Светлана Викторова – Эра победителей (страница 13)

Во Флесиле он выполнял свои дела, но встреченные монахи не шли у него из головы.

Весь день Имакс испытывал беспокойство и уже под вечер принял решение переговорить с Верховным Правителем.

Подойдя к Дворцу Единства, он, замедлив шаг, подумал, что у него нет даже повода просить встречи, всего лишь какие-то смутные подозрения. Потом решил, что не стоит добавлять сюда еще и собственную вялую нерешительность, и уверенной походкой вошел в Палату.

На удивление Имакса, в приемной почти не было людей, хотя обычно в это время, несмотря на конец дня, целая очередь ожидала аудиенции по разным вопросам.

Имакс почувствовал себя увереннее, решив, что небеса поддерживают его решимость поговорить с Верховным Правителем.

После доклада он вошел в кабинет, они обменялись приветствиями, Крафт пригласил его сесть и сделал выжидательную паузу.

Имакс, не отвлекаясь на предисловия, напрямую спросил:

– Известно ли, что за странный караван направился сегодня после полудня в сторону монастыря?

– Монахи Глариады просят убежища. Их приют слишком пострадал от нашествия Кабуфула. Я принял сегодня их представителя и позволил им остановиться в нашем монастыре. Настоятель не возражает. Позволь спросить, чем вызван твой интерес?

– Все выглядит очень странно… Я сам сегодня из Глариады, но не видел их по дороге ни впереди, ни позади себя. Догнав их, я понял, что между нами была совсем небольшая дистанция. С какой стороны тогда они попали во Флесил?

– С какой стороны – не знаю, да и какая разница? Не оставлять же их в саду, под деревьями, глариадцы всегда были добры к нам.

– А вдруг они не из Глариады? – не унимался Имакс. – Не понравились они мне чем-то. Лица какие-то…

– Ну, какие?

– У монахов взгляд совсем другой, открытый, лица приветливые, и заговаривать они всегда первыми любят. А эти меня увидели – потупились, глаза от земли не отрывают…

– Да какой взгляд, когда беда такая? Не то время сейчас, чтобы беседы разводить. Монахи – тоже люди. Взгляд, лица…

Имакс молчал.

Крафт призадумался. Он всегда доверял этому парню, его внимательности и интуиции. Но на этот раз его подозрения казались Крафту совершенно беспочвенными. А если – нет?

– Хорошо, Имакс. Благодарю тебя. Ты правильно сделал, что пришел. Учитывая обстоятельства нынешнего времени, я сейчас же прикажу проверить наших гостей прямо в монастыре. Надеюсь, это не оскорбит их, если мы извинимся. Ты прав, Имакс. Всегда лучше развеять подозрения, чем копить их.

Из Палаты Управления Имакс вышел с приятным чувством исполненного долга. У него восстановилось прекрасное настроение, и он на разный манер стал напевать про себя последнюю фразу Крафта: «Лучше развеять подозрения, чем копить их».

Но, как это часто бывает, события предпочли обернуться своим, непредвиденным, ходом.

Кабинет Верховного Правителя пустовал от посетителей лишь считанные минуты, после того как его покинул Имакс. Вслед за ним появился посыльный с письмом от Салидеи.

В нем она взволнованно сообщала, что их дочь не была на занятиях и не вернулась домой после них, и вообще никто из знакомых ее не видел в течение всего дня, после того как она еще утром побывала в продуктовой лавке.

Крафта очень взволновало это известие. Он поднял на ноги все Военное Управление, разослал гонцов туда, где, по его мнению, можно было что-то узнать об Игрит.

К величайшему сожалению, которое тогда ему еще только предстояло испытать, Крафт забыл о своем разговоре с Имаксом и о подозрительных монахах, расположившихся у самого города.

После того как весь Флесил только и говорил, что об исчезновении золотой чаши из Храма Солнца, Флайд, конечно, догадался, что за товар он взялся переправлять. Он по началу отчаянно сожалел, что позволил уговорить себя, и мечтал побыстрее избавиться от этого груза и самого Патиста, и с трудом делал вид, что ни о чем не догадывается, а Патист помалкивал, так как не горел желанием обсуждать это.

Но вскоре Флайд сообразил, что может использовать сложившуюся ситуацию с личной выгодой. И дело не в том, что он, без сомнения, получит свою долю от сделки, но самое главное – его осведомленность теперь может здорово помочь ему в том мероприятии, которое он затеял для сближения с Игрит.

Как удачно всё сложилось! У него теперь есть шанс не только многократно увеличить свой личный рейтинг в глазах его бескомпромиссной подруги, но и, кто знает, может, его ждет слава национального героя?

Иначе говоря, Флайд решил направить развитие дальнейших событий по собственному сценарию. А что? Цель его благородна – он желает вернуть похищенную чашу на законное место. Да, он будет неутомимым и бесстрашным, и главное – в результате это принесет всем только пользу.

Патист получит своё вознаграждение, он – своё, чаша вернется в Храм Солнца, и в итоге одураченным окажется только настоящий злоумышленник – так и поделом ему!

Флайд был вдохновлен своей находчивостью и немедленно приступил к делу.

Как только чаша была переправлена в Глариаду, он отправился на Родник, почти уверенный в маршруте похитителей, по крайней мере до этого места, и снял подходящий номер в гостинице.

За Игрит он выслал одну из своих повозок и был уверен, что она не устоит против его предложения. Так и вышло.

Теперь они вместе сидели у распахнутого окна за небольшим столиком, не сводя глаз с дороги, внимательно вглядываясь во все прибывающие со стороны Флавестины повозки.

– Флайд, если мы, допустим, обнаружим на одной из повозок чашу, что мы будем делать? Мы же не сможем ее просто так забрать?

– Там будет видно. Что-нибудь придумаем. По крайней мере, мы её обязательно проследим. Знать у кого чаша – это уже половина дела… Смотри-ка туда!..

По дороге медленно приближался фургон, мерно раскачиваясь на ухабах. Было видно, что он загружен. Флайд и Игрит насторожились.

Фургон свернул с дороги к роднику, и возница остановил лошадь у поилки. Напившись сам, он направился в закусочную.

Флайд взглянул на Игрит загоревшимися глазами:

– Так, мой выход! Ты все поняла?

– Да. Теперь я дежурю у того окна, – Игрит показала рукой на противоположную стену. – Как только увижу, что он вышел из закусочной, быстренько возвращаюсь к этому окну и делаю вот так…

С этими словами Игрит звучно захлопнула створки.

– Отлично, – одобрил Флайд, – я пошел…

– Флайд, – Игрит остановила его, – будь осторожен…

Он улыбнулся, хлопнул ее по плечу вытянутой рукой, как у них было принято в детстве, и вышел из номера.

У родника стояла еще одна повозка, у которой суетились два человека. Дожидаясь пока они уйдут, Флайд напился из родника, прогулялся вдоль поилок, постоял, любуясь на небо, и еще раз напился.

Когда все удалились, настал подходящий момент.

Флайд взглянул на окно – оно было по-прежнему открыто.

Он подошел к фургону, осмотрелся по сторонам и заглянул внутрь. Беглым взглядом он увидел, что там лежало что-то объемное, накрытое сверху полотном.

Флайд еще раз оглянулся и ступил на приступки. Только он протянул руку, чтобы приподнять полотно, как до него донесся громкий хлопок закрывающегося окна.

Флайд слетел со ступеньки, на которой стоял, и едва не упал.

Взглянув на здание гостиницы, он увидел, что их окно по-прежнему открыто, а в глубине комнаты, глядя на него, стоит Игрит, пожимая плечами.

Он понял, что тревога ложная: это закрылось окно их соседей.

Флайд приготовился вновь повторить попытку.

Он опять взобрался на приступки, дотянулся рукой до полотна и осторожно приподнял его за уголок. В следующее мгновение он резко отпрянул и вновь свалился со ступенек – прямо на него заспанными глазами смотрело чье-то удивленное лицо…

…Еще несколько повозок было осмотрено, но безрезультатно. Чаши не было.

Патист, если его сделка состоялась, уже по всем расчетам должен был давно передать чашу.

Флайд начал подумывать о том, что его теория где-то дала трещину.

Ну, и что? Зато они вдвоем с Игрит… Он так скучал по ней… А теперь она рядом – как всегда уверенная, рассудительная и неунывающая – прежняя Игрит. К тому же, невероятно красивая…

– Знаешь, Игрит, а не заказать ли нам в номер ужин с фруктами? Что-то есть хочется…

– Заказать… Только после того как проверим вон ту повозку… – она кивнула в сторону дороги.

Флайд увидел в окно, как к роднику приближалась повозка с двумя ездоками. Она была без верха, и в ней лежал какой-то груз, сверху накрытый пологом.

Оба человека сошли, напились у источника, оставили лошадь с повозкой у поилки и направились в закусочную.

Один из них был в черном плаще, постарше и выглядел главным. Другой, одетый в холщовую тунику, похоже, прислуживал ему.

– Что ж, – сказал Флайд, поднимаясь, – после – так после… Ну, я пошел. Схема та же…

– Удачи!