Светлана Жданова – Наша зима (СИ) (страница 3)

Снежный дракон довольно замурчал.

“О ней там позаботятся?”

“Я надеюсь. Там осталась мелкая с Колином и Бальтазар. Уж присмотрят за этим выводком. Тем более во дворце к шалостям наших драконят относятся с умилением. Они любят детей.”

“А там красиво?”

“Очень. Полетишь с нами за ней? Заодно и официальное письмо от наставника захватишь.”

Фыркнув, Дзинти резко ушел вниз, даря мне краткий миг невесомости.

В ближайшем к Чертогам городе тоже все было готово. Я передала градоправителю доверенность имени себя на себя же и еще раз удостоверилась, что люди понимают, чем может нам грозить неудача. Заодно глянула на ледяные горки, которые пообещали сделать к этому времени.

Когда мы вернулись, гости уже были на подлете. По одному, драконы, наряженные по случаю в своеобразные попоны и мягкие седла, приземлялись на ледяную площадку, специально сделанную у одной из башен, и ссаживали с себя людей. Замерших и совершенно растерянных после увиденного послов тут же отправляли по личным комнатам в сопровождении слуг. Долгие церемонии приветствия были заранее проведены еще на границы с помощью Сериандрэя, как мужа и консорта Хранительницы и Ильямина, как представителя Ледяного клана и просто удивительно зрелища для неподготовленного человека. А к такому как его пернатость просто невозможно быть готовым.

Первым вернулся, разумеется, мой красный дракон, скинул со спины парочку каких-то снеговиков, которых тут же подхватили слуги и утащили отогреваться. А вот Рыжик воспользовался моментом, и утащил меня в уголок, залезая горячими руками под одежду.

— Ты даже не представляешь, как они мне надоели, — рассказывал он, покрывая мою шею поцелуями. — Параноики. Чуть ли не каждый мой взмах за покушения на себя воспринимали. Я не скинул их только потому, что думал, как быстрее до тебя добраться.

Я застонала и в этот же момент башня дрогнула от лап дракона, скинувшего на площадку еще одного гостя.

— Ненавижу их.

— А уж я то как!

Пришлось отрываться друг от друга и выходить на площадку, радостно улыбаясь. Правда от оскала Сери люди чуть обратно на Стаса не полезли. Пришлось пинать рыжего и самой превращаться в медовую.

Павда на меня косились все ново-прилетевшие, но я весело улыбалась и представлялась Ксаной. Ну и старалась держаться от собственного мужа подальше, заодно посылая ему эманации спокойствия и легкого холодка в области паха. Он злился и увлеченно расписывал мне в деталях, что собирается сделать ночью. А фантазию у него богатая, так что в какой-то момент пришлось даже пытаться заткнуть Змея, сделав его откровения общедоступными для ВСЕХ ближайших драконов. Правда его это не смутило и придало ситуации дополнительную пикантность. Первой не выдержала Стася, прорычав, что если дорогой сынок сейчас не заткнется, то самолично отправится в Царство за своим отцом, потому что она не железная, и не отмороженная, как его жена. Я такое пропустила мимо ушей, все прекрасно знали о моем более чем спокойном темпераменте, который мог воспламенить только желтоглазый полудракон.

Как бы ни было это странно, но дела обстояли именно так. Мне нравилось дразнить и подначивать, нравилось соблазнять, словами то или действиями, не важно. Благо Сери действительно мог вспыхнуть моментально, уже потом буквально опалив меня. Я не проверяла насколько долго могу пробыть без него, при этом не чувствуя потребности в физической близости, скучая по нему самому, а не по тому что он может сделать со мной в постели. В то время как сам Сери может напоминать изголодавшегося. Вот так и живем. И не сказала бы, что его такое не устраивает.

Когда драконы сгрузили на площадку последнего человека, мы, наконец, вздохнули спокойно. Все же половина дела вроде как сделана, а дальше все должно пойти по плану. Одно меня только настораживает — должно и план — при драконах слова не очень совместимые. Вечно у них все под хвост!

Кстати, о хвосте.

Ухватив мужа за оный, я дождалась, пока он поймет совершенно не тонкий намек и перенесет нас в спальню и скомандовала:

— Раздевайся! Что, забыл, чем грозился? А я сейчас напомню.

Золотистые глаза вспыхнули, буквально разливаясь по белку.

Я же ухмыльнулась про себя — такое у него бывает или от сильного гнева или от сильного возбуждения. Неплохо он сам себя накрутил, развратный мой. Так что костяные пуговицы с теплого камзола полетели в разные стороны. Одежда — вслед за ними.

Вот есть в драконах такая интересная черта — они просто каким-то очень странным образом чуют, когда можно проигнорировать чужие требования, а когда безоговорочно подчиниться. Чаще всего — для них такое приводит к выгоде. Хотя мой — особый случай. Если я раньше только подозревала, то сейчас абсолютно точно знаю, что Сери нравится подчиняться мне. Во всяком случае — в этом вопросе. Вот и сейчас Змей испытывал нечто сродни экстазу, буквально захлебываясь от предвкушения.

Оглянувшись, я выбрала большое удобное кресло с достаточно крепкими подлокотниками и заставила Сери в него сесть. Раздвинула ему ноги, встав на колени между ними. Коснулась длинным змеиным языком пупка и красной дорожки волос внизу живота. В ответ Змей чуть слышно застонал и запрокинул голову. Пришлось сказать:

— Смотри на меня.

Он кивнул.

Жаль, что вдоволь наиграться мне так и не дали.

В какой-то момент в разум ворвался чуть ощутимый холод, как бывает всегда, если кому-то из Ледяных нужно со мной связаться. Снять блок было делом одной секунды, я его давно придумала, только заключила не в артефакт, как обычно, а прямо в себя. В разум ворвался голос Дзинти:

“Алекс, у нас проблемы.”

“Мальчишка, тебя не учили не вмешиваться? — сразу же вспылил Сери. Слышать то, что направлено лично для меня он тоже научился давно. — Сейчас ты ну совсем некстати!”

“Я не шучу, — судя по голосу ледяной нахохлился. — У Аалены похоже яйцо выходит.”

— Что?!

Вскочив, я быстро поцеловала недовольного мужа в уголок губ и, подхватив валяющийся на полу меховой плащ, выскочила из комнаты. Ну вот вечно у нас так — то поземка, то пожар. Теперь даже боюсь представить, чем мой благоверный заставит расплачиваться за свой поспешный побег. Но и ситуация судя по всему не требует отлагательств.

Когда я уже была на крыше нашей башни, и наблюдала, как Дзинти пытается сесть на нее, по нашей с мужем связи пришла волна острого наслаждения, разрядки и неудовлетворения. У меня даже ноги подкосились от такого. Буквально свалившись на заледенелые камни, я тряхнула головой, не зная чем и ответить — негодованием или благодарностью. Все же супруг мне попался очень щедрый, хоть и себе на уме. А расплачиваться мне точно придется до-олго и очень приятно.

С Ледяными я разбиралась до утра, которого в этих краях не будет еще месяц. Случай действительно оказался сложный. Сама беременность Аалены стоила мне очень дорого. Все дело в том, что ее случай был особо сложный, драконица стала Ледяной сравнительно недавно и еще не полностью уняла свою сердечную боль, еще не смирилась. Но за нее очень просили оставшиеся теплокровные родственники и Тали’Осши, отец будущего малыша. За молодой драконицей он присматривал с самого ее появления в Снежной пустыни и чувство, испытываемое им, наиболее близко к любви, чем только может быть у замерзшего сердцем. Я просто не смогла отказать, когда он просил за свою подопечную. Особенно тронуло то, что он даже не намекнул о своем собственно желании распрощаться со внутренней стужей, хотя я прекрасно видела, насколько дракону хотелось стать отцом ребенка Аалены. Как тут скажешь — нет?

Сама же драконица оказалась категорически против, и с ней пришлось проводить долгую воспитательную работу. Кто бы знал, как могут быть упрямы те, кто уже привык черпать силы в своей боли и страхах! В конце мне даже пришлось мухлевать и делиться “секретом”, что ребенок нужен именно Тали’Осши, а ее на роль матери выбрали как единственную, кому он мог доверять. Тут-то девица и дала согласие.

Но, так или иначе, не только ее сознание продолжало сопротивляться, но и тело. Нам с Сери пришлось опустошить себя едва ли не до отвращения друг к другу. И то мерзкое чувство пустоты я запомню надолго и не позволю так бесславно растратить те несколько болезненных дней.

Вообще, драконицы носят своего ребенка около семи месяцев. За это время внутри них плод развивается в относительно жизнеспособный организм, ткется первичная магическая матрица, связи с матерью и отцом, закладываются внешние признаки и суть. Затем, еще около месяца происходит отслоение и образование мягкой оболочки яйца и его внутренние жидкости. И только когда оно будет полностью готово, выходит наружу. Затем, яйцо в течение определенного времени затвердевает и требует защиты, тепла и магической подпитки. Так оно проводит от семи до девяти месяцев. Формируется более плотное тело и кости, нарастает чешуя (или перья, на что я очень хотела бы посмотреть, но Ильямин пока сопротивляется своему спариванию), укрепляется нервная и магическая система. Ну и много чего еще. Просто дело в том, что вылупляясь из яйца, малыши обычно уже имеют определенное сознание, через несколько дней начинают стоять, да и рефлексы у них совершенно особенные. Например, недельный дракончик уже способен защищаться. Слишком уж ценит нечисть и нежить его нежное мясо.