Светлана Стуликова – Бросить Всё! Улететь в кругосветное путешествие и превратить жизнь в головокружительный ситком (страница 4)
• «Меланхолия»
Многие фильмы и сериалы были совсем не в моём вкусе. Например, «Утопия». Но я заставляла себя её смотреть.
Третьим заданием было создать плейлисты из специальной музыки и слушать их каждый день. Контент был такой, как будто Саша хотел сделать мою жизнь серой снаружи и изнутри, в ушах, глазах, теле — везде.
Следующее задание: обрезать волосы и покрасить их. Я сделала каре, как у Мэрилин Монро, и осветлилась.
Задание номер пять: купить кожаную грубую куртку и те вещи, стиль которых выбрал Саша. Вместо розовых свитеров и огромных голубых худи я стала носить чёрно-белые тона и одежду в стиле «гранж». Хотя иногда сочетала вещи так, что стиль больше походил на «кринж».
Помимо этого нужно было каждый день делиться рационом питания, соблюдать тренировочный режим, делать отчёты и находить время в выходные гулять, ставя на повтор тот самый плейлист.
А также не пренебрегать практиками и сеансами с Сашей, рассказывать все чувства и эмоции, ничего не скрывая. Хотя один раз я всё-таки не согласилась на его задание. Нужно было попробовать стать веганом.
— Саша, я никогда не стану веганом или лесбиянкой!
— Почему?
— Потому что я слишком люблю мясо и члены!
Итогом наших практик с Сашей стало то, что я научилась говорить слова: «нет», «не хочу», «не в моих интересах». Очень важные слова — для достижения собственных целей, разграничения ресурсов и понимания, что для тебя первично, а что нет.
Прекрасные слова, которые создают невидимый ошейник с шипами на шее, чтобы туда не садились люди, ненужные проекты и внезапно появляющиеся «неотложные дела». Слова, которые тянут за собой ещё одно важное слово, состоящее из одной буквы — «Я».
Сон снова вернулся в мою жизнь. Пусть и не такой здоровый и крепкий, как хотелось бы, но хотя бы без нервных срывов, внезапных приступов и нехватки дыхания. Я разговаривала с Сашей, меньше общалась с друзьями и родными, больше думала и размышляла. Я стала чаще молчать, смотреть вокруг и наблюдать за людьми.
Да, признаюсь честно: я стала более злобной и стервозной — наверное, потому что впервые решила защищать свои мысли, чувства, убеждения и, самое главное, своё время. Иногда, когда мне предлагали срочно поработать бесплатно «за то, что будешь на хорошем счету», я в голове посылала человека матом, а вслух отвечала: «Я готова выполнить работу бесплатно, но только если она окупится последующими проектами, которые вы мне гарантируете. Я против рабства».
Проектов стало меньше. Бесплатных проектов почти не осталось, и у меня появилось время по утрам бегать и возобновить полноценные походы в зал и бассейн. Выброс эндорфинов после тренировок дарил настроение днём, а ночью — хороший сон.
Саша перешёл в новый театр, и у него почти не осталось времени видеться со мной. Но хоть какую-то поддержку я всё же получала — через мессенджеры.
— Ого! А ты круто выглядишь!
— Да, спасибо. Стараюсь держать себя в руках и не расстраиваться по пустякам.
— Класс! Что ещё?
— Денег стало меньше, но это не страшно. Я зато не трачусь на подтяжки, нити, крема и вечные массажи.
— Ну, деньги придут, — ухмыльнулся он.
— Да я тоже так думаю. Вообще не важно.
— И что? Какие планы дальше?
— Не знаю… Хочу съездить куда-то. Отправиться в путешествие…
— И что мешает?
— Ну а что может мешать? Работа. Она всё равно никуда не делась, деньги-то надо зарабатывать.
— А может, стоит отказаться от работы и просто уехать?
Странно, но с каждым днём я думала об этом всё больше. Просто бросить всё, передать оставшиеся проекты другим людям и уехать куда-нибудь. Да вообще всё равно куда. Главное — стать свободной!
Замурашенная глава
Знаете, как для меня пахнёт свобода?
Когда появляется это самое ощущение, что скоро ты будешь далеко-далеко от всех проблем, работы, страстей, невзгод, шумных соседей и бешеных звонков в любое время дня и ночи! Когда начинаешь забывать, что именно оставила дома, где что лежит, какие вещи постираны, а какие ждут твоего возвращения в коробке для белья.
Как пахнут новые впечатления?
Свежесваренным кофе у выхода на посадку. Этот божественный аромат я почувствовала в Финляндии, когда транзитом, в начале очередного рабочего замеса, полетела в Париж. И всё в моей голове замедлилось… Наверное, я впервые оглянулась вокруг: увидела попутчиков, бежавших со мной на пересадку за 40 минут, увидела цены на сэндвичи и бутерброды, увидела, что можно зарядить телефон у столика, за которым сидела большая афроамериканка и пыталась угомонить ребёнка.
И этот запах кофе! Яркий, насыщенный, желанный… Наверное, такой запах можно почувствовать, когда в большом путешествии останавливаешься на заправке. Кстати, любимая часть всех моих дорожных и автобусных поездок — останавливаться на заправках! Может быть, из-за запаха кофе, а может быть, из-за воздуха — особенно рано утром, в шесть–семь часов, когда прохладно и вокруг тишина. А ты стоишь, укутавшись пледом, который дал водитель, и смотришь, как редкие машины едут по трассе, какого оттенка небо, разглядываешь туман среди деревьев. А потом выходит друг — по совместительству водитель арендованной машины или водитель автобуса — и все едут дальше, смотреть меняющиеся картинки через окно транспорта.
Ради таких моментов, ради подобных эмоций хочется жить! Я ещё ничего вам даже толком не описала — просто запах кофе и стоянку на заправке, а уже растеклась на две страницы.
Что я делаю с собой?
Я работаю с чёртовых тринадцати лет, а с шестнадцати у меня всегда было по крайней мере две работы. К двадцати пяти у меня сформировалось резюме длиной в пять страниц со всеми моими регалиями и умениями: хорошая квартира, куча ненужных вещей, личный косметолог (потому что в двадцать пять мне уже просто необходимы инъекции от всего на свете — да, морщин у меня как будто мне сорок пять), личный психолог (потому что я часто перегораю, устаю, впадаю в депрессию), фитнес-тренер (потому что, когда я стрессую, я ем, а потом депрессую от того, что не нравлюсь себе в отражении). У меня до сих пор внушительная аптечка: антидепрессанты, таблетки для сна, для спокойствия, сиропы перед сном, витамины — и так далее. Внушительный список для молодой девушки, у которой вся жизнь ещё впереди.
А зачем это всё? Когда мне будет семьдесят, что я расскажу? «В таком-то году я работала там, а в таком-то — тут; ой, а на той работе на подоконнике стояло прелестное деревце, которое я украшала к Новому году…» Я прожила потрясающую жизнь, вечно пополняя баланс карты и покупая шмотки, доказывая всем и себе: «А что бы я хотела? Сама куплю!»
Мечта, а не жизнь. Произведение искусства, а не рассказ.
Я копила деньги на хорошую машину? А может взять и внести все накопления в банк «Эмоции» и инвестировать в приключения и мою будущую жизнь? Что со мной будет? Я же не умру…
— Света, ау! — в мои мысли ворвался голос Саши.
— Саша, я хочу улететь. Как можно скорее.
Билет в один конец
Моё решение далось родителям… эммм… никак. Они просто не поняли меня.
— Ну скатаешься, вернёшься…
— Мам, я могу не вернуться долго.
— Нет, такого не может быть.
Знаете, я обожаю своих родителей, но какую-то поддержку в глобальных проектах от них получить сложно — вот почему они такие себе советчики. Я родилась с амбициями и энергией отца, помноженной на жизнерадостность матери, которой на данный момент у меня осталось мало: чтобы энергию дарить, её надо копить.
Раньше мама всегда делала всё для других, забывая о своих желаниях и времени. Папа же, разбрасываясь амбициями, колесил в футбольных бутсах с гитарой за спиной по всем городам России и ближайшего зарубежья. Он вдохновлял маму, а мама его во всём поддерживала и была ему лучшим другом. Они общаются и сейчас, но уже намного реже — в силу обязательств перед новыми семьями и из-за разных взглядов на жизнь.
Всё детство меня воспитывали бабушка с дедушкой. Даже сейчас, вспоминая их, мои глаза в секунду наполняются слезами. Не потому что мне жалко, что их нет; не потому что я жалею себя… Просто я считаю, что такие люди должны жить вечно. Моя бабушка была достаточно строгой и не любила нежности и объятий, но она точно знала: ребёнок должен вырасти разносторонне развитой личностью, и это закладывается с самого детства. Знаете, спустя годы я поняла такую схему: то, чему ты в детстве отдавал больше времени, наполняет твою взрослую жизнь. Как будто детство — прочный фундамент, заложенный воспитанием, на котором лет через тридцать воздвигнется дом.
В детстве я занималась музыкой и языками и терпеть не могла эти ежедневные уроки, музыкальные школы и прочее. Как часто я рыдала и показывала свой характер? Постоянно. Сколько раз я, назло всем, кричала, что брошу всё и буду экономистом, юристом, моделью, плотником, космонавтом — кем угодно, лишь бы подальше от иностранных языков и музыки… Что я никогда не буду переводить, как бабушка с дедом, петь и гастролировать, как папа, или учить детей, как мама. Итог такой: учу уже пятый язык, пишу книгу, пою и играю в театре, иногда перевожу статьи и учу детей.
И как будто я не сама к этому пришла — это было вбито в меня гвоздями. Как это получилось у моей семьи? Не знаю. Но чудеснее этого явления нет.
Смерть бабушки стала для меня большим потрясением. Мне было тринадцать лет, когда я впервые узнала, что такое терять близкого человека. Помню: я собрала все фотографии, на которых была бабушка, разложила их на кровати и долго плакала. Потом засыпала. А проснувшись — снова плакала. Поверить, что ушёл главный учитель моей жизни, я не могла, потому что уже тогда подходила к осознанному возрасту, когда думаешь: «потом скажу спасибо». Помню, что тогда в мыслях сказала: «Я тебя не подведу». Не знаю, подвела ли — но точно знаю, что там, на Небе, ты наблюдаешь за мной и оберегаешь. Вскоре не стало дедушки, и это был второй удар.