Светлана Жданова – Алауэн. История одного клана (страница 86)

Драконы покосились на свою Хранительницу. Уж они-то знали, что такое приказ их прародительницы. Кстати, послушать меня решили и другие. В том числе и родственники пострадавших драконов. Да и просто любопытных в зал набилось более чем достаточно.

Рассказывать о пытках и желании выбить из нас тайну Диз Тере’итт оказалось не так тяжело, как я предполагала. Это меня уже не волновало.

Понятное дело, что драконы оказались недовольны услышанным. Магия, которая переполняла комнату, просто кипела от противоречивых чувств. Клан знал и почитал свою первую Хранительницу. Она их праматерь, она их богиня и заступница. Великая, могущественная. Перед ней они склоняли головы в бедах и затруднениях, к ней вели своих беременных жен и малолетних детей. Непогрешимая!

Меня же они банально не знали. Человеческая девчонка, я никогда не скрывала ни свое происхождение, ни возраст (едва ли не самая младшая в клане, по их меркам, еще ребенок). Никому не известная, дикая, неуправляемая. Бедные, их же отдали мне на растерзание. Даже несмотря на все подозрения и неприязнь, мне было жалко своих драконов. Ведь я вполне могла их понять. Хранительница, во власти которой ты и твоя семья. Чужачка, от которой не знаешь чего ждать. Ничто, ставшее всем.

Как ни странно, но сердца драконов ненадолго растаяли, когда весть о моей печати разнеслась по клану. И даже несмотря на чудную славу семейства Бальтазара и Станиславы, это лучше, чем ничего. Я стала чьей-то… сестрой и невестой.

И снова я проиграла все, вернувшись без своей половинки, с разбитым сердцем и холодными глазами.

А теперь их молодая, глупая и наивная Хранительница обвиняла Диар в том, что даже осознать больно.

– Вы знаете, как проводится Диз Тере’итт? – Судя по чуть вытянувшимся лицам комиссии – нет. Да и не могут они знать, молоды слишком. Но ведь и мне надо с чего-то начать. – Человеческое тело – гибкий инструмент в руках мастера. Мы мало живем, но составляем доминирующую часть населения королевств. И не только из-за возможности частого приплода. Скорее по причине редкостной вредности и упрямства, позволяющих людям приспосабливаться даже к самым тяжелым условиям и ситуациям. И тело наше так же податливо. Стоит поставить его на грань и заставить выбирать – умереть или принять изменение, оно начнет борьбу. Ничего особо сложного в этом ритуале нет – вонзить в тело кинжал и под особый заговор влить в умирающего кровь дракона. Она сильная, она может спасти и затянуть раны. Но в ответ заставит подчиниться. А я с детства так боялась всего нового, так боялась сделать неверный шаг, что, наверное, все же умерла бы… как и многие до меня. Знаете, почему они умирали? – приподняла я брови, покрытые инеем. – Тело готово бороться. Но разум уже отступил. Разум сдался. Ведь те, другие, знали, куда их ведут и что будет? – Диар смолчала, но я и так поняла. – А я не знала и отчаянно сопротивлялась братьям-драконам. И пока кровь в ране боролась с моим телом, та, которая была влита мне в рот, нежно и незаметно подчинила меня себе. Результат перед вашими глазами.

Буду к себе честной – мне есть чем гордиться: я стала результатом долгой и кропотливой работы гения магии крови. Злого гения, – кинула я взгляд на Диар. – Кто бы знал, что посредственный боевой маг за несколько тысячелетий может достичь таких вершин. Итак, долгое время ваша Хранительница пыталась понять принципы действия заклинания, которое она однажды испробовала на себе. Но тогда желание принять эту кровь было столь высоко, что испытуемая могла бы обернуться даже элементарным вампиром, – хмыкнула я. – Да и дракон был истинным. А тут ей попадались или немолодые жены драконов Алауэн, или вообще совершенно чужие девицы, до смерти перепуганные происходящим. Так или иначе, но о заклинании пришлось на время забыть. Особенно в то время, когда у Хранительницы появилось новое поле для изучения. И плодородная почва для эксперимента, каких еще не бывало. Ведь именно в это время драконы клана Алауэн ввязались в чужую войну, войну асуров, легендарных демонов. Уж очень Хранительнице приглянулся… нет, не какой-то там демон, – чуть хмыкнула я. – Но лучше бы так, может, перебесилась бы. Ей понравилась вторая ипостась. Совершенная боевая форма. Ведь это правда, – посмотрела я на фиолетововолосого асура, – вашу расу считают самой сильной?

– Пусть считают как хотят, – ответила вместо демона его спутница. Накрыв его руку своей, она попридержала мужчину, беря слово. Судя же по его взгляду, горячая девица была ему весьма небезразлична. Жена? – Это не изменит нашей сущности. В боевых условиях с асуром никто не сравнится. Разве что дракон подавит противника в прямом смысле.

– А если они еще и побегают! – невольно вырвалось у меня.

Девушка тактично хихикнула в кулачок. И тут же покраснела под строгим взглядом… все-таки мужа. Тот же перевел хмурый взгляд на Хранительницу Диар.

– По договору мы не имеем права объявлять войну. Но в случае если пострадают наши близкие…

Глядя на довольно добродушного, хотя и взрывного Бальтазара и уж тем более на уравновешенного Гзар’Дина, я ничего подобного не ощущала. Сейчас же по моей спине прошли мурашки страха. Так что можно было не задавать глупый вопрос о сильнейшей расе.

– Заквиэль, – стиснула асуру локоть странная рогатая девушка, забирая себе право слова, – порой даже войны не надо.

На месте Диар я бы призадумалась. Звучало это как «прикопать бы тебя в ближайших кустах».

– Кроме прочих соблазнов оказалось, что представитель заинтересовавшей Хранительницу расы, – продолжила я свое повествование, сгоняя столь явное напряжение, – решил жениться на драконице клана. Умеющая играть с магией крови, Хранительница дождалась, когда влюбленные обратятся к ней за помощью для зачатия потомства, и уж здесь наэкспериментировалась всласть, разделив магию обеих рас на неравные части. Так и появились близнецы – Колиандрэй и Се… его брат. – Дальше я рассказала все, что знала про неудачу с экспериментом, и зачем кроме всего прочего потребовалась я.

– Но для чего ей все это? – спросил эльф. – Столько лет сложнейших экспериментов. Ведь не ради интереса.

– А почему бы и нет? Скука очень веский повод, – спокойно пожала я плечами. – Но, думаю, правильнее спросить у самой Хранительницы Диар. Зачем ей драконы с третьей боевой ипостасью.

Диар упрямо молчала и сверлила меня взглядом. И не только им…

Тонкие, невесомые щупы-связи едва заметно заискрились, осторожно подбираясь ко мне. По идее, я их не должна ни видеть, ни чувствовать. По идее Хранительницы Диар. А вот магия, разбудившая во мне чуждую человеку кровь, думала совсем по-другому.

Медленно поднимаю лицо, затем полуприкрытые веки. Когда Диар осознала, что замечена, было уже поздно – нити связи плотно обхватили меня, ожидая только приказа.

– Я предупреждала.

Умение пользоваться ментальной магией никогда не было в моих приоритетах. А отдавать приказы и удары первой Хранительнице – это низко. Так что я просто открыла пару щитов, прикрывавших мое внутреннее безумие и стужу. Драконов обдало волной ледяного холода, других нелюдей – просто холодом… а вот Хранительницу откинуло назад и хорошенько приложило о стену.

– Александр-рит!

– Вы сами создали меня, – тихо проговорила я, глядя в серые глаза первого из Алауэн. Медленно встала. – Зачем, Тео?

Так, дальше игнорировать кутерьму за спиной просто небезопасно. Разворачиваюсь и смотрю.

Хм… и когда же они умудрились?

Разумеется, охрана не стала ждать, когда Хранительницы разберутся между собой сами, что было бы, конечно, правильней. Самые верные драконы попытались на меня напасть. Интересно, они действительно такие наивные или это Диар их подтолкнула? Бесспорно, большинство связей я порвала, но не беззащитной же осталась. Даже если не учитывать Ниррана, Колина и остальную нашу компанию, уже раз попавшую под раздачу. Откуда они только появились?!

В моих руках появились ледяные кинжалы. Не особо разбираясь, я засадила один из них в плечо первому попавшемуся нападавшему, другой – в бедро следующему. Ничего – лед растает, раны зарастут, а вот в следующий раз они, возможно, подумают, нападать или поостеречься. Новый кинжал лишь игриво чиркнул под ухом еще одного глупого дракона.

– А ну прекратили!

От этого голоса вздрогнули даже стены. Я замерла, искоса наблюдая за большой драконицей, вдруг появившейся на балконе.

– Что вы здесь устроили? Ничего с вашей драгоценной Диар не случится, не стеклянная. Зато будет знать, как заигрываться в живые куклы.

– Кто бы говорил! – фыркнула Диар, которая уже пришла в себя. – Я хотела только защитить клан.

– Ты не клан защищала, а моего внука, – фыркнула драконица серебристо-сизым паром. – А ты, Теге’Одени, что скажешь? Не слишком ли жестокий урок ты решил преподать своей заигравшейся в богов жене? Дать свободу ее любимому созданию и игрушке, – кивнула на меня драконица. – Скрыть заговор, плетущийся под носом самой Хранительницы. Думал ли ты, мальчишка, что окажешься даже опасней ее? Что из-за тебя пострадают невинные, за которых ты так ратовал? Ответь мне, внук! – Драконица прожигала горящим взглядом.

– Это не твое дело, Тиамат! – рявкнул Теоденус.

Так, значит, вот как! Нет, ну то, что именно его кровь, переданная со странным поцелуем, дала мне силы, нужные для раскрытия всего своего потенциала, я и без них догадалась. Но вот скрыть делишки Каянэт!