Светлана Забегалина – Адептка-писательница (страница 3)

На экзамен по теоретической магии опять пропускали по десять человек. Комиссия разделилась на две части — по пять преподавателей, и заслушивала абитуриентов в двух концах этого зала — справа и слева. Между столами с преподавателями висела дымчатая завеса, которая глушила звук, и абитуриенты не мешали друг другу. Недалеко от входа в зал стояло десять небольших парт, рассчитанных каждая на одного человека. За одной из таких парт Арабелла и готовилась.

Вопросы, что ей выпали она хорошо знала, но кроме того они внушали ей какое-то чувство дежавю. Подготовившись к ответу, она подошла к освободившему столику с членами комиссии. Среди пятерых двое преподавателей ей показались знакомыми, хотя она точно знала, что никого тут не видела ранее. Это были почтенная седая женщина с живыми серыми глазами и молодой черноволосый маг, похожий на ворона. Именно эти двое и слушали Арабеллу наиболее внимательно. Трое других преподавателей — рыженькая женщина средних лет, седой старичок, сухощавый и очень подвижный, а также мужчина, чем-то напоминавший ей отца были ей абсолютно не знакомы. А вот эти двое…Отбросив все лишние мысли девушка начала отвечать.

Двое «знакомых» магов ее хвалили, остальные слушали внимательно, но равнодушно. Или тематика вопросов была для них скучной, либо ответ Арабеллы их не впечатлил. В этот раз оценки называли почти сразу, как только вся «десятка» оказывалась за дверью.

Получив «пять» Арабелла буквально летела к воротам Академии, за которыми ее ждала бабушка. На радостях они зашли в кондитерскую и купили эклеры, чтобы отметить полученный на экзамене балл, да и сладкое нужно для лучшего восстановления магического баланса — как-никак предстоял экзамен по практической магии.

В гостинице бабушка стала как бы невзначай перебирать свои вещи. На вопрос Арабеллы, что она делает, бабушка ответила — вот проверяю, все ли на месте. Белль вспомнила про дневник. Под подушкой его не оказалось. Под кроватью тоже. Девушка побледнела. Дневник — это ее личное, не хотелось бы чтобы кто-то его прочел, а перо — подарок бабушки, артефакт, да еще самой бабушке достался по наследству, древний.

Видя бледность внучки леди Исидора показала взглядом на сумку. Арабелла открыла сумку, назвала кодовое слово и о чудо, увидела среди скрытых вещей свои потери.

Но как? Арабелла помнила, что не клала перо и дневник в сумку.

Бабушка нахмурила брови и пояснила — Это я положила вещи в твою сумку. Ты сделала две больших ошибки. Первая — ты положила ценные вещи туда, где их легко может найти чужой человек, к примеру прислуга гостиницы. Вторая — ты называешь кодовое слово для потайной части сумки вслух, а это может услышать любой, кто сейчас рядом с тобой. Так ты и тайны чужому все откроешь, и дорогие тебе вещи потеряешь. Привыкла, что вокруг только родные люди, а скоро тебе предстоит жить в одной комнате с незнакомками, да в общежитии. Надо уметь хранить свои секреты. При посторонних не пользуйся артефактами, и украсть могут и повредить, а код достаточно мысленно назвать, необязательно вслух.

— Спасибо, бабушка за науку. Больше такого не повторится.

Открыв свои записи Арабелла поняла, что вчера перед сном записала как раз те вопросы, что ей попались на экзамене, да и двое экзаменаторов были будто она их вживую видела и описывала.

Вот ты какое- перо зачарованное! — Подумала Белль.

Она села за столик и аккуратно записала: «Хочу, чтобы на экзамене завтра мне задание по плетению огненного обруча было, и плетение левитации. Я их выполню легко и правильно». Захлопнув дневник, сложив перо в футляр девушка положила вещи в зачарованную сумку, где в видимой части лишь мелочевки в виде простеньких заколок, зеркальца и обычного карандаша были и с предвкушающей улыбкой легла спать.

Третье утро в гостинице было последним — если все удачно, то вечером заселяться в общежитие, а в случае провала, о котором Арабелла и думать не хотела — домой.

Экзамен по практической магии проходил примерно также. За исключением того, что время на демонстрацию своих умений имело свой максимум — десять минут. Особо отличившиеся выходили с довольной улыбкой уже через пять минут, а вот некоторые просили дополнительные задания или время на выполнение плетения. Многие волновались и результат был нестабилен. Кроме преподавателей в Главном зале по всему периметру дежурили несколько магов. Они следили за безопасностью и блокировали вырвавшуюся из-под контроля магию абитуриентов.

Арабелла подумала о том, что можно было бы проводить этот экзамен на полигоне, но поняла, что, во-первых, преподавательский состав Академии был очень уверен в своих силах остановить разбушевавшуюся магию, а во — вторых, традиция — проводить все вступительные испытания в одном месте. Да и аристократы учились контролю с самого раннего детства. Кстати, Белль в этом плане не была исключением.

Взяв экзаменационные вопросы Арабелла немного расстроилась. Зачарованное перо не сработало. Ей предстояло показать огненную линию, а не обруч, а второе задание было связано с плетением защиты. Она помнила как это делать, но эти плетения у нее не были так отработаны как те, что она записала в дневнике. Но ничего, сделает.

Когда подошла очередь Арабеллы она подошла к свободному столику комиссии и отметила про себя, что все лица новые, кроме тех двух магов, что были описаны в дневнике. Видимо на второй день члены комиссии частично перемешались, чтобы были и те, кто уже знал теоретическую подготовку будущего студента и те, кто видел его впервые.

Огненная линия получилась быстро, но вместо заданного метра в длину она быстро рванула в обе стороны. Заклинание погасил высокий серьезный мужчина с черными длинными волосами, собранными в хвост. Он немного напомнил Арабелле коршуна — настоль хищным показалось его лицо. «Что-то часто мне птицы мерещатся» подумала девушка.

Постаравшись успокоиться, она стала плести щит. Но он быстро таял в воздухе, не успев сформироваться. «Коршун» мрачно зыркнул на Белль и произнес

— Без щита Вас поджарят или подстрелят на первом же практическом задании, да и реактивы, бывает взрываются в руках неумех.

— Я могу, просто сейчас не получается.

Уже знакомая седая преподавательница протянула Арабелле стакан воды. — Выпей, деточка.

Арабелла поблагодарила, выпила стакан ледяной воды, в которой, как ей показалось было несколько капель успокоительного элексира. Вдох, выдох, и, стараясь не глядеть на преподавателей, Белль сплела щит. Он не таял. Коршун запустил в него небольшой файербол. Щит поглотил магию. Затем симпатичная блондинка с ярко-синими глазами запустила в него небольшую водяную струю, стекшую по щиту вниз. Воздушный поток, запущенный третьим преподавателем развеял щит.

— Ну что же, неплохо, прокомментировала старушка. — Есть какие-то особые умения?

Арабелла даже подпрыгнула от радости. Значит не все потеряно — подумала она про себя.

— Я изучила все плетения из дополнительного раздела.

— Сможете показать? — спросил Коршун.

— Да, могу.

Арабелла на секунду прикрыла глаза, а потом создала иллюзию. Пишущее перо что-то нетерпеливо помечало в раскрытой тетради, Оба предмета были иллюзорными и двигались — перо изображало письмо, а тетрадь перелистывала страницы.

Преподаватели переглянулись. Коршун, как поняла Арабелла, главный в комиссии, кивком выразил свое одобрение.

— Вы свободны. Результаты будут в восемь вечера на доске объявлений.

На негнущихся ногах Арабелла вышла из Главного зала. После экзамена по теоретической магии двадцать человек отсеялось, но их еще оставалась сотня. А примут только сорок абитуриентов.

Бабушка, видя невеселую Арабеллу молча обняла девушку.

Время до восьми вечера тянулось долго. Они сложили вещи. Выезжать из гостиницы в любом случае. Только лишь с разницей — поедет ли домой одна бабушка или и Арабелла тоже. В общежитие, если повезет с поступлением, переселяться тоже вечером.

Без пяти восемь Арабелла уже нетерпеливо прохаживалась рядом с доской объявлений, что временно расположилась на воротах Академии.

Ровно в восемь вечера на доске стал проявляться список поступивших. Сердце забилось быстрее. Те счастливчики, что видели свое имя списке отходили в сторону и с чувством превосходства глянув на тех, кто показал результаты хуже, ныряли в ворота с сумками и чемоданами. На территории Академии появление родственников и слуг без приглашения или разрешения ректора было под запретом.

Тридцать девятая строчка — Арабелла Райтес. Девушка протерла глаза. Нет не почудилось! Бабушка стояла за спиной и тоже видела эту заветную строчку.

В последний раз перед разлукой Белль обняла леди Исидору и отправилась к коменданту общежития. Там ей вручили карту для активации входа в комнату, в которой ей предстояло жить все годы обучения.

Глава 4. Соседка по комнате

Соседкой по комнате оказалась стройная брюнетка с темно-карими глазами. Увидев входящую Белль, девушка фыркнула.

— Так и знала, что провинциалка достанется в соседки. Твоя кровать слева. В шкафу четыре полки мои, твои-две, все равно как вижу тебе класть туда нечего.

— Меня зовут Арабелла Райтес. А как твое имя? — не отвечая на грубость спросила Белль.

— Виктория Вайлет.

За все оставшееся время до сна девушки даже парой слов не обменялись. Пока Виктория была в ванной Белль достала свой дневник, зачарованное перо. Быстро записала все произошедшее за день. А потом продолжила: «В соседки мне досталась внешне самоуверенная особа — Виктория, но это только первое впечатление. Мы обязательно подружимся, после того как я помогу ей, а она выручит меня. Буквально завтра вечером я буду звать ее Вики, а она меня Белль. Мы поможем друг другу завтра».