. И знаете, что любопытно? Они всегда выбирают того, кто им подходит психологически. Того, кто их поддерживает, наставляет, заботливо и терпеливо объясняет все. Никто не любит холодного и грубого специалиста, даже если он суперпрофи. Конечно, я могу ошибаться, но мой скромный опыт показывает – людей врачуют люди. И часто – лишь словом.

Но я увлеклась философией. Давайте вернемся к холистике и теперь узнаем об этом подходе применительно к питанию.

Это один из важнейших инструментов врача, который, к сожалению, зачастую остается неиспользуемым в ежедневной практике, если специализация врача не подразумевает прямой взаимосвязи с этой частью жизни пациента.

Кусок хлеба насущного является, был и останется одной из самых важных проблем жизни, источником страданий, иногда удовлетворения, в руках врача – могучим средством лечения, в руках людей несведущих – причиной заболеваний…

И снова прибегаю к словам профессора Трошина. Он пишет, что холистическая теория питания содержит несколько основных постулатов:

1. Пища – источник удовольствий и познания мира.

2. Огромную роль в питании играют традиции, привычки, социальные моменты, образ жизни.

3. Питание – это источник необходимых веществ для организма и микробиоты, его населяющего.

4. Питание – составляющая часть биологической культуры человека – свода социальных, биологических, физиологических правил, определяющих корректное поведение человека в биосфере и ноосфере.

И за счет этих принципов такой подход учитывает не только ценность питания с точки зрения его пользы для физического функционирования, но и уделяет внимание индивидуальным особенностям каждого человека, его привычкам, культуре, психологическим аспектам.

Почему это так важно в контексте обсуждения здоровья? Это открывает вариативность действий при лечении и (что еще важнее) профилактике различных заболеваний.

Наука доказала, что питание, дыхание и еще небольшое число процессов могут рассматриваться как основополагающие акты живого, а управление этими процессами – эффективный способ лечения. Направленные влияния через питание на регуляторные, трофические свойства органов, колонизационную резистентность эндогенного микробиоценоза (микробиоты) уже сейчас начали использоваться в клинической практике. [5]

Любопытно, что в разрезе болезней тоже есть понятие о комплексном подходе и многофакторной составляющей нарушения здоровья. Речь идет о том, что беда редко приходит одна. Обычно это целый букет заболеваний. И для определения такого состояния есть специальный термин – коморбидный пациент. Коморбидность (от латинского со – «вместе» и morbus – «болезнь, недуг») – сосуществование у одного пациента двух или более заболеваний, связанных между собой единым патогенетическим механизмом или совпадающих по времени.

Это не просто наличие у человека нескольких заболеваний, но и связь между ними. Например, ожирение влечет развитие сахарного диабета и нарушения работы сердечно-сосудистой системы, опорно-двигательного аппарата и так далее.

Слово «коморбидность» в 1970 году предложил использовать эпидемиолог Алван Файнштейн, когда результаты его работы с больными острой ревматической лихорадкой показали, что исход тем хуже, чем больше заболеваний у конкретного пациента. Сейчас иногда звучит термин «мультикоморбидность», объединяющий несвязанные между собой заболевания.

Переводя это все на бытовой язык, я люблю приводить аналогию с занозой. Представьте, что заноза попала в мизинец. Самый ли это важный палец? Вроде, и нет, не особо им пользуемся. Представим, что заноза маленькая и не причиняет страданий. Но неприятно. Где будет сосредоточено внимание? Будем ли столь же эффективны, как обычно? Нет. И внимание значительно будет отвлечено на ранку. Хотя, казалось бы, микрозаноза. Или мозоль! Неприятно, да. Но и болезнью не назовешь, верно? Тем не менее, иногда идти не можешь! Это сильно влияет на качество жизни, хотя говорить о болезни еще рано.

Кстати, о качестве жизни задумывались уже с 1947 года, когда профессор Колумбийского университета США Дэвид Карновски опубликовал работу «Клиническая оценка химиотерапии при раке». Вообще, этот аспект меня удивлял еще со времен учебы в аспирантуре, где я и коллеги занимались разработкой лекарственных форм для противоопухолевого препарата. Главным критерием успеха было удлинение продолжительности жизни лабораторных животных. О качестве никто и не думал – не тот приоритет.

Но, как человек, чьи родные болели раком, я не понаслышке знаю, что слово «качество» покидает жизнь очень быстро. Поэтому считаю это важным аспектом, который медицина часто ставит на второй план. Но не потому, что не хотят. Вопрос опять же в приоритетах: когда стоит задача сохранить жизнь, не идет речь о ее качестве. Сначала спасти, потом уже будем разбираться. Только это «потом» уже не в ведении медиков, а область интересов и ответственности пациента. Но, к счастью, есть подвижки. Например, в 1970‐х годах психиатр Джордж Энгель предложил учитывать психологические аспекты заболевания и даже разработал биопсихологическую модель медицины.