Светлана Зорина – Агентство "Лилит". Сказка об обречённой царевне (страница 58)

Нежную мелодию прервал оглушительный удар грома. Диана вздрогнула и на мгновение прижалась ко мне, подняв на меня глаза — золотистые озёра, в глубине которых затаился страх. Ее губы казались такими яркими на внезапно побледневшем лице. Два ярких лепестка, раскрывающиеся словно в ответ на моё желание. Они были так близко. Только наклониться и коснуться их, а потом завладеть ими, как мои руки сейчас завладели её телом — таким хрупким и податливым под тонкой серебристой тканью. Мне казалось, что она бы позволила и что она вообще не против… Чёрт бы меня побрал, но я сдержалась. Не хочу пользоваться её беззащитностью. Она сейчас слаба и зависит от меня. Даже с её даром трудно выжить в этом мире, который сейчас против неё ополчился. Я должна её беречь, и если она когда-нибудь мне что-то позволит, то только не тогда, когда растеряна и слаба.

— Чего ты испугалась, Дия? — спросила я, чувствуя себя так, будто сдерживаю колесницу с четырьмя рвущимися вперёд конями.

— Я с детства пугаюсь грозы, — она виновато улыбнулась. — Не знаю, почему. Думаю, здесь громоотводы не хуже, чем в Деламаре.

Темноту за окнами зала пронзило множество струй, похожих в свете уличных огней и вспышках молний на разноцветный жидкий хрусталь. Музыка заиграла громче, а аромат тропических растений стал сильнее. Я вдыхала его, постепенно успокаивая своих коней. Всё правильно. Она постоянно храбрится, но её так легко ранить, оттолкнуть… Осторожней, Терри, она очень хрупкая. Пока ты должна её просто защищать.

Возле столика нас ждал служащий с пачками банкнот.

— А это ещё один подарок от заведения, — он протянул Диане большую серебристую лилию. — Сегодня вы были у нас самой красивой парой.

Диана улыбнулась, но цветок взяла так, как будто боялась, что он вот-вот превратится в ядовитое насекомое.

— О, не бойтесь, леди, неприятных сюрпризов не будет. Будут только приятные, но не раньше, чем через час. Дома лучше поставьте его в воду — в стеклянный или пластиковый сосуд, который вам не жалко, и увидите, какие чудесные начнутся метаморфозы. Фирма "Даркон", с которой у нас многолетний договор, никогда не разочаровывает наших клиентов.

— "Даркон" — это та самая загадочная фирма? — спросила Диана, когда мы ждали на улице наше воздушное такси. Её сумочку, набитую банкнотами, я спрятала у себя под курткой. — Говорят, часть её сотрудников — искусные маги, которых называют даркмейстерами.

Гроза закончилась, и я с наслаждением вдыхала прохладный, свежий воздух. Давай, Терри, трезвей поскорее.

— Не знаю, Дия. "Даркон" не единственная фирма, которая тщательно хранит свои секреты. Этот цветок безопасен. Я бы поняла, если бы тут были вредные вещества или "жучок".

Диана по-прежнему казалась мне какой-то напряжённой. Она вздрогнула, когда мимо нас проехали двое конных полицейских. Мне и самой стало не по себе при виде их рослых чёрных коней, которые не скалили зубы, не косились на людей, нервно сверкая белками, но впечатление производили довольно жуткое. В их величавом спокойствии и размеренном шаге было что-то странное и зловещее. Всадники в элегантных чёрных одеждах ехали словно бы в глубокой задумчивости. Казалось, этих блюстителей порядка совершенно не интересует то, что творится вокруг. Впрочем, на этой улице было спокойно.

— Им бы ещё чёрные плащи, — негромко сказала Диана. — Назгулы1 какие-то…

Я взяла её за руку и, заметив, что она дрожит, тихонько сжала её тонкие пальцы. Это подействовало на Диану успокаивающе, зато моя тревога росла с каждым мгновением. Что-то подобное я ощущала рядом с Тартаром. Зов тьмы… Она была здесь повсюду. Она здесь царила, беззвучно посмеиваясь над сияющей вокруг иллюминацией. Тьма — слишком могущественная субстанция, чтобы её победил свет, зажжённый смертными. И даже бессмертными. Даже самыми великими из них. Миры на периферии галактик так близко к великой тьме, хранящей в своих глубинах ту загадочную материю, природы которой мы не знаем и без которой не возник бы ни один мир.

— Терри, эти кони… С ними что-то не так. И с этим цветком тоже. Нет, он не опасен, но… То, из чего он сделан, кажется каким-то… тяжёлым, что ли. Не по весу, а…

Я взяла у неё цветок и поняла, что она имеет в виду. Тяжесть этой вещи могли ощутить только люди, чувствительные к разным видам материи. Прикосновение к серебристому цветку заставило меня ощутить холод, похожий на тот, что я испытывала, оказываясь во тьме. В той самой тьме, которая меня так пугала.

— Этот цветок вырос в саду тёмного мага, — прошептала Диана. — А этот сад где-то там… — она показала на чёрное небо, снова набухающее грозовыми тучами. — За пределами Никты. За пределами галактики. Это сад в глубинах космоса. Туда можно попасть, если идти по тёмному тоннелю, но дойдёт до него не каждый…

Я взглянула на неё, и мне стало не по себе от странного выражения на её тонком лице — таком бледном в свете голубоватых фонарей. Мне вдруг показалось, что, погасни эти огни — и она исчезнет, словно иллюзия, рождённая фантазией здешних магов. Великих магов, создавших эту планету из таинственной тёмной материи и звёздного света…

— Может, выкинем этот цветок? — спросила я, привлекая её к себе.

— Нет, он очень красивый. Мне бы хотелось посмотреть на обещанные метаморфозы. А мы куда сейчас?

— Я знаю один уютный мотель на окраине.

— Обязательно ехать туда на такси?

— Тут слишком много народу…

Как назло, служащий ресторана вызвался проводить нас до стоянки — он явно хотел подзаработать, и мы решили его не разочаровывать, а на стоянке было слишком людно, чтобы наше исчезновение осталось незамеченным.

Служащий "Плутона" наконец-то нашёл для нас такси, и с улыбкой распахнул перед нами дверцу. Его улыбка мне очень не понравилась, но я дала ему чаевые и велела водителю отвезти нас в ближайший супермаркет.

— Там будет людно, и мы перенесёмся в мотель, — шепнула я Диане. — Туда, конечно, можно и на этом флайере добраться, но лучше, чтобы никто не знал, куда мы направляемся… Нет, нас не выследили, но всё равно лучше заметать следы.

Похоже, служащий "Плутона" не зря так хотел посадить нас на такси. Его интересовали вовсе не щедрые чаевые. Я заметила, что Диана смотрит на затылок водителя внимательно и слегка прищурившись. Ноздри её красивого носа дрогнули, губы плотно сжались. Маленькая львица, которая настороженно всматривается в обманчиво спокойные заросли. Да, в Диане это тоже есть — способность чувствовать опасность, даже тогда, когда для этого нет видимых причин. Видимых для большинства. От сидящего за пультом управления человека исходило внутренне напряжение — то, которое овладевает нами, когда мы собираемся предпринять что-то рискованное или хотя бы просто выходящее за рамки привычных действий. От водителя флайера исходила опасность, но я не думала, что это как-то связано с Урмом или Орденом. Видимо, у некоторых работников "Плутона" договорённость с водителями такси. Один находит клиентов, другой устраивает ограбление, а выручку делят между всеми участниками афёры. Возможно, сценарий предполагается такой. Такси из-за неожиданной неполадки приземляется в тихом переулке, в него врываются люди в масках, отнимают у нас деньги и скрываются, после чего водитель якобы связывается с полицией. Когда же та наконец прибывает, грабители уже исчезли и искать их — всё равно что искать тени, слившиеся с темнотой ночного города. Это лучший вариант. Если что-то пойдёт не так, жертва ограбления вполне может стать жертвой убийства. Я не очень хорошо знала этот мир, но знала, что большие выигрыши часто грозят большими неприятностями, а здесь, в этом городе вечных сумерек и иллюзорного света, много тех, кто любит играть, рисковать и готов поставить на кон всё, включая жизнь — даже свою, не говоря уж о чужой. Наверняка уже не один бедняга-приезжий, возвращаясь из "Плутона" с выигрышем в виде налички, становился жертвой подобного преступления. Только вот в данном случае преступники и понятия не имели, с кем связались. В их глазах мы были беззаботной парочкой с Авалона, пьяной от вина, друг от друга и от радости по поводу выигранных миллионов.

Так и есть.

— Господа, — осклабился, обернувшись к нам, водитель. — Жутко извиняюсь, но у меня что-то с мотором. Ничего особенного, но чтобы не рисковать вашими жизнями, мы лучше сядем вон на той улочке, и я тут же свяжусь со своей фирмой. Минут через пять пришлют ближайшую к этому кварталу свободную машину.

— Без проблем, — кивнула я.

С мотором у этого флайера было всё в порядке. Я достаточно полетала на таких машинах и неполадки с ними чую нутром.

Я придвинулась к водителю, якобы для того, чтобы о чём-то спросить, и отключила его, нажав на нужную точку. Потом, спихнув его на другое сиденье, направила флайер в рощу на окраине Вегаса. Мерзавец начал приходить в себя, когда мы с Дианой выбирались из машины.

— Приятель, ваш бизнес сдох, — сказала я ему на прощание. — Радуйся, что сам жив остался.

Скрывшись в роще, мы перенеслись в парк возле мотеля, который я заприметила, когда была в Вегасе пару лет назад. Весьма дорогой мотель, гарантирующий клиентам полную конфиденциальность. Перед тем, как туда отправиться, я связалась с полицией, сообщив о преступном сговоре работников "Плутона" и таксистов, которые грабят клиентов развлекательного центра. Когда попросили назвать хоть одно имя, я назвала имена двух мерзавцев, только что попытавшихся нас ограбить. Имя служащего "Плутона" красовалось на его нагрудной табличке, а имя таксиста — в кабине флайера, на голографической копии его пилотской лицензии. Я не знала, разоблачат эту шайку или нет, но была уверена, что служащий "Плутона" будет с треском уволен и больше такого доходного места не увидит. Во всяком случае здесь, на Никте. Владельцы "Плутона" — хищники, не отягощённые вопросами морали, но престиж их заведения им важен. Достаточно намёка на неблагонадёжность работника — и он вылетает. А на его место тут же найдётся десятка три претендентов.