Светлана Суббота – Дарья Искусница (страница 9)
Какая невеста?! Какая… лялечка?! Кира!
Удивительно, но вышедшую из-под ситуацию спасла сама Олеся. Она подскочила, все такая же изящная и красивая даже в эмоциях. Кукольный аккуратный подбородок дрожал, глаза гневно сверкали. Кажется, не одну меня впечатлил это вид. Кира даже полезла за телефоном.
Ткнув пальцем с розовым маникюром практически в лицо Можайскому, Олеся дрожаще выкрикнула, не стесняясь начавших оглядываться людей за соседними столиками:
- Предатель! У тебя нет сердца! Ты же клялся… Я…
Она резко развернулась и, стуча каблучками, стремительная и прекрасная, бросилась с террасы ресторана. Споткнулась о небольшой парапет, ойкнула и, уже прихрамывая, продолжила бежать прочь. Ее подруга кинула на стол салфетку и, презрительно фыркнув, умчалась следом.
- Какого черта, Кира? – тихо спросил «жених». – Ты вообще соображаешь, что несешь в публичном месте, Кирюха?
Огромные зеленые глаза недоуменно округлились. Девочка запыхтела кипящим чайником и даже подняла вверх палец, готовясь сказать нечто веское в свою пользу, но ее опередил до этого времени молчащий Владимир:
- Это что было, народ? Ничего не понимаю. Шутка или… Вы когда успели?
8.2
Я наконец-то получила воздух в легкие:
- И у меня тот же вопрос! Дима… Кира… Потрудитесь объяснить. Насколько понимаю, правила игры меняются прямо в процессе. Невеста… л-ладно, временно и с натяжкой. Но – «лялечка»?!
- Тоже хотелось насчет «лялечки» узнать поподробнее, - Можайский все это время в упор смотрел на несколько съежившуюся сестру.
И так небольшого роста, юный Макиавелли пыталась скукожится до пропадания под столешницей. Поняв, что невидимости в короткие срок не обрести, она вздохнула, нормально села и грустно развела руками:
- Димочка, не расстраивайся, не будет лялички – скажешь: «Ну не получилось!».
Первым не выдержал Григорий, он и до этого с трудом сдерживался, скрывая смех за покашливание, а тут с выдохом «Бракодел» засмеялся свободно, восторженно стуча кулаком по столу.
Представив пролетевшего со скоростным отцовством, растерянного Диму, зафыркалии остальные. Даже я улыбнулась.
При всей сообразительности умненькой Киры, она была ребенком, наивным и очень любящим брата. По каким-топ причинам Олеся ей активно не нравилась, и как многие дети, она пыталась справиться с ситуацией своими, каким ей казалось «хитрыми способами», тем более брат показал направление.
- Дима, ты извини, - Ломов решил воспользоваться моментом всеобщего расслабления. – Ты сказал, что вы остаетесь в номере, а тут Олеся позвонила. Расспросила, а потом как пыльным мешком по голове: я в Париже, говорит, в центре, иду к вам.
Он перевел взгляд на Григория, ищу поддержки и тот кивнул лениво, нисколько не пытаясь выглядеть расстроено или виновато:
- Мы решили, что поболтаем быстро и отцепимся. Кто знал, что вы на улицу выйдете. Кстати, она о тебе расспрашивала, не останавливаясь. Даже хорошо, что Кирка ее бортанула, иначе бы прицепилась как банный лист. Ее подруга меня уже по бедру успела погладить и телефончик сунуть…
Глядя на мрачно-привлекательного Григория, я не удивилась скоростным действиям незнакомой девицы. Плохие мальчики по каким-то причинам завораживают. Я тоже сейчас смущалась его испытывающе-пристального взгляда. Редко, но бывает, когда мужской взгляд буквально царапает кожу, до мурашек. От Гриши веяло сексом. Быстрым, скорее всего жестким.
Скорее всего, наша первобытная память кричала, что этот хищник при охоте на мамонтов выживет с большей вероятностью.
- Быстрее бы, - сказал Можайский, - Олеся нашла нового воздыхателя. Девушка она впечатляющая во всех отношениях, но…
- Ого, то есть не будешь против, если я или Гришка за твоей бывшей приударим? Надеюсь, мы не нарушим Кодекс Братана*
Владимир подался ближе к столу и заинтересованно сверкнул глазами, когда Можайский разрешающе махнул рукой.
- А он не жадный, - промурчал Гриша.
И я почувствовала, как все еще обнимающая меня рука Димы вдруг погладила по плечу. Задумчиво.
- Что за шутки? – хмуро сказал Можайский. – Кодекс в силе. Да я из чистого сострадания на нем буду настаивать. Вы что, очумели, к Олесе подкатывать? И на вопросы не отвечу, я же вижу, как ты, Вовка, уже на стуле от нетерпения подпрыгиваешь. Не рассказывал о девушках раньше и сейчас начинать не буду. Было и прошло.
Он вдруг резко замолчал, посмотрел куда-то наверх в темное небо.
- Она из другой жизни. А мы приехали сюда отдыхать и праздновать именины Кирюхи. Завтра же идем в Диснейлэнд, народ!
Тема сменилась сама собой, потекла многоголосым ручейком, будто и не было неожиданной встречи, не звучала в голосе Димы застарелая боль. Жарко обсуждали во сколько надо вставать. Владимир попросил меня думать не только о завтрашнем дне, но и о следующем, спрашивал рассчитала ли я маршруты шопинга. Григорий подтрунивал на Кирой, дескать, не тяжело ли будет одновременно визжать на аттракционе и вести репортаж.
Я кивала в задумчивости и продолжала чувствовать на плече горячую руку Можайского, он не снимал ее демонстративно, постоянно при этом прижимая меня к себе. Надеюсь, вся эта неприятная история с Олесей останется в прошлом.
Хотелось как-то его поддержать. Накрыла его ладонь своей. И он тут же переплел пальцы…
Мужское запястье обхватывал черный кожаный ремешок часов, по циферблату бежала надпись Vacheron Constantin с маленьким рыцарским крестом над буквами.
Я заставила себя отвернуться от наших сплетенных рук и принялась рассказывать Ломову о заранее задуманных планы маршрута для шопинга.
---
Я чистила зубы перед сном, когда в общую ванную комнату постучали с другой стороны.
Мои любимые шорты с барашками были коротковаты, но вполне приличны, поэтому я согласно гугукнула в ответ, продолжая орудовать щеткой.
- Так и понял, что ты здесь, - сообщил Можайский, заходя и прислоняясь спиной к стене. – Извини за неудобную ситуацию.
- Ладно. Бывает. Невеста, наверное, даже лучше, чем девушка. Мои родные не так будут ругаться, - я сполоснула рот и выпрямилась, чувствуя себя немного скованно.
Меня опять смущал этот взгляд. Все чаще, где бы я ни была, с кем бы ни разговаривала, я знала, Дима за мной наблюдает. Когда прямо, иногда - задевая краем зрения, но словно я была постоянно в зоне его контроля. И сейчас, без защиты нескольких слоев одежды, это было особенно ощутимо.
- Ты на меня смотришь… - сказала я, осторожно повернувшись. – Постоянно.
- С первой минуты, - согласился он. И в комнате словно стало темнее. – Мне понравилось, как ты двигаешься, когда работаешь, легко, уверено. Как быстро делаешь выбор, передвигаешься от полки к полке, словно танцуешь. Нет ничего прекраснее, чем человек в центре своего профессионализма. Ты была… идеальна. Несмотря на дурацкие очки и костюм призрака.
Он подошел и встал прямо передо мной.
- А потом тебя ко мне толкнули. Через несколько минут ты уже обнималась в кабинке с Ломовым. Если бы на твоем месте была другая, раскрашенная и соблазняющая, я считал бы, что толчок продавщицы был полностью продуманным шагом. Умным шагом. Потому что твое тело…
- Нет! – изумленно замотала я головой. – Что ты! Я ту девушку видела первый раз. Бармаглот их постоянно меняет, берет неопытных…
Мой рот накрыли твердые губы, забирая воздух, мысли. Только поцелуй, только горячие мужские ладони на бедрах. Кружащий голову мятно-коньячный вкус, плавные, до отказа слабеющих ног, уверенные движения языка.
Все более глубоко, все более интимно. В меня погружались, отмечали каждую клетку, пробовали.
Никакого осторожного знакомства, присматриваний и проверок. Впервые я поняла, что такое, когда от поцелуя дрожит все тело.
Жар на крепко схваченных бедрах, все сильнее захват. И в меня вжалась эрекция. Каменная, как столешница сзади.
- Ди-има-а! – высокий детский голосок откуда-то из-за двери.
Можайский медленно от меня отодвинулся. Напоследок мягко, нежно, плавно огладил языком изнутри мой сбито, едва дышащий рот. Посмотрел темно, тяжело.
- Ди-и-мка, ты где? В туалете, что ли?
- Иду, Кирюш, подожди… Ты же уже спала?
- Спала, конечно! У меня мысль появилась насчет завтра! Выходи быстрее.
Он дернул уголком рта с едва сдерживаемой улыбкой, прижал палец к губам и… вышел, плотно закрыв за собой дверь.
*
Кодекс Братана
– создан Барни Стинсоном, героем фильма «Как я встретил вашу маму». В дальнейшем Кодекс пошел в народ и активно цитируется как правило поведения в мужской компании. Например, братаны не встречаются с бывшими девушками друг друга. По крайней мере – слишком быстро ??
Глава 9. Мамочки-и-и-и! Горки-и-и!
— Ты же сказала, что никогда не изменяла мужу.
— Я сказала, что никогда не изменяла ему в Париже
«Эмманюэль»
Ида: «В смысле поцеловались? Вы сколько дней знакомы? Он предложил встречаться?!»
Я: «Утром сказал, что встречаемся. Потом решили, что временно, на Париж. Вечер я стала невестой. И даже забеременела, но это не считается. Это не он предложил».