Светлана Залата – Магическая Москва (страница 36)
А вот фонарик Демыча выхватил из темноты что-то размером со взрослого человека, состоящее из раковины на куриных ногах, здорового бака над ней и множество щупов с ножами, пальцами, терками и прочими инструментами повара.
Синтетический голос проревел:
– Вы хотите помыть овощи?!
– Это точно вопрос? – пробормотала Инга.
Лязгающая машина приближалась, размахивая конечностями и подмигивая лампочками. Где-то с другой стороны темного зала отчаянно лаяла Кюн.
– Эта штука с ножиками считается угрозой жизни и здоровью?!
– Автономная самоходная махина «Автоповар» – ваш помощник в кухонных делах! – проревел агрегат.
– Боюсь, что да, – Демыч еще крепче сжал дубинку.
С лязгом и хрустом «Автоповар», выставив все свои ножи, терки и щупы вперед, начал набирать ход. Словно заправский спринтер, он несся прямо на магиков.
Демыч застыл, пялясь на приближающий агрегат. Инга лишь в последний момент успела толкнуть аналитика в сторону. «Автоповар» пронесся мимо, заскользил на кафельном полу и едва не врезался во входные двери. Развернулся. Выставил манипуляторы…
– Бежим внутрь! – рявкнула Инга, не желая выяснять, смогут ли они увернуться от безумной машины во второй раз.
В просторном холле у взбесившегося агрегата достаточно места для разгона, а в выставочном зале стеллажи и никакого простора.
Демыч растерялся на секунду, но все же рванул за ней.
– Давай пробиваться к Щену, – Инга увернулась от метнувшегося в ноги робота-пылесоса.
За спиной раздался звон стекла. «Автоповар» по-прежнему желал их нашинковать…
Инга рванула во весь опор, то и дело уворачиваясь от каких-то манипуляторов, проводов и теней, мелькавших в пятнах света от ее телефона и фонарика дышавшего в спину Демыча.
Какая-то плоская поливалка обдала их водой. Протянул свои почти-человеческие руки-подлокотники… диван. Зачем, для кого эти руки? В последний момент Инга увернулась от целившейся в глаза летающей расчески. Рядом Демыч едва не упал от броска в ноги еще одного робота-пылесоса. Эмпат в последний момент успела заметить его огромного собрата, явно не предназначенного для квартиры. Трубки-хоботы почти коснулись руки. Инга успела извернуться, выставить шокер, нажать на кнопку – но ничего не произошло.
Предохранитель-то на месте.
Хоботок присасывается к спине. Мерзкое ощущение! Рывок – и пылесос позади.
– Автономная самоходная махина «Автоповар» – ваш помощник в кухонных делах!
Так близко…
Грохочущая стиральная машина с руками-манипуляторами слева, посудомойка, метающая тарелки-муляжи справа… Инга бежит, бежит вперед – а сзади грохочет «Автоповар».
У выхода из зала свет телефона выхватывает Кюн, рычащую на прижавшую ее к стене самоходную машину по чистке туфель.
«Автоповар» набрал ход, и теперь уже Демыч в последний момент оттолкнул Ингу с его пути, уронив на кафельный пол.
Эмпат вскочила на ноги и рванулась к разворачивающейся машине, надеясь остановить ее до нового разгона. Скользкий кафель подвел, и Инга прокатилась по полу, хотя и приблизилась к металлическому врагу. Достала шокером, снятым с предохранителя, до «Автоповара» – и под треск и грохот обездвижила взбесившийся механизм.
Эмпат поднялась на ноги вовремя, чтобы заметить, как Демыч наносит хлесткий удар своей тростью прямо по машине, зажавшей в угол Кюн. Конец трости коснулся корпуса агрегата, и после яркой вспышки и хлопка из недр туфелечистилки поднялся белый дымок. Запах горелой проводки ударил в ноздри.
– Ты почему не превратилась?! – Демыч повернулся к Кюн, уже ставшей человеком.
– Двери все равно не открыть… Неважно, – Инга слышала застарелый, почти панический страх в словах оборотня. – Идем, Ярослав или кто-то еще вон за тем проходом. Там пахнет человеком!
Кюн вновь обратилась в пса. Пройдя за ней через двери, теперь не раздвижные, а самые обычные, Инга и Демыч оказались в небольшом помещении. Один проход вел налево, второй – вперед.
Щен сворачивать не стала, ткнувшись носом в створку белой двери с надписью «Только для персонала». За дверь обнаружилось что-то вроде пункта охраны с экранами видеонаблюдения и стационарным компьютером. Здесь имелся и выход из здания. На крохотный задний двор вели не только ступеньки, но и довольно новый на вид пандус.
Вот только двор, окруженный со всех сторон сплошным забором, оказался пуст.
Кюн кинулась к ближайшим кустам, принявшись их обнюхивать. Инга и Демыч переглянулись и остались на ступеньках, не желая мешать оборотню.
– Случилось событие, происходящее меньше чем в одном проценте задержаний: мы дали сбежать инвалиду, – с ноткой обреченности заметил Демыч, выключая ненужный на свету фонарик.
– П-пока нет, – раздался голос Павла.
В заборе открылась до того совсем незаметная дверь. Во двор с улицы вошел маг, толкавший перед собой полноватого парня, сидящего на чем-то, напоминающем, скорее навороченный скутер, чем средство передвижения инвалида.
– Но вы б-были очень б-близки.
– И ты, друг мой, – Андрей Васильевич появился за их спинами, выходя из «комнаты охраны», – еще говорил, что маячки в телефонах наших прекрасных и мудрых товарищей по команде – излишняя предосторожность, как и просьба к дежурным информировать нас обо всех их вылазках.
– Б-был неправ, – мрачно произнес маг, – совершенно точно неправ.
Инга вздохнула. И без магических способностей было понятно насколько они облажались.
Глава 18. И его последствия
В кабинете Андрея Васильевича Лопухова царила предгрозовая тишина. Павел, стоявший в углу у окна, искоса посматривал на троицу провинившихся, замерших перед негатором по стойке смирно.
Андрей сидел за столом в спокойной, расслабленной позе, но все равно казался выше всех в помещении. Кроме, пожалуй, самого Павла, но маг почти не участвовал в «воспитании». В этом отношении у них всегда было единоначалие. Только Аслан, взятый третьим с десяток лет назад, позволял себе отчитывать и Кюн, и Демыча, когда они присоединились к команде.
Павел глянул по очереди на каждого из отличившихся. Вся тройка смотрела на Андрея, как кролики на удава, и маг мог попробовать напрямую почитать их. Только зачем? Все и так понятно.
Вдвоем Кюн и Демыч уравновешивали друг друга, особенно под контролем Аслана. Но тот, пусть и с тяжестью на душе, что Павлу немного льстило, согласился на перевод в Тайную Канцелярию. На третье прошение начальник Особого непрозрачно намекнул, что тайники будут крайне недовольны еще одним отказом. А их недовольство – проблемы для всех.
Уход Аслана и появление Инги разрушили существовавшее равновесие, и вот результат. Результат, с которым нужно что-то делать.
Самое простое – отказаться от собственной затеи и по завершению нынешнего дела попросить Надю найти предполагаемой племяннице работу. Эмпата даже без образования полицаи оторвут с руками, магиков у них исчезающе мало. Ряды «людей в черном» иногда пополняли обладатели боевых Аспектов, которым после пару лет практики на улицах открывалась дорога во многие элитные службы. Среди же полицейского сыска, где много бумаг, мало денег, а перспективы почти отсутствуют, магики ценились на вес золота.
Простой вариант, который стоит обдумать. Но проблему это не решит, а лишь заморозит. Им все равно нужен третий младший сотрудник, который все равно так или иначе нарушит равновесие сил.
Когда Павел с Андреем выбивали возможности привлекать краснометочников к расследованиям, всячески акцентируя внимание на том, что вдвоем они просто физически не способны действовать так же эффективно, как с помощью двоих-троих младших сотрудников, обговаривалось довольном много условий. В том числе и существенное неравенство в правах и в обязанностях, ограничивающее разрушительный потенциал «молодой поросли». Тогда как раз шла реструктуризация Особого отдела… Но это все в прошлом.
А в настоящем – двое младших сотрудников и один вольнонаемный гражданский своим стремлением отличиться не только подвергли опасности себя и других, но и стали причиной судебного иска. Красильниковым ничего не светило как минимум из-за нарушений условий «домашнего содержания» сына, но все равно такие вот эксцессы начальство не радовали. А если начальство не радо, то редко рад кто-то еще. И все потому, что эти трое рядом друг с другом напрочь разучились пользоваться мозгами.
Андрей, закончив гипнотизировать взглядом готовых бухнуться на колени и вымаливать прощение молодых магиков, жестом фокусника извлек из ящика стола три пачки прошитых бумажных листов и протянул отличившимся:
– Ознакомьтесь. Сейчас, и где-то вне пределов моего поля зрения. Идите. Кюнней, задержись.
Эмпат и аналитик немного деревянными движениями забрали по стопке листов каждый. Павел со своего места видел, как дрожали руки Демыча. Инга же бросила на него почему-то испуганный взгляд. Уточнять оба ничего не стали, попрощались короткими поклонами и покинули кабинет.
Через небольшую паузу, когда шаги за дверью стихли, Андрей заговорил, смотря в упор на Кюн. Говорил он ровно, спокойно, но отмахнуться от сказанного не вышло бы даже у Павла, если бы выговаривали ему.
– Очень часто, совершая поступки из желания отсрочить или изменить неприятное нам событие, мы сами приближаем это событие. Делаем его реальным даже в том случае, если изначально оно реальным не было. Инга – не замена тебе. Но если ты продолжишь в поисках одобрения подставлять себя и окружающих, инициируя опасные предприятия за нашими спинами, то мне действительно придется уволить тебя. Это первое и последнее предупреждение на данную тему. Приход нового человека не делает тебя хуже или лучше в моих или чьих-то еще глазах, а вот подобные поступки, совершенные из желания показать себя, заставляют задуматься о том, могу ли я тебе доверять. Если у тебя есть вопросы ко мне или к Павлу – ты можешь подойти и задать их вне рабочего времени. Напрямую. Без авантюр.