Светлана Ушкова – Мерцающая луна (страница 4)
«Обойдетесь», – пререкалась из чистого упрямства, чтобы страх не до конца захватил сознание. Слишком много было вокруг тех, от кого я хотела держаться как можно дальше! А главное, они не давали мне уйти, что пугало еще сильнее.
Словно чувствуя мое состояние, оборотень непринужденно погладил меня по спине. И как не странно, это помогало куда лучше моих мысленных бравад. Я даже смогла расслабиться и с наслаждением вдыхала терпкий аромат грецкого ореха, смешанный с медом.
Вкусно. И невозможно удержаться. Лизнула в шею.
Мужчина вздрогнул и усмехнулся:
– И это тоже обсудим позже. – После чего помассировал пальцами основание моего хвоста.
И вот кто бы знал, что там находится такая чувствительная зона?! По позвоночнику прошелся разряд, а тело охватил жар, от которого хотелось выгнуться и подставить предательский «копчик» под новые прикосновения. Медовый гад знал это. И взбесил! Кто ему вообще дал право меня там трогать?!
Прикусила в то же место, куда недавно одарила волчьим поцелуем. Пусть не обольщается, ему ничего не светит. И вообще загрызу!
– Вредина, – буркнул он, но к его чести, с рук не сбросил, в ответ лупить не стал, а наоборот снова успокаивающе провел по спине рукой.
Выдержка мужика вызывала уважение. Поэтому действительно перестала сопротивляться. Снова уткнулась ему в шею и закрыла глаза.
Навалилась такая усталость и апатия, что просто стало наплевать. На все. На палату, в которую меня вернули. На ошейник, который на меня попытались надеть, но медовый не позволил. На врачей, что снова навтыкали в меня всякие иголки. На боль, которая накатывала волнами. На Аврору, которая пыталась что-то говорить мне.
Лежала безвольным мешком и ждала, когда все уйдут, а я отключусь от обилия вливаемых в меня препаратов.
Все стихло спустя минут пятнадцать. Я облегченно выдохнула и попыталась улечься как-то поудобнее. Иначе вытянутые лапы начали затекать. Прострелившая от пяток до макушки, боль сказала, что я обойдусь без комфорта.
– Давай помогу, – раздалось за спиной, и меня аккуратно перевернули на живот.
Посмотрела на медового через полуприкрытые веки. Я надеялась, что он ушел вместе со всеми, а запах грецкого ореха – лишь остатки, которые должны в скорости выветриться. Но нет. Лично, видать, решил сторожить добычу.
От данного самой себе определения невольно поморщилась. Я действительно хуже лесного зайца. Тот и от меня сбежал и другим не попался. А я ничего не могу… совсем ничего… И так жалко себя стало, что выть захотелось. Ограничилась невнятным скулежом.
– Больно? Прости, – повинился оборотень и успокаивающе провел по голове и спине рукой.
И откуда такой заботливый взялся? Ведь все должно быть не так, если верить непонятным сигналам из подсознания. А этот Трей и накормить уже пытался, да это была западня, но он планировал дать мне поесть, а не загонять до смерти. Ошейник надеть не позволил. Поудобней уложил, успокоил… Золото, а не мужчина! И пахнет как-то особенно вкусно. Где-то точно есть подвох. Понять бы еще где.
Всю сознательную жизнь я была одна. И судьба мне дала хорошо понять: симпатии мимолетны, друзья непостоянны, любовь – сказка, в которую не стоит верить. Это в восемнадцать можно нырнуть с головой в отношения с симпатичным мальчиком и страдать потом, что он выбрал другую. В тридцать четыре начинаешь понимать, что есть просто приятные люди; есть те, с кем лучше держать дистанцию; есть кто-то, с кем можно выстроить вполне крепкую семью. Расчет и немного личных привязанностей – вот и все.
Мне ничего из вышеперечисленного уже давно не требовалось. Других проблем всегда хватало. Конечно, порой накатывала тоска от одиночества, но это очень хорошо лечилось работой.
И почему же сейчас я даже рада, что не осталась в дурацкой больничной палате одна?
Потому что одной куда страшнее, чем рядом с непонятно заботливым оборотнем.
Вот и колыбельную мне начал петь.
Я прикрыла глаза и слушала. Бархатистый голос обволакивал и успокаивал. Сон подкрался незаметно и полностью поглотил сознание.
Глава 2
Дана уснула, а я все не мог перестать пропускать ее шерсть между пальцев.
Странная волчица. Я всякое повидал на своем веку. Но чтобы кто-то на глазах исчезал и совершенно не пах – это впервые.
Не удержался и уткнулся лицом в шею волчице. Глубокий вдох. И на задворках вновь замаячил едва уловимый аромат дыни. Даже волк оживился, силясь удержать призрак приятного запаха. Я удивился на такую реакцию. Обычно он равнодушен ко всем. А тут едва ли не требует его выпустить.
Быстро взглянул на часы. Обед уже прошел, а до ужина и звонка беты с отчетом о делах дома было еще предостаточно времени. Сообщений о поисках «папашки» Даны тоже не было, а значит можно придаться праздному времяпрепровождению.
Быстро разделся и на кровать забрался уже в облике волка. Уткнулся в шею волчице и с наслаждением втянул воздух.
Моя добыча.
Интересно, еще убегать будет?
Сознание затопило предвкушением и азартом. В красках представил, как бегу по лесу за серым мерцающим хвостом, настигаю, прикусываю за пятую точку, слышу недовольный рык волчицы, и снова даю ей оторваться…
Несколько часов я провел в мечтах и дреме, заглянувшую для проверки медсестру остановил предупреждающим рыком. Еще не хватало, чтобы она разбудила Дану процедурами. Позволил только отключить закончившуюся капельницу.
Снова остались одни. Опять уткнулся Дане в шею. Хорошо. Даже удивительно.
От размышлений отвлек смартфон, завибрировавший в кармане брошенных на стуле джинс. В мессенджер падали какие-то сообщения. Может быть, проигнорировал бы их, но я ждал отчета о поисках. Поэтому спрыгнул с кровати, стащил зубами свою одежду и кое-как вытянул смартфон. Оборачиваться было лень, да и после прочтения я собирался вернуться к волчице. Фейс-Айди сработал не сразу. Пришлось покривляться перед экраном, прежде чем он распознал мое звериное обличие.
Сообщения оказались от Джошуа. Сын скинул фото с сестрой и подписал: «Скоро будем». Только сейчас понял, как соскучился по своей девочке, которая большую часть года жила у черных со своей парой. Носом тыкнул в счастливый смайлик и отрубил телефон.
И тут услышал, что волчица завозилась на кровати.
Вспыхнувшее желание понаблюдать за ней из укрытия удержать не смог и, быстро заграбастав лапами свою одежду, залез под кровать и притаился.
Вовремя. Дана окончательно проснулась, потопталась на постели, видимо, избавлялась от катетеров. После чего глубоко вдохнула и забавно чихнула.
Я приготовился быть обнаруженным, даже хотел сам неожиданно выпрыгнуть из укрытия, как в лучших розыгрышах. Но замер от неожиданности.
Пофыркав недовольно, волчица затихла, а потом сверху свесились девичьи ноги. Маленькие аккуратные ступни с тонкими лодыжками и белой кожей. Еле удержался, чтобы не лизнуть голени, ощутить их мягкость и бархатистость. Ведь Дана меня не заметила, и стоило еще понаблюдать за девушкой, раз выпала такая возможность.
До пола она в силу своего роста не достала и пришлось спрыгивать. Недовольно зашипела, видимо, затекшие мышцы были не готовы к подобным нагрузкам. И отправилась к узкой двери, ведущей в прилегающую ванную комнату.
Я даже дыхание затаил, глядя, как постепенно вырисовывается женский силуэт. Хрупкий с плавными изгибами и островатыми худыми плечами. Словно фарфоровая куколка. Большую часть спины скрывал темный гладкий водопад волос. Зато вид на область чуть ниже был просто великолепным. Даже смог разглядеть над правой ягодицей небольшую родинку.
Захотелось отомстить вредине за утренний укус.
Не успел. Она скрылась в уборной. Решил сменить место укрытия, чтобы, возвращаясь, Дана не сразу меня засекла. Передислоцировался к стене. Попутно перепрятал вещи и снова затаился.
Девушка вышла только спустя полчаса. Решила воспользоваться моментом свободы и, судя по звукам льющейся воды, приняла душ.
Тихие шаги босых ног по кафелю заставил собраться и подготовиться к диверсии. К моему счастью, вышла Дана так же обнаженной. Подсушивая волосы полотенцем, она прошла к кровати, скорее всего собиралась вернуться в звериную форму и забраться обратно «под одеяло». Медлить было больше нельзя.
Стремительно приблизился к фарфоровой куколке, лизнул намеченную ягодицу и тут же легонько укусил.
– И-и-и, – завизжала красотка, резко обернулась, тыкнула в отскочившего и довольного меня пальцем и прорычала: – Извращенец, убью!
Схватила подставку для капельницы и метнула. Легко увернулся, подскочил сбоку и пихнул Дану носом. Та не удержалась на ногах и дабы не упасть, ухватилась за высокую кровать.
– Гад! Да я тебе хвост откушу! – рявкнула она и обернувшись в зверя замерцала.
Но от меня ей не укрыться. Натренировавшись, теперь чувствовал каждое ее движение. Замер в ожидании атаки. Перехватил куколку за шкирку еще в прыжке, подмял под себя и, требуя подчинения, зарычал.
И она охотно согласилась, даже больше. Выгнулась подо мной и тихонечко заскулила. Легкие моментально заполнил аромат дыни и возбуждения волчицы. Офигев от собственного счастья, даже хватку ослабил. Захотелось заставить ее обернуться и пройтись ладонями по бархатистой коже. Сжать округлую грудь, впиться поцелуем в твердую вершину и насаживать на себя, пока она не замолит о пощаде.