Светлана Суббота – Дарья Искусница (страница 29)

Следующий день стал одним из самых впечатляющих в моей жизни. Началось все с уговоров Можайского прогуляться не утром как обычно, а к вечеру, посидеть «где-нибудь на открытом воздухе, в ресторанчике». Но я была настолько выбита из колеи вчерашними гостями, что отвечала вяло, пыталась отнекиваться и размыто намекать о загруженном дне и планах на покупки аксессуаров к видео-роликам.

Продолжающие звучать в ушах заявления его мамы… эээ… пугали. Одно дело Дима с характером, который я понемногу начала понимать и даже справляться. И совсем другое новое неизвестное в формуле - доминантный свекрозавр, убежденный, что он лучше знает, что мне делать и как жить.

Сопротивлялась я до самого обеда, но в итоге Дмитрий прибыл лично, лопал ностальгически испеченные мной булочки и приводил все новые доводы. После очередного аргумента пришлось умываться холодной водой и не пускать трясущего дверь Можайского в ванную комнату. Во избежание. В зеркале отражалась совершенно ошалевшая алощекая девушка с припухшими губами и торчащей дыбом копной волос. Господи, вроде начал с нежного поглаживания и перебора прядок, а потом все перешло в форменное безумие. Противник каким-то волшебством меня полностью деморализовал и был остановлен на последних подступах, практически на снятии моей футболки, приготовив ей участь белого флага.

Победа далась мне необычайно тяжело, учитывая наличие пятой колонны, а конкретнее моего организма, требующего самой напасть на оппонента и завалить с особой жестокостью, стянув ответно рубашку именно с него и, показав тем самым, кто в доме хозяин.

Пришлось быстро соглашаться на прогулку, только бы дальше не оставаться с агрессором в закрытой квартире. В итоге, потрясенная собственными реакциями, раскрасневшаяся и смущенная, я быстро переоделась и отправилась с Можайским, по физиономии которого не совсем ясно читалось - доволен он нашим уходом или раздосадован.

И какого же было мое изумление, когда «посидеть на свежем воздухе» преобразовалось в «покататься и перекусить на речном кораблике». Белоснежный, украшенный гирляндами фонариков, перевитый цветами пароходик бодро принимал на борт празднично одетых людей. Человек двадцать вместе с нами, почти все - парочками. Ни детей, ни компаний. Эдакий корабль любви с огромной надписью по борту «STAR PONY», то есть звездный пони.

- Прекрасного вечера, уважаемые гости. Вас приветствует капитан этого замечательного судна – Оскар Полыхатько, - раздалось из динамиков. – Мы создадим для вас атмосферу настоящего праздника. Обещаю, этот вечер вы запомните надолго.

- Какие симпатичные сейчас кораблики стали делать, - Дима подал мне руку, помогая подняться по трапу. Он с интересом рассматривал двухпалубное новенькое чудо, подняв бровь при виде встречающего нас на борту бравого речника-стюарда в белой форме.

Почти двухметрового роста парень, до черна загорелый, осветил нас белозубой улыбкой, едва не порвавшей от усердия его щеки с ямочками.

- Рады. Рады видеть, - промурлыкал он, немного грассируя на первые «Р» и потрескивая рвущимся на плечах мундиром. – Ваши билетики… простая формальность. Благодарю. Каюты, чтобы переодеться и отдохнуть находятся на нижнем ярусе, вон по той лестнице можете спуститься в любой момент. Время нашего пути – почти четыре часа, не отказывайте себе в расслаблении…

Четыре часа? Думала, мы максимум на час-полтора вдоль берега покатаемся. Если учесть, что твердую почву под ногами я теряла лишь раз, и в глубоком детстве, сегодняшний вечер обещал быть томным. В смысле как бы меня не утомило… Маленькой девочкой я почти всю экскурсионную поездку с классом провела лежа на топчанчике, помню укачало меня неимоверно.

Оглядывая обстановку, я нечаянно перехватила брошенный мельком взгляд стюарда нам в след, в спины. Очень цепкий.

Профессиональный, никакой сладкой патоки, которую до этого нам разливали в глаза. Парень увидел, что я него смотрю и вдруг подмигнул.

Мамочки, неужели я смотрюсь настолько легкомысленно?

Торопливо отвернувшись, я отправилась за Можайским смотреть каюту и заодно оставить там сумку, чтобы не таскать ее по кораблю. Там пришлось снова отбиваться от активного сегодня Дмитрия.

- Что ты со мной делаешь? – шептал он, терзая ставшие чувствительными губы.

Где справедливость?! Это я с ним делаю?! Преследую его собой, можно сказать. Виновна и ответственна в его желаниях. Мы, женщины, вообще за все ответственны. Хотя по мне, покопайся в любой социальной проблеме и найдешь неуклюжий след бедовых, забывших повзрослеть мальчишек.

Пожалуй… мне нравится его дразнить – поняла я, вытаскивая Можайского за руку на свежий воздух. Он был немного похож на вампира. Такой же злой, щурящийся от заходящего солнца и с мстительным огнем в глазах.

- Береги честь смолоду! – нахально заявила я и потащила его по указателям в сторону ресторана. Благо сие заведение сигналило нам развеселой музыкой и взрывами смеха.

- Смотря какую честь, - рявкнул Дима, поправив брюки перед тем, как входить в зал. - В том смысле, в котором ты, любимая моя, ее понимаешь — это для школьниц. Им полезно. А мы, взрослые люди, предпочитаем беречь нервы и здоровье.

Намекающе звучит… Хм. Я широко улыбнулась. Я такая непонятливая, Дим, просто беда. Но мне уже нравится, как ты меня называешь.

- Играешься? – он резко остановился в дверях и прижал меня к косяку, не обращая внимание на публику, разместившуюся за столиками под навесом.

- Ага, - искренне призналась я.

В этом что-то было. Во флирте, улыбках, намеках. Во всем том, что я пропустила когда-то, слишком рано став ответственной и серьезной.

- О, наши опаздывающие! Проходите, - между столиков на палубе под навесом ходила, держа в руке микрофон, эффектная большегрудая девушка, в таком же белом кителе, как и встретивший нас у трапа стюард. – Да, это ваши места, видите таблички с именами? Присаживайтесь, пора. Мы как раз отправляемся.

Тут мир качнуло. И что-то шатнулось внутри меня. Ой.

- Меня зовут Лариса, - продолжала красавица. – Я буду развлекать вас во время нашего небольшого путешествия, скрашивать поездку. И даже стану немного гидом, расскажу о чудесных местах, которые мы увидим.

Пухлые губы двигались, загорелый дочерна бюст слабо колыхался в намекающе расстегнутом вороте белой рубашки с короткими рукавами и многозначительным логотипом «Starpony» на кармашке.

Я постаралась незаметно выдохнуть и ухватилась за тонкую ножку бокала с минеральной водой. Почему-то он меня слабо удерживал от подозрительного колыхания вселенной.

Что делать? Очень не хочется испортить Можайскому вечер, неспроста он меня сюда тянул и до сих пор такой напряженный. Ой. А если он собирается подарить сегодня нечто важное, намекающее и недавно купленное?

Я стукнула зубами о край бокала, глотнув добрую половину налитого одним махом. Как говорит Ида: «Иногда девушке приходится держаться на честном матерном слове. Но мы цепкие, и не на том умеем»...

- Правда здорово? – спросил Дима, с удовольствием оглядывая разукрашенный цветочными гирляндами прелестный палубный ресторанчик. – Поплыли?

- Впечатлена, - согласилась я. – Поехали!*

У входа, откуда пришли мы с Димой появились четверо экзотически одетых людей. Два потрясающих блондина, улыбчивая худышка и пышно одаренная природой мулатка с белоснежными зубами и задорными спиральками волос. Вся компания красовалась в расшитых стразами и позументами золотых брючных костюмах, отдаленно напоминающих мексиканские. Чтобы отмести всякие сомнения в национальной принадлежности своих образов, парни натянули широкополые шляпы и крепко сжимали небольшие гитары.

- Мучачас грацияс! – бордо поздоровался с гостями теплохода один из блондинов и наиграл нечто… хм… тревожное.

- А вы кто? – выпалила в микрофон Лариса. – У нас по графику конкурсы, а не песни-танцы.

- Та ведите вы свои конкурсы, девушка, хто ж вам мешает? – отмахнулась мулатка и так зажигательно вильнула бедрами, что грузный мужчина за соседним столиком вытер вспотевший лоб.

Надо сказать, что появившаяся четверка народ весьма заинтересовала, и многие из тех, кто вообще не смотрели на ведущую, сейчас поднимали головы.

- А сейчас – пиньята! – повысив голос, пыталась вернуть внимание публики сотрудница Starpony. – Посмотрите какой мешок с конфетами мы вам приготовили. Будем бить его палками!

Последней фразой она буквально перекрикивала запевший «мексиканский коллектив».

- Даша, - Диме пришлось наклониться ко мне. – Я… помнишь, нашу первую встречу?

-  Чуууу, - нежно подпели в конце его вопроса смуглянка и мулатка, близко подобравшиеся к нашему столику.

Можайский поднял бровь, и «мексиканцы» отпрянули.

- Все это время я не могу отвести от тебя глаз. Мне нравится все. Как ты смеешься, как меня ругаешь. Даже, когда ты убегала…

- Лааа, - тоненько потянули ноту опять подкравшиеся к нашему столику танцовщицы, но теперь за их спинами еще и тренькали на крошечных гитарах два здоровенных парня.

- Какого черта? – вспылил Можайский. – Будьте добры отойти, вы нам мешаете.

- Мы романтическую атмосферу создаем, - обиделся один из парней.

- Создавайте ее у других столиков. Нам ваши усилия не нравятся.

Пока они спорили, я отчаянно глотала воду. Вроде бы держусь, неприятное чувство в животе есть, но в целом не хуже.