Светлана Титова – Найди меня, мама (страница 38)

В салоне было жарко, и я распахнула и приспустила с плеч пальто.

— Никаких офисов. Все документы давно у меня. Мы едем домой, Даша. Там есть и кофе, и колбаса для бутербродов. Я не дам тебе умереть голодной, — обрадовал Сергей, снова превратившийся в моего босса. — Утренние встречи отмени и перенеси на другое время. Не успеваю. После обеда освободи мне пару часов.

Чувствовала себя Золушкой после полуночи, когда все волшебство развеялось. И она грустно разглядывает старое платье, тыкву и разбегающихся в стороны мышей.

— Разочарована, — догадался Сергей по моему выражению лица, сев ко мне вполоборота.

— Нет, я не строила далеко идущих планов на сегодня, — соврала, не желая показывать истинные чувства.

Ходи я на свидания почаще, привыкла бы и не реагировала так болезненно. Для меня свидание — это можно сказать впервые. Сама отталкивала все это время мужчин, предлагавших ухаживания или отношения. С Сергеем захотелось наверстать все упущенное. Я взяла планшет, как другие берут презерватив, на всякий случай, чтобы был. Но в душе-то надеялась, что он не понадобится. Надежды не оправдались.

Потянулась пальцами к волосам. Прядь запуталась в бриллиантовой капле сережки. Никогда не носила прежде такой роскоши, только аккуратные гвоздики. Волосы неприятно тянуло, пришлось наклонить голову, выпутывая прядь наощупь. Осторожно, чтобы не расстегнулся замочек, и серьга не потерялась. Ее еще возвращать в семейную "сокровищницу" Шалых.

— Не строила планов на этот вечер, — повторил он мои же слова. Неопределенно хмыкнул, следя за моими действиями. — Обидно это слышать. Но я, почему-то, тебе не верю, — он коснулся моей щеки тыльной стороной ладони, скользнул по шее к ключице, видной в вырезе платья.

Я замерла, убрала руку, забыв про злополучную серьгу.

— Знаешь, как можно поймать тебя на лжи? — Сергей слегка подался вперед. — Очень просто. Может, сама подскажешь?

Ответа я не дала, он в нем и не нуждался. Пальцы медленно погладили ключицу, нырнули под край платья, коснулись бретельки бюстье и неторопливо продолжили путешествие вдоль нее вниз к груди. Мне бы остановить такую наглость, но руки точно свинцом налились. Чувствую, как от его пальцев по телу разливается жар желания. Прикусываю губы, с которых готов сорваться тихий стон удовольствия. От вспыхнувшего в крови пожара в машине настоящий жаркий ад. Рукав платья немного сполз, оголяя черную бретельку с красной вышивкой.

Я не собиралась никого соблазнять, но мысленно смотрела на себя глазами Шалого, и выбирала для него.

— Черное с красным. Провокационно, — губы растянулись в порочную улыбку.

В глазах новое, никогда раньше мной не виданное выражение: насмешка и удовольствие. Ему нравится, что он заставляет меня чувствовать смущение и желание. Он точно большой и красивый кот, играющий с глупой мышкой, захлебнувшейся в своих ощущениях. На миг мне показалось, что рядом его брат Роман. Это ему свойственно такое поведение. Когда он провоцирует, заигрывает — это в порядке вещей. Но Сергей… он же совсем не такой! Или я совсем его не знаю.

Приглушенный звук телефона отрезвил обоих. В мгновение лицо Сергея сменило выражение. Передо мной снова деловая личина босса. Собранный, точно не он минуту назад соблазнял и дразнил меня.

— Да, — недовольно ответил кому-то. — Хорошо. Жду, — и отключился. Глянул на меня, неловко поправляющую платье. — Это Роман. Он уже вылетел. Скоро мы все узнаем.

В голосе напряжение, словно не он пару минут назад мурлыкал мне на ухо мартовским котом. Я забыла вдохнуть воздух, так и застыла, осмысливая последнюю короткую фразу.

— Ты в порядке? — Сергей заметил мой ступор.

Нет, не в порядке! Совсем не в порядке! Кажется, я уже на грани.

Чтобы как-то отвлечься и не показывать переживаний, достала планшет и начала править расписание на завтра, делая пометки, кому перезвонить. Остановилась, когда почувствовала на себе его взгляд. Шалый молча сидел рядом и, не скрывая удивления, следил за мной.

— Ты взяла планшет в театр, — не мог поверить он.

Он изумлялся тому факту, что мы думаем с ним одинаково. Романтично начавшийся вечер не обязательно может закончиться так же. И есть дела, которые не подождут. Он это давно знал, я это усвоила рядом с ним. А сейчас мне было необходимо чем-то занять мозги. Утром, самое большое к вечеру, я узнаю, кто мой сын.

— Ситуации бывают всякие. Как видишь, пригодилось, — пожала плечами, делая вид, что у меня все хорошо.

Глава 31

Дарья

Словно сговорившись, мы с Сергеем больше не проронили ни слова. Оба заметно нервничали. Со мной все ясно, а он-то чего ради, если уверен, что Сашка все выдумал о детях? Или у него есть сомнения? Неужели не уверен в собственном отцовстве или в отцовстве Романа? Я тоже не заметила особого сходства мальчишек с отцами.

Из школьного курса биологии помнила о доминантных генах брюнетов, но мало ли что случается в природе.

Мы оба играли в спокойствие. Выяснилось, актеры из нас так себе. Сергей разбил чашку и порезал палец, когда готовил нам обещанное кофе и бутерброды, а я рассеянно роняла все, что попадало мне в руки. Я залечила ему палец, залив стол зеленкой. Сергей только глянул на меня с сочувствием. Пластырь лепил сам.

Роман прилетал поздним утром. У меня еще было время отдохнуть и выспаться. Но о сне и речи не могло быть. В жутком нервном напряжении я не только не заснула бы, но не смогла спокойно пролежать хотя бы полчаса. Разбирая документы, внося надиктованные поправки, то и дело бегала в ванную охладить горящие щеки ледяной водой. Меня лихорадило.

Когда, в очередной раз поднимая оброненный мной планшет, мы с Сергеем столкнулись лбами, он решительно поднялся, потирая ушибленное место и указал мне на дверь.

— Все, Дарья, перерыв на кофе! — скомандовал и подтолкнул меня к выходу.

От кофе я отказалась. В моем взвинченном состоянии кофеин точно лишний. Мне бы шалфей или эхинацеи выпить. Нехотя жевала бутерброд, не чувствуя вкуса, и запивала горячим чаем. Руки дрожали так, я едва не обварила колени, немного расплескав.

— Даша, нужно успокоиться. Ты же на пределе, — Сергей забрал у меня чашку и поставил на стол. — Я поработаю немного, а ты просто отдохни. Чай допьешь, когда остынет. Так безопаснее.

И он сбежал от меня в кабинет. С обидой посмотрела ему вслед. Я завела себя, и собственным взвинченным состоянием заводила его. Усидеть на одном месте не получалось. Я мерила квартиру шагами, поглядывая на часы. Тело ныло от усталости, виски ломило от сумбура мыслей. Присаживалась минут на пять, но снова вскакивала и начинала бегать из угла в угол.

Промучившись так пару часов, решила выйти на улицу, прогуляться до аптеки. Успокоительное и таблетки от головной боли были необходимы. Для этого времени года была одета слишком легко. Но сейчас меня это мало заботило. Накинула пальто, заглянула к Сергею предупредить.

Он уже успел сменить костюм на свободную домашнюю одежду. Выглядел забавно, уютно и очень по-домашнему в распахнутом халате поверх шелковой темной пижамы и в очках, деловито чиркающим по бумажным листам ручкой.

— Сереж, я до аптеки прогуляюсь. Голова разболелась и нервы совсем… — я не закончила, глядя на открытый коньяк, стоящий на столе рядом с открытыми папками, — смотрю, ты уже лечишься традиционными способами, — поддела его. — Я тогда пройдусь. Успокоиться нужно.

Сергей вскинулся, снял очки, пару секунд непонимающе глядя на меня.

— Уходишь? — заметил Шалый мой одетый вид.

— Я ненадолго, — пообещала ему. — Одна нога здесь, другая тоже…здесь.

— Даш, уже поздно гулять одной, — он с тревогой глянул в темное окно. — Не ходи, я позвоню и нужное привезут.

— Я недолго. Голова действительно болит, а это… — я кивнула на бутылку, — мне не помогает. Хочу прогуляться.

Босс минуту сверлил меня взглядом, после недолгих раздумий, кивнул, соглашаясь.

— Хорошо. Сходим вместе. Только переоденься дома. Холодно, — Сергей не отставал.

Внутри росло недовольство от чрезмерной заботы, но больше от недовольства собой. У него море работы, а он носится со мной, точно с хрустальной вазой. Сама виновата — устроила тихую истерику на пустом месте.

Он работает, а я отвлекаю. Ежу ясно, со мной ничего не случится в центре столицы. Но то ежу, он зверь понимающий. Спорить же с Сергеем себе дороже, если он все для себя решил. Проще уступить, так сэкономим время. Проветримся оба, а потом я даже смогу поработать. Потому что сейчас от меня помощи чуть.

— Буду ждать внизу, — коротко бросила ему.

Не желая больше оставаться в помещении, я поспешила на свежий воздух. Лифт мне показался медлительным, а замкнутое пространство кабинки вызывало неприятные ощущения. Торопливо спустилась по ступеням, прошла широкий холл, улыбнулась знакомому охраннику на приветствие, и вышла.

Холодный воздух тут же остудил горящие щеки. На улице тихо, как может быть тихо в столице, которая никогда не спит. И странно пусто для этого часа. Ни случайных прохожих поблизости, ни хозяев, выгуливающих своих питомцев.

Я закуталась плотнее в тонкое пальто, жалея, что не послушалась Сергея, не забежала домой одеться теплее. Глубоко вдохнула раз, другой, чувствуя, что боль, терзавшая виски, понемногу отпускает. Руки пощипывало от колючего ветра. Я потерла тут же озябшие запястья.