Светлана Соловьева – Голубая звезда (страница 10)
Валентина, не скрывая своей радости, обняла его и легко поцеловала в щёку.
– Здравствуй, Андрюша, – мягко сказала она. – Какая приятная встреча… Ты даже не представляешь, как я рада тебе!
Женщины с нескрываемым интересом наблюдали за сценой: мужчина лет сорока пяти, высокий, худощавый, с тонким лицом и острым взглядом. Густые, аккуратно уложенные волосы были чуть тронуты сединой, лоб пересекала глубокая морщина – признак человека, много думающего и привыкшего принимать решения. Было в нём нечто, заставлявшее чувствовать уважение и осторожность.
Он, словно вспомнив, где находится, огляделся по сторонам и, выпрямившись, одёрнул пиджак.
– А вы… как здесь? Откуда? – удивлённо спросил он, немного растерявшись.
– Андрюша, я тебе сейчас всё расскажу, – Валентина повернулась к хозяйке дома. – Алина Вячеславовна, где мы могли бы поговорить с Андреем Михайловичем?
– В папином кабинете, – тихо, даже растерянно, ответила та, словно только сейчас осознала важность происходящего.
– Провожу вас, – вмешалась Ирина, вставая с кресла.
Не дожидаясь ответа, она быстрым шагом направилась по коридору. Валентина взглянула на Алину, чуть кивнула и, взяв под руку Андрея Михайловича, пошла следом.
У входа всё это время стоял молодой мужчина и с нескрываемым изумлением наблюдал за сценой, где его начальник обнимался и смеялся со старой знакомой, в доме, где совсем недавно произошло происшествие.
– Дима, идём со мной! – обернувшись, бросил ему Андрей Михайлович.
Они вошли в кабинет. Несколько мгновений постояли в тишине, пока Ирина, потоптавшись на месте, вышла и аккуратно закрыла за собой дверь.
– Андрюша, – опускаясь на стул, произнесла Валентина, – я действительно рада, что именно ты ведёшь это дело!
– Валентина Ивановна, – нахмурился он, – о каком деле вы говорите? Если хозяйка дома нашлась, и ничего не похищено, то дело можно считать закрытым?!
– Нет, Андрюша, – она покачала головой. – Ты глубоко ошибаешься. С возвращением Алины твоё дело только начинается!
Она пересела в большое кресло у стола, словно заняла позицию стратегического наблюдателя, и на мгновение закрыла глаза, собираясь с мыслями.
– Послушай, дело серьёзнее, чем тебе кажется! На поверхности, возвращение девушки, да, к счастью, жива. Но если вглядеться в детали, то всё приобретает совершенно другой смысл?! Я здесь не просто так. Я кое-что узнала. Но прежде скажи, зачем ты приехал?
– Я прибыл по другому поводу. И, признаться, не ожидал вас тут увидеть.
– По поводу убийства её отца? – внезапно спросила Валентина.
Он резко, настороженно смотрел на неё.
– В каком смысле? – недоверчиво спросил он. – Откуда вы знаете? Это информация не для широкой огласки.
– Я расскажу, но сначала скажи, почему ты вновь поднял это дело? Его же закрыли, разве нет?
– Закрыли, – нехотя ответил Андрей. – Но Александр Васильевич Хромов после исчезновения Алины пришёл к нам и изложил интересную версию. Он считает, что эти события, неслучайность. Он настоял на том, что следствие по делу Вячеслава Фёдоровича свернули поспешно.
– И на чём он основывается?
– На деталях. Он уверяет, что водитель, тот, кто погиб – был надёжным и аккуратным человеком. Всегда готовил машину заранее, следил за ней, не пил. Хромов нашёл у покойного счёт за диагностику автомобиля, проведённую накануне аварии. Машина была полностью исправна! Мы приобщили документ к делу. Именно поэтому я здесь. Но вы… как вы узнали об этом?
Валентина откинулась в кресле. Несколько секунд молчала. Потом, вздохнув, заговорила медленно, отчётливо, с особой осторожностью:
– Я сейчас расскажу вам всё, что на данный момент мне удалось выяснить, а дальше будем думать! – произнесла она. – Всё началось, когда мы с Зинаидой нашли Алину. Она была в тяжёлом состоянии, будто вырванная из какого-то кошмара. И тогда… Тогда я почувствовала, что за этой историей тянется ниточка, потянув за которую можно распутать куда больше, чем просто пропажу.
Она ненадолго замолчала. Мужчины смотрели на неё с напряжённым вниманием. Валентина Ивановна начала своё повествование с того момента, как они с Зинаидой, нашли Алину.
– То, что с Алиной произошло, это неслучайность, – заканчивала она. – Её кто-то усыпил. Увёз. Скрыл. И это явно связано с событиями, когда погиб её отец. Пока я не могу утверждать, что знаю, кто именно за этим стоит? Но подозреваю, что всё началось раньше… ещё до катера. В этом доме, много теней?
– Вы сказали, что подозреваете кого-то?
– Да, – кивнула она, – на данный момент из четырёх подозреваемых у нас остаётся трое. Друга Вячеслава Фёдоровича, вероятно, из этого списка нужно исключить?! Но только пока! Андрюша, искать нужно связи: кто знал хозяина катера? Кто общался с той девушкой, Ольгой? Если поймём, кто с ними связан, можно будет выйти на исполнителя или даже заказчика.
Андрей Михайлович молча кивнул и повернулся к своему помощнику.
– Учись, Дима, как работают настоящие профессионалы! – с живостью в голосе сказал. – Всего сутки, и уже картина ясна, есть список, есть направление. Кто бы подумал, что эта женщина, преподаватель английского в нашем институте?!
Он улыбнулся, но тут же посерьёзнел.
– Вы правы, Валентина Ивановна. Но пока нельзя объединять в одно производство две эти истории. Доказательной базы нет. Если экспертиза подтвердит неисправность машины, то одно, а вот если в крови Вячеслава найдут токсины, то это уже другое! Если верить вашим доводам, то нужно срочно провести ещё одну экспертизу. Нужно проверить кровь Алины Вячеславовны, и если ваши предположения подтвердятся и в крови мы найдём снотворное, то под подозрением окажутся все участники прогулки на катере. Параллельно с экспертизами по делу Вячеслава Фёдоровича проверим его дочь, а дальше будем смотреть. Но поехать Алине Вячеславовне с нами придётся в любом случае. На ключах и в доме обнаружено много отпечатков пальцев, нужно исключить её.
– Ты прав. Но самое главное, начинай с Алины. Возьми у неё показания. Посмотри, кто оставил отпечатки в доме, в кабинете. Их как-то нужно сравнить с участниками прогулки на катере.
– Мы уже взяли отпечатки Ирины Фёдоровны. Горничную вызвали повесткой. Осталась Алина. После допроса будет понятнее.
– Хорошо. Всё правильно. Теперь я спокойна. Я уверена, что с тобой, истина найдётся! – Валентина улыбнулась.
В её глазах на мгновение мелькнул прежний свет. Сидя в этом просторном кабинете, рядом с учеником, ставшим следователем, она почувствовала себя нужной. Возможно, впервые за долгое время?! Надежда, робкая, но отчётливая, ожила внутри.
Глава 14: «Бархат, мистика и ложь»
В это время, в гостиной, в полной растерянности Алина медленно озиралась по сторонам. Её взгляд метался от одной детали интерьера к другой, будто в каждой могла прятаться разгадка происходящего. Лицо выдавало смятение, тревогу и робкую попытку сохранить внешнюю невозмутимость. В полном непонимании, что же только что произошло, она задержала взгляд на Зинаиде?
– Вот и звонить никому не пришлось, – та, понизив голос до шёпота, наклонилась к Алине и оглянулась, проверяя, не слышит ли Ирина. – Похоже, это один из Валиных учеников. Сейчас дело пойдёт. Она всё расскажет, и вместе решат, что делать?!
Словно по команде, Ирина показалась в проёме, напрасно потоптавшись у двери кабинета. Она, очевидно, надеялась хоть что-то услышать сквозь массивную дубовую преграду, но тщетно. Секунды тянулись. Отчаявшись, она вернулась в гостиную. Заметив её приближение, Зинаида тут же смолкла, как будто и не начинала разговор.
Ирина, не скрывая раздражения, опустилась в кресло, скрестив руки на груди.
– А Ирина-то недовольна, что её выставили! – с ироничной наблюдательностью подумала Зинаида. – Как ей хочется быть по ту сторону двери, услышать хоть слово, хоть намёк!
– Алина, я так и не поняла, что происходит? – обратилась Ирина к племяннице, но смотрела при этом на Зинаиду. – Кто эти женщины? Почему одна из них заперлась в Славином кабинете?
Алина слегка напряглась, не зная, что делать? От удивления и напряжения пересохло в горле. Ответа не последовало, и тогда вмешалась Зинаида; спокойно, уверенно, с лёгкой снисходительностью поглядывая на поражённую Алину.
– Не переживайте, Ирина Фёдоровна. Валентина Ивановна встретилась со своим учеником, с которым давно не виделась. Ну зачем мешать?! Наверняка им есть о чём вспомнить и что обсудить. Просто подождём.
Чтобы разрядить обстановку, Алина, стараясь спрятать лёгкую усмешку, решила сменить тему.
– Людмила Геннадьевна, а можно у вас кофе попросить? – она громко позвала горничную.
Из соседней комнаты (по всей вероятности, кухни), вышла полноватая, добродушная женщина лет пятидесяти. В сером строгом платье, с белоснежным передником и аккуратно уложенными на затылке волосами, она несла большой поднос с сервизом. На красивой салфетке на столе начала неспешно расставлять тончайшие фарфоровые чашки с изящными золотыми ободками.
– Людмила Геннадьевна! – воскликнула Алина, притворно удивлённо. – Вы, как по мановению волшебной палочки. Я даже испугалась. Такое ощущение, будто стояли за дверью и ждали сигнала.
– Нет, Алина Вячеславовна, – сдержанно, с мягкой улыбкой ответила та. – Просто решила проявить инициативу. Почувствовала, что кофе сейчас как раз кстати. Так совпало.