Светлана Титова – Найди меня, мама (страница 22)

— Может, вы мне нравитесь. Вы такая холодная, неприступная, я захотел пробить вашу броню и стать ближе, — признавался Шалый. Я вглядывалась в его лицо, не понимая, шутит он или говорит серьезно. — Продолжить эту ночь… по-другому.

Решил совместить полезное с приятным. Забыл, что работу с личным не смешивают. Вряд ли забыл, значит, опять врешь.

— Если хотели по-другому, зачем вызвали меня? Пара тех девиц вполне справилась бы,-

Его "признаниям" не верила ни на грош. Он снова издевался то ли от скуки, то ли ему нравилось доводить холодную и неприступную меня до белого каления. Нашел себе игрушку. И верь после этого, что не мстит за развод… маньячело.

— Не прикидывайтесь глупой, Даша. Зачем мне доступные девицы, я хотел с вами, — нагло откровенничал босс, издеваясь.

Так я и поверила. И с чего бы? У меня минимум косметики, блузки под горло, юбки до колена и пиджак застегнут всегда на все пуговицы. Даже сейчас. Антисекс полный. Очков в безобразной оправе не хватает.

— Со мной! — вот тут я возмутилась искренне. Даже "птички" из борделя поверили, что я жена. По мнению таких девиц, существо напрочь лишенное сексуальной привлекательности и "постельного" умения. — Я, что дала повод так думать о себе!

— В том-то и дело, что нет, — он окинул мою фигурку в офисном сером костюме плотоядным взглядом. — Запретный плод… ну сами знаете… Уверен, нам будет хорошо вместе.

Самонадеянно, господин Шалый! Очень самонадеянно такое заявлять, опираясь на свой прошлый опыт. У вас столько денег и возможностей, что женщины, охотницы за богачами, изобразят каскадный оргазм, лишь бы понравится. Но раз пошла такая пьянка…

— Вам-то будет хорошо, мне с вами вряд ли, — отступила на шаг по коридору. — И давайте на этом закончим ночь откровений. Предложите мне чай с бутербродами. Просмотрим документы и определимся с завтрашними вопросами.

Шалый вздернул удивленно брови, точно не слышал концовку моей речи. Аккуратно обошел меня, направляясь в кухню.

— Почему такие выводы о нас? Вы из этих… нежно-розовых? — небрежно бросил через плечо.

— Я уже отвечала на этот вопрос. По-вашему это единственная причина, по которой женщине с вами не понравится? — моя очередь удивленно вскидывать брови и мстить за гадости.

Уставшие ноги гудят. Спину и плечи ломит. Виски точно свинцом налиты, и в них пульсирует боль. А он решил, что я из этих. Конечно, у мужиков другой причины быть не может. Любая нормальная готова пасть к его ногам, и только мечтает залезть к нему в штаны.

— Намекаете, что со мной что-то не так? — в голосе столько ехидства.

Самоуверенности Шалому не занимать. Он ведь и мысли не допускает, что с ним может быть не в порядке. Ох уж эти женщины-притворщицы, убедившие его в постельном совершенстве. Просветить его что ли, открыть глаза на самого себя… А то он себя в "постельные короли" записал.

— Скажу за себя, — я присела не на "свой" стул, а на мягкий диванчик, уткнулась стену гудящим затылком, отдыхая, глядя как Шалый, скинув пиджак и закатав рукава рубашки, готовит ужин. Пальцы ловко управлялись с ножом. Вот уж у кого "энерджайзер" в одном месте. — Если день был паршивый, о ночи любви речи быть не может. Вот такая тонкая связь. Мое желание и удовольствие формируется днем. Зависит от эмоций и самого мужчины, — решила в своем просветительском деле идти до конца. — Не одна я такая. Открою секрет, таких женщин процентов девяносто. Поэтому мужчины дарят женщинам цветы, конфеты, украшения и расточают комплименты. Готовят, так сказать, почву… создают нужное настроение.

Ты-то уже и забыл, как это делается. Привык, что жена под боком. Наверно, и с ней так же: хочу тебя — изволь ножки раздвинь. Теперь-то понятна ее жуткая агрессия в мою сторону и вообще.

— Значит, цена женского согласия шоколадка и дешевенький комплимент, — усмехнулся Шалый, ставя передо мной обычный обжаренный картофель. — Мне девицы в баре гораздо дороже обошлись.

Опять дурака валяет, притворяясь непонимающим. Еще и меня пытается выставить глупой. Или действительно не понимает, о чем я толкую?

— Сергей Алексеевич, не сокращайте расстояние, как с девицами из бара. Шоколадка — это только первый шаг. Вам ли не знать. Вспомните молодость, когда вы были просто студентом Сережей. Без этих ваших списков "Форбс".

Он достал салат из холодильника, не спрашиваясь, отсыпал мне часть на край квадратной тарелки, и поставил остатки картошки перед собой.

Что за блажь так жить, готовить самому себе?

— Дороже всего обходится женщина, которой от тебя ничего не надо, — он улыбнулся одним уголком рта, ставя мне шах и мат. — Сегодня я как раз получил доказательство. Юлия, как вы, казалась бессребреницей, когда мы только познакомились.

— Я в недоумении, — облизнув губы, выдержала его взгляд. — Зачем вам в таком случае я, если цена кусается?

— Может я готов заплатить вашу кусючую цену. Вдруг вы и впрямь особенная.

Кусок у меня застрял где-то на полпути к желудку.

Это он предупредил, что собирается ухаживать за мной. Не понимаю людей, решающих проблемы за обедами. Так же и подавиться недолго.

Сергей ждал моего ответа и, не дождавшись, оповестил:

— Как вы смотрите… на покататься на лыжах с Бельгийских горок?

— Решили подписать договор с бельгийцами? — сразу догадалась, в чем дело.

— Ну-у-у… Борисыч высказал свои опасения, совпавшие с моими. Будем разбираться на месте, — он ковырялся в салате, выискивая кусочки повкуснее, не стесняясь меня. — У Романа домик в Арденнах, потому детей берем с собой. Оформлением паспортов и виз для вас и Дениса я сам займусь.

Я так и не донесла до рта жареный ломтик, обескураженная неожиданным предложением. Так за мной еще не ухаживали.

— Максим тоже с нами? — выдавила из себя, волнуясь.

— Да, нашим парням полезно пообщаться с Денисом. Мне ваш сын нравится. Его желание самостоятельно достичь славы и успеха. Знаете, в тандеме с моим Вадькой ведет он. Прирожденный лидер. Здоровое правильное влияние — это хорошо. Мажорские заскоки до добра не доводят. Сколько миллионеров так потеряли своих детей и свои компании. Их детки зажрались, обленились и просра… извините, упустили компании, построенные отцами. Дети, близкие, друзья — это наши слабые места. Деньги решают одни проблемы и создают множество других.

Он говорил и говорил, а у меня заполошно трепетало сердце, предчувствуя скорую встречу. Значит, скоро я увижу Максима.

— Что скажите, Дарья Александровна? — вывел меня из транса Сергей.

— Требую премию за вредность, — нагло заявила я.

У Шалого, оказывается, обаятельный смех. Вот такой, смеющийся от души, он кажется моложе и проще. Такой он мне действительно нравится.

Глава 18

Сергей

Я сидел в зале суда на закрытом слушанье. Смотрел и слушал Юлию, не веря, что совсем недавно считал ее лучшей женщиной на планете, считал, что мне повезло встретить ее. Не верилось, что эта грязь претензий и обид льется из ее рта. Когда она начала обвинять меня в изменах, встал мой адвокат и напомнил об ответственности за дачу ложных показаний. Юля тут же замолчала. Доказательств у нее не было и быть не могло. Жене я не изменял. Вот так, хотя мало кто верит. Видимо этот грех взял на себя Роман. У него имя говорит само за себя. На каком-то моменте я отключился от происходящего, мыслями улетев далеко. Вспомнил свою помощницу Дашу, ее помощь с одеждой. Не хотел носить все то, к чему прикасались руки Юлии. После ее словестных помоев было противно, хотя я их не заслужил, ее не обидел. Дал приличное содержание до момента, когда Вадим станет совершеннолетним. Закрыл глаза на парочку спа салонов, владельцем которых являлась она. Оставил мной подаренные квартиру в Питере и дорогой автомобиль. Исключительно чтобы ей было куда и на чем свалить, оставив нас сыном в покое. Неужели ей мало!

Вадим остался со мной, хотя адвокат Юлии пытался доказать мою измену. Даже фото предъявил, на которых Роман. Смешно. Ромка подтвердил, что это он. И Юля осталась при своих интересах. Мои адвокаты хорошо поработали. Могли бы совсем ее раздеть за подлог, да и лежал у меня в сейфе конверт с фотографиями, полученными от частного детектива месяца четыре назад, где она изменяет мне с одним из наших общих знакомых. Но я не стал их предъявлять суду, когда я их получил, мы фактически не жили вместе, хотя были женаты и… Вадим. Она остается его матерью и должна хотя бы казаться незапятнанной.

Мысли сами собой съехали на Дашу. Губы растянулись в улыбке. Мне нравилась эта женщина. Можно врать другим, но себе-то чего. Она цепляла каждый раз, когда мы встречались. Не только тем, что отталкивала. Игру, когда женщина делает вид, что не хочет тебя, я выучил наизусть. Юлии в ней равных нет. Потому так обжег контраст. Когда тебя действительно не хотят ни в каком смысле — это задевает, а не смешит. Была в Даше стойкость алмаза и мягкость бархата. Есть же женщины — Королевы. Чтобы не случилось у них всегда ровная спина и трезвый ум. Даша одна из них. Она не истеричная принцесса, как моя бывшая. И не служанка, как большинство девиц, работающих на меня. С такой женщиной себя уважаешь, а не оправдываешь. Обалденные ощущения.

Мне нравилась хрупкая Даша, желающая казаться ледяной и равнодушной. Ее желание казаться холодной — защита. Пусть она сама не замечает за собой, но ее тело отвечает. А вот равнодушие настоящее. У нее нет ко мне неприязни, но и симпатии нет. Это надо было срочно как-то исправлять. Но я усугубил еще больше.