Светлана Жарникова – Ворота Гипербореи (страница 4)
Следующий по значимости праздник в перечне "Влесовой Книги" – Красная Гора, а за ней Овсень (Авсень, Усень, Таусень), праздник осеннего равноденствия.
Но здесь мы останавливаемся перед парадоксом – сегодняшняя Красная Гора никакого отношения к весеннему равноденствию не имеет. Праздник, приближенный к этой календарной дате – двадцать второе марта у нас вообще отсутствует.
Однако известно из исторических источников, что раньше такой обрядовый цикл как Масленица (или Масляница) длился не неделю, а целый месяц, начинаясь с двадцатого февраля и завершаясь двадцать первого марта. Красная Гора сегодня – это праздник Пасхального сорокадневья. В большинстве случаев Красной Горой называют или Фомино воскресенье (следующее после Пасхи), или первые три дня Фоминой недели (включая воскресенье), или всю Фомину неделю.
Этнограф Сахаров писал, что "Красная гора на Руси составляет первый весенний праздник. Великорусы здесь встречают весну, венчают суженых, разыгрывают хороводы".
Обращаясь к Масленице, мы можем отметить странное обстоятельство, что древнее название этого праздника нам до недавнего времени было неизвестно. "Щедрая Масленица, жирная Масленица" и всего лишь констатировала наличие обрядовой еды – блинов и масла. И не более. "Влесова Книга" все поставила на свои места. И сегодня мы с уверенностью можем утверждать, что древняя священная Красная Гора и наша Масленица – одно и то же. Об этом свидетельствует то, что именно на Масляной неделе молодожены ездили к "тёще на блины". Тёща же в архаической традиции это не только мать жены, но и самая старшая женщина в доме. В обрядовой игровой песне говорится о дубе, на котором "сидит сова, она моя Тёща, коней пасла". Археолог Кузьмина отмечает, что "конь играл большую роль в культе богини – матери". В индоевропейской традиции был широко распространен образ богини – хозяйки коней. "Её представляли стоящей между двумя всадниками", олицетворявшими противоположные стихии – жизнь и смерть, над которыми властна Богиня – Мать.
Иногда вместо всадников изображались просто два коня – черный и белый. Заметим, что одним из важнейших и красочных обрядов Масленицы был обряд катания по округе на лошадях верхом и в санях.
Стоит вспомнить, что в древнегреческой традиции, в самой архаической ее части Зевс (Дьяус) – глава пантеона богов олицетворялся в образе дуба у воды (Зевс Додонский). А его дочь, воплощение мудрости и сакрального знания Афина, выходила из головы Зевса и звалась Совоокой, так как ее зооморфным воплощением была сова. Образ совы в вологодской обрядовой песне гораздо архаичнее древнегреческого, так как здесь она не дева – воительница, а праматерь – Тёща. Отметим, что сова – ночная птица, связанная с древнейшим лунным культом, а Праматерь – та, кто воплощает божественную мысль в проявленном мире. На Русском Севере в археологических памятниках мезолита (десятое тысячелетие до нашей эры) часто встречаются фигурки женщин, выполненные из камня и кости, завершающиеся Совиной головой.
И, наконец, в обрядовом тексте, связанном с приготовлением к свадьбе, невеста – сирота обращается к своей умершей матери, называя её "Моя Красная КрасиГора".
Масленица не только праздничный цикл, связанный с культом Праматери – Красной Горы, это и праздник прославления молодоженов, вступивших в брак в прошедшем году. Именно для них прежде всего строились ледяные горы, с которых каждая молодая пара после троекратного поцелуя должна была съехать вниз.
Таким образом, Масленица – Красная Гора "Влесовой книги" – обрядовый цикл, посвященный культу Праматери – материнского начала Вселенной, а также тем, кто служит проявлению этого начала на Земле
– молодым супружеским парам.
В древности Новый год (земледельческий) начинался с весеннего равноденствия – ночи на двадцать второе марта. Именно к этому времени приурочены обряды Масленицы – "единственного крупного дохристианского праздника, не приуроченного к христианскому празднику и не получившего нового истолкования". Древность обрядов Масленицы подтверждается тем, что этот праздник (в том или ином виде) сохранился у многих индоевропейских народов. Так, в Швейцарии Масленица связана с ряжением. Это, прежде всего, устрашающие маски, происхождение которых было связано с древними верованиями. К их числу относятся "дым", "пестрые", "лохматые", или "вышедшие из дымохода" (в повериях через дымоход проникали духи). Для праздника делались деревянные размалеванные маски с оскаленными зубами и клочками шерсти и меха, которые производили жуткое впечатление. Появлению ряженых на улице предшествовал звон колокольчиков, висевших у них на поясах. Ряженые держали в руках длинные палки с прикрепленными к ним мешочками золы и сажи. Звуки, издававшиеся ими, походили на рев, рычание или ворчание. Как считают швейцарские этнографы Вейсс, Ханземанн и Мейли, эти маски служили в древности воплощением умерших, были связаны с культом предков и были принадлежностью мужских союзов. Ряженые мазали встречных сажей или обливали водой – действия, связанные в прошлом с магией плодородия.
В Польше ряженые одевались в вывернутые кожухи, водили по дворам "туроня" и "козу". Они также мазали лицо сажей.
В Чехословакии были распространены масленичные шествия ряженых. В Словакии это шествие возглавлял "туронь". Ряженые мазали прохожих сажей и обсыпали пеплом.
В Югославии ряженые одевались в одежды из овчины, мехом наружу, "украшенные" колючими ветками, хвостами животных, колокольчиками. Маски делали из кожи, дерева и даже из металла. Среди зооморфных масок особое распространение получили маски с рогами. Причем маски и колокольчики переходили по наследству от отца к сыну.
В Нидерландах на Масленицу фермеры собирают необъезженных лошадей. Их тщательно чистят, в гривы и хвосты вплетают яркие бумажные цветы. Затем участники праздника садятся на лошадей и скачут к морскому берегу, причем лошадь обязательно должна замочить ноги.
В Германии ряженые парни и девушки впрягались в плуг и ходили с ним по всем переулкам города. В Мюнхене при переводе учеников мясников в подмастерья в масляниный понедельник ученики были одеты в овечий мех, обшитый телячьими хвостами. Они старались обрызгать водой из фонтана всех стоящих вокруг. Прежний смысл этих действий – заклинание плодородия.
В число масляничных ряженых часто входила супружеская пара или жених с невестой, а раньше включались и элементы свадебного обряда.
Безбрачие в народе часто воспринималось как порок, который мог повлиять на плодородие почвы.
У лужичан в масляничных танцах считалось, что танцевать надо бойко, прыгать высоко, чтобы лен уродился высокий.
В Сербии, Черногории и Македонии после масляничного ужина, когда вся семья собиралась вместе, подвешивали над столом на бечевке вареное яйцо и раскачивали его по кругу: каждый из присутствующих стремился прикоснуться к нему губами или зубами. Верили, что этот "обычай способствовал хорошему урожаю, увеличению поголовья скота и птицы.
В Словении на Масленицу все, и стар, и млад, должны были плясать и прыгать, чтобы хорошо уродилась репа, причем, чем выше подпрыгивают танцующие, тем обильнее был урожай. С этой же целью плясали и подпрыгивали ряженые. Считалось, что качание на качелях, на канатах, сплетенных из растений, или непосредственно на ветвях деревьях, также способствует плодородию земли, здоровью людей и борьбе со злой силой. В ряде мест Словении посуду, бывшую в употреблении в последний день
Масленицы, не мыли, а во время сева сеяли из нее – верили, что это принесет богатый урожай. И, наконец, в Болгарии на сырной неделе качались на качелях, что по поверию, приносило здоровье. В течение всей сырной недели парни и девушки затемно выходили за село, садились на какое-нибудь ровное место, повернувшись к востоку, и пели песни. Затем водили хоровод и продолжали петь песни любовного содержания. Народное объяснение обычая – "для плодородия и здоровья".
Все эти факты свидетельствуют о том, что Масленица, как праздник начала года – весны, сложился ещё в общеиндоевропейский период, не позднее рубежа четвёртого тысячелетия до нашей эры. Об этом свидетельствуют не только традиции европейских народов, сохраненные вплоть до наших дней, но и традиции Индии, пришедшие из глубокой древности.
В древнеиндийской обрядности многие элементы Масленицы (и последующей Пасхи) прослеживаются в одном из самых ярких праздников порубежья зимы и весны – Холи, который отмечался в феврале-марте (окончание холодного сезона). Гусева подчеркивает, что "все ритуальные действия праздника неотделимы от магии плодородия и исторически восходят к доиндийскому периоду жизни арьев. Обрядово-магические проявления, связанные с весенним равноденствием, носят характер, чрезвычайно близкий пасхальным, восходящим непосредственно к язычеству, что и перешло в пасхальную обрядность славянских народов".
Как пример таких общих обрядов Пасхи и Холи, Гусева приводит обычай красить яйца в красный цвету славян и обливать друг друга красками у индийцев. Причем: "и у тех, и у других красный цвет применяется обязательно как цвет воспроизводства людей и животных, и это служит одним из самых четких пережитков магии плодородия".