Светлана Соловьева – Подари мне веру (страница 7)

– Три недели?! – Мама покачала головой, будто отгоняя тревожные мысли. – Сынок, это же очень мало! Как можно за такой короткий срок понять, что это твой человек, что это – навсегда? Мне кажется, нужно подождать и всё хорошенько взвесить?!

– Мама, – Алексей потянулся, сдерживая зевок, – если всё взвешивать и ждать идеального момента, можно вообще ничего не дождаться. Я не ребёнок, и вижу, что Лена любит меня. Она по-настоящему счастлива рядом со мной. И я чувствую: она будет верной, заботливой женой. Ей можно доверять.

Отец всё так же молча наблюдал за сыном. В его взгляде была не строгость, скорее, непроизнесённый вопрос.

– Ты сказал, что она любит, – сдержанно проговорила мама. – А ты? Ты любишь её, Лёша? Вот так по-настоящему, чтобы сердце замирало при одной мысли?

– Конечно, люблю, – Алексей встал и прошёлся по комнате. – Просто я не поэт и не умею говорить красиво. Но я с ней настоящий. Мне хорошо. Тихо. Я чувствую: она моя.

– Любовь – это не только «тихо» и «хорошо», – осторожно заметила мать. – Это не просто привычка или уют. Это когда ты готов отдать всё, чтобы сделать другого счастливым. Ты к этому готов?

Он обернулся и сдержанно кивнул, скрывая раздражение.

– Завтра после ЗАГСа привезу её домой. Познакомитесь. Вам она точно понравится.

– Это смотрины, что ли? – попыталась улыбнуться мама. – Ну, посмотрим.

Алексей подошёл к лестнице и, задержавшись, посмотрел на взволнованных родителей.

– Успокойтесь. Всё будет хорошо. Правда.

Он ушёл, а в комнате повисла тишина. Вера Анатольевна вздохнула и смотрела на мужа и с волнением, и с удивлением.

– Вот и пришёл этот день… Но почему-то у меня на сердце неспокойно, Ванечка? Что-то я волнуюсь, что-то не нравится мне его настрой. Как-то без чувств, холодновато говорит он о любви. Боюсь, что ему просто хорошо, спокойно с этой девушкой. Не понимает ещё Лёша, что такое настоящая любовь! Не чувствует, что любить, значит, делать счастливым другого человека, и от этого по-настоящему ощутить собственное счастье. Боюсь, он путает любовь с покоем?! Вот, похоже, эта девочка понимает, а он нет?! Рано, ох рано ему жениться!

– Ну, мать, тут не нам с тобой решать, – мягко ответил Иван Павлович. – Они взрослые. Да и не дело кому-то вмешиваться в их отношения. Пусть сами разбираются в своих чувствах. Нам остаётся лишь верить, что выбрал он правильно. Хотя… всё это как-то неожиданно. Три недели, и жениться? Я вот что думаю о таком быстром решении?! Может, там причина, какая есть?

– Ты о чём? Ты думаешь, там какая-то причина?.. – мама прищурилась с тревогой. –Хочешь сказать, что она беременна? Вань, ты что?! Они же всего три недели знакомы, уж не в постели же познакомились?! – и, перекрестившись, добавила: – Не дай Господи!

– Да ну, что ты?! Я просто знаю Лёшку, он не собирался жениться в ближайшее время. Недавно же говорил, что хочет свободы, что ещё не нагулялся.

– Помню, – вздохнула Вера. – Тогда что? Либо он влюбился, как мальчишка, либо… что-то скрывает.

– Может, просто понял, что встретил ту самую?! – пожал плечами отец. – А может, действительно ещё сам не понял, что такое любовь? И вот сейчас бежит вперёд, надеясь, что чувства догонят.

Вера Анатольевна на мгновение замолчала.

– Надеюсь, это не просто удобство. Не хочу, чтобы он выбрал «удобную» любовь, а потом страдал. Ведь эта Лена, по его словам, нежная, любящая. И, кажется, влюблена в него?

– Завтра всё узнаем, – твёрдо сказал Иван Павлович. – Она же придёт. Посмотрим ей в глаза. Тогда и поймём, с кем имеем дело.

– Я очень хочу, чтобы она была хорошей, – прошептала Вера Анатольевна. – Не из-за себя. А ради него. Чтобы рядом с ней он стал лучше, сильнее, добрее. Чтобы, глядя на неё, он хотел жить по-настоящему.

– Успокойся, – ласково сказал муж, взяв её за руку. – Ты мама. Тебе положено волноваться. А жизнь всё расставит по местам.

Они ещё долго сидели, вспоминая свою свадьбу, как сами, будучи юными, тоже не думали о переживаниях своих родителей. Говорили о сыне, о будущем, о том, каким станет их дом, когда в нём появится ещё одна хозяйка. И, несмотря на тревоги, в их голосах звучала тёплая надежда.

Глава 13: «Корни любви»

Когда отец Алексея – Иван, привёл молодую жену, родители ещё жили в старом, маленьком домике на краю Снежинска. Невестку приняли с добротой, потому что были давно с ней знакомы. Но вот то, что их сын женился именно на ней, стало большой, хотя и приятной неожиданностью.

Вера Сидорова училась с Иваном в одном классе. На всех школьных собраниях её ставили в пример: спокойная, ответственная, добрая. Но то, что именно она станет невестой их сына, родители даже представить не могли?!

После выпускного вечера Ваня и Вера гуляли только одно лето. Потом юношу призвали в армию. Родители провожали его с тяжёлым сердцем. Он был единственным сыном, надёжным, трудолюбивым. Два года они ждали писем, потом самого Ивана. Он служил в Туве, где всё казалось чужим и незнакомым.

Прошло два долгих, почти бесконечных года. Каждый день начинался с мыслей о сыне и заканчивался тихими молитвами о его здоровье. И вот однажды пришла телеграмма: «Возвращаюсь домой. Не один. С женой». Всего шесть слов, и целый ураган чувств!

Ночь перед приездом Ивана, родители не спали. Мама беспокойно ходила из угла в угол, перебирая в уме возможные варианты.

– Господи, а вдруг она тувинка? – шептала она, обращаясь к мужу. – Вдруг не говорит по-русски? Как мы будем общаться? А если ей не понравится наш быт, наши обычаи? Как с ней ужиться?

Отец, хоть и молчал, но явно тоже переживал. Его крепкие, натруженные руки дрожали, когда он застёгивался.

Утром они поехали на вокзал. Подошёл поезд. Из окна выглянула девушка, и мама, глядя на неё, удивилась.

– Странно, что здесь делает Вера Сидорова, одноклассница Вани?

В это время из тамбура спрыгнул Иван, румяный, загорелый, сияющий. Подбежал к родителям, обнял их.

– Сынок, где же твоя жена? – взволнованно спросила мама, оглядываясь по сторонам.

– Так вот же она! – улыбнулся Иван и вывел вперёд Веру.

– Ваня, ну ты нас и напугал! Я уж думала, ты тувинку привезёшь?! – всплеснула руками мама, облегчённо заулыбавшись.

– Мама, это Вера. Моя жена.

– Как же так? – в недоумении качая головой, но при этом улыбаясь, спросила та. – Когда вы успели?

– Мама, не смущай мне жену, – видя стеснение Веры, сказал Иван. – Мы дружили ещё со школы, потом я ушёл в армию, Верочка меня ждала. Месяц назад, перед дембелем, приехала в часть, и мы расписались. У нас многие так делают. Так что прошу любить и жаловать!

Свекровь с радостью обняла Веру. В этот момент в её сердце поселилось тёплое чувство, сын сделал правильный выбор. Позже познакомились с родителями невестки: Анной и Анатолием. Интеллигентные, скромные, добрые. Видно было, откуда у Веры такая светлая душа. По дороге домой мать поглядывала на невестку и с каждой минутой всё больше умилялась её сдержанности, скромной улыбке и ласковым глазам.

Молодые поселились у родителей Ивана. Жили дружно, старались помогать. Детей сначала не было, но Вера никогда не жаловалась. Она тихо молилась и верила, что всё будет. За пять лет вместе они прошли многое: похоронили отца Ивана, затем и мать. Остались вдвоём в родительском доме.

Дом был старый, покосившийся. После похорон снесли его и начали строить новый: большой, добротный. Несколько лет ютились в летней кухне. Зимой топили печку, грелись под одеялом, когда избушка выстывала. Вера никогда не жаловалась. Она встречала мужа с горячим ужином и любовью.

– Ничего, Ванечка, дом у нас будет, ты только не уставай слишком сильно. Я с тобой, значит, всё получится, – шептала она мужу.

Иван молча кивал. Он вообще был человек немногословный. Работал с утра до ночи. После строительства дома построил гараж, который превратил в мастерскую и реставрировал старую мебель. Алексей, тогда ещё мальчишка, не понимал, зачем это нужно. Но когда однажды в доме появился дубовый шкаф, украшенный резьбой, сын впервые взглянул на отца по-другому.

– Пап, ты правда сам это сделал?..

Отец только усмехнулся и кивнул. С того дня уважение к его труду у Алексея стало глубоким и настоящим.

А Вера… она была душой дома. Живая, активная, светлая. Она, казалось, делала всё: готовила, убирала, шила, помогала сыну с уроками, бегала в школу, занималась садом. Всё с теплом, с любовью, с тем особым женским терпением, которое делает дом настоящим очагом.

– Мой Ванечка… – говорила она с нежностью, и в этих словах было больше любви, чем в стихах.

Иногда Алексей удивлялся, как его энергичная мама уживается с таким молчаливым отцом. Но когда слышал, как она говорит ему:

– Спасибо тебе, Ванюша, за всё. Я счастлива с тобой, – то всё понимал.

Алексей рос в любви и заботе. Учился хорошо, участвовал в олимпиадах, ходил в кружки, спортзал. Мама не заставляла его работать по дому, она хотела, чтобы сын развивался.

– Успеет ещё, – говорила она, – мужчина должен быть сильным умом и сердцем, а не только руками.

Он окончил институт с красным дипломом. Устроился в солидную строительную фирму. Родители гордились им. Особенно Вера.

– Мой мальчик вырос… – говорила она. – Но для меня ты всё равно маленький Лёшенька, который приходил домой с букетом ромашек для мамочки.

С годами Вера всё чаще задумывалась о внуках. Но не говорила об этом вслух. Она умела ждать. Её душа, как тёплый очаг, могла ждать сколько угодно.