Светлана Смирнова – Небо покоряется смелым (страница 27)
С 1978 года сетка рекордов была вновь пересмотрена: введены дополнительные рекорды по групповой акробатике, количеству выполненных фигур в свободном падении группами из четырех и восьми человек, а большая и скоростная «звезды» заменены на образование «решетки». В такую фигуру нужно собрать наибольшее количество человек. В этом виде прыжков советские парашютисты не раз добивались успеха, устанавливая мировые и всесоюзные рекорды днем и ночью.
Воздушную акробатику любят все парашютисты: ведь это так интересно, видеть людей летящих рядом с тобой, сходиться и строить фигуры вместе, понимая, что успех зависит от работы каждого. В сборной команде СССР по классике, членом которой теперь является Лариса Корычева, такие прыжки разрешаются только по большим праздникам, когда у кого-нибудь юбилей, например. Есть такая традиция: юбиляра, выполняющего очередную тысячу прыжков, поздравляют в воздухе. Он прыгает первым, а за ним почетный эскорт. Имениннику в свободном падении вручают цветы, жмут руку, целуют, и все становятся в круг, образуя небесный хоровод.
Ларису так поздравляли и на тысячном, и когда поднималась в небо в трехтысячный раз, и на последнем юбилее, после которого записала в книжку учета прыжков — шесть тысяч!
После рождения сына мало кто верил в возвращение Ларисы в большой спорт. Твердо верили двое — она и ее супруг Александр.
Александр Самсонов — мастер спорта, рекордсмен мира, воздушный фото- и кинооператор. Это его великолепные снимки летающих в свободном падении людей вот уже более пятнадцати лет украшают страницы журнала «Крылья Родины» и центральных газет. Уникальные воздушные съемки, во время которых оператор летит рядом с исполнителями главных ролей, вошли во многие короткометражные и художественные фильмы о парашютистах.
Важную роль его съемки сыграли и в обучении спортсменов выполнению фигур в свободном падении. На экране более четко видна работа акробатов в воздухе. Причем здесь можно многократно провернуть или даже остановить нужные кадры, чтобы лучше понять ту или иную ошибку.
…Каждый вечер они долго рассматривали Ларисину работу, обсуждали возникновение неточностей, искали пути их исправления. Потом занятия на тренажере. Саша внимательно следит за ее движениями. Начиная вертеть подвесную систему, он всецело подчиняется ее действиям.
…Лариса переходит в группировку — ноги поджаты к запасному, локти — к бокам, руки ловят набегающий поток. Все сильнее и сильнее он «давит» тело, мышцы… Скорость нарастает. Пора. И руки влево загребают воздух…
Александр с силой крутит тренажер влево…
— Смотри: кисти рук. Чувствуешь — они не полностью работают, энергичнее.
Правая спираль…
— Не отпускай ног, группировка, держи группировку. Торможение. Руки где?
Сальто…
— На сальто не поднимай голову…
И так — десятки раз.
Но чтобы так работать — не давая себе никаких поблажек, а наоборот, по мере освоения одних элементов самой усложнять задания, увеличивать нагрузку, — нужно иметь сильный характер. По натуре Лариса мягкая, жизнерадостная женщина, любящая мать, ну, совсем обыкновенный человек. А на соревнованиях, тренировках проявляет фантастическую силу воли. Как же это удается?
— Характер пришлось вырабатывать, — говорит Лариса, — именно в спорте я скоро поняла — один раз уступишь себе, потом ничего не добьешься. Вот и начала работать над собой: ставила конкретную задачу, например выполнить упражнение «присесть-встать» двадцать раз — выполняю, затем тридцать раз, сорок… И делала, хотя, конечно, было трудно. Или тренировка с резинами — сколько-то раз растянуть и медленно поставить руки в прежнее положение, имитировать ввод в спираль. Раз — ставлю руки в нужном направлении, растягивая резины, два — отпускаю их, принимая позу группировки. Если что-то не получается, работаю, пока не добьюсь своего. А с тех пор как вышла замуж, — улыбается Лариса, — приходится работать с удвоенной энергией. На тренировках — под внимательным оком наставника, дома — под контролем мужа.
Бывает, что и сильному человеку иногда хочется расслабиться.
После какой-то неудачи Лариса пожаловалась мужу: «Надо же, опять ничего не получается. Обидно до слез». А он: «При твоем характере только того и жди, работать надо». Или скажет: «Да, да, годишься, как лидер для сборной Военно-Воздушных Сил, годишься…» Лариса аж передернется: ах так? Только для сборной ВВС?! Доказать! Она как-то сказала ему: «Сил не хватает, чувствую, надо поднажать, а сил не хватает». Саша усмехнулся: «Ты не думай о том, что сил не хватает, делай, и все, работай, работай. Не надо себя жалеть, это расслабляет…»
Лариса не обижалась на довольно резкие слова мужа, понимая, что он прав — не будет же близкий человек зря придираться, значит, надо больше стараться, не заострять внимание на спады своего настроения. Саша говорил: «Если будешь подчиняться настроению, а оно у тебя меняется шестьдесят раз в минуту, ты ничего не достигнешь. Есть у тебя задача и думай, как ее лучше выполнить. А тут: есть настроение, нет настроения — все это чепуха, сама создавай его, какое хочешь».
СНОВА В СБОРНОЙ
Работа не прошла даром — в 1979 году Корычева стала абсолютной чемпионкой ВВС, завоевала на VII Спартакиаде народов СССР серебряную медаль в сумме двоеборья, а команда Украины, за которую она выступала, заняла первое место.
Заслуженный тренер СССР Вячеслав Филиппович Жариков:
— Честно говоря, мы, тренеры, пригласили на сборы Ларису Корычеву без особого энтузиазма. Она очень медленно шла вверх. А тут еще перерыв… Сможет ли тренироваться? Правда, иногда показывала неплохие результаты по упражнениям, но не было стабильности. Второе место, занятое на стартах VII Спартакиады народов СССР в Киеве, заставило нас задуматься. Но у нее не было опыта международных встреч. Сомнения вызывал и возраст — почти тридцать лет. Настояли тренеры ВВС. В сборной прыгала неплохо, многое выполняла на достаточно высоком уровне, но еще над бо́льшим предстояло работать. Например, в прыжках на точность приземления заходы строила грамотные, но на малой высоте работала довольно резко, что не позволяло добиться стабильных результатов. Нравились в ней самостоятельность, стремление самой проанализировать каждый прыжок. Она не подойдет к тренеру до тех пор, пока сама не «прокрутит» еще раз весь прыжок, пока не поймет, что, почему и как выполнила. Потом скажет: «Вот то-то у меня не получилось, не могу понять почему. Обратили внимание? Пожалуйста, посмотрите еще раз, надо разобраться». Каждый прыжок она записывала в дневник. И постоянно искала, как лучше выполнить тот или другой элемент. Это ее выделяет среди спортсменов сборной. С ней легко работать, потому что все замечания понимает, как говорится, с полуслова, а главное, ко всему сказанному подходит творчески. Своим трудолюбием и старанием Лариса заставила поверить в нее.
В 1980 году Корычеву включили в основной состав сборной, выезжающей на чемпионат мира в Болгарию. И как видно по результатам, не ошиблись. Женская команда сборной заняла второе место, в чем немалая заслуга дебютантки Корычевой, а в личном зачете она вошла в десятку сильнейших парашютисток мира по двоеборью и завоевала бронзовую медаль в прыжках на точность приземления.
Лариса Корычева больше любит прыжки на точность приземления. Когда она идет на цель, ее охватывает азарт, стремление в каждой попытке поразить нулевую мишень. И это у нее получается — большинство медалей, призов, рекордов завоевано именно в этом упражнении. Труднее дается акробатика. Но здесь помогли те же прыжки на точность приземления. Лариса многое переняла из них для изучения акробатики. Например, поэтапность работы, начиная от отделения от самолета до выполнения последнего сальто.
Что это значит — одиночная акробатика? Это прыжки с высоты двух тысяч метров с задержкой раскрытия парашюта тридцать секунд. Во время свободного падения необходимо выполнить комплекс акробатических фигур — спиралей и сальто. В последние годы на внутрисоюзных и международных соревнованиях комплекс строится из шести фигур. Например, левый комплекс — это спираль (разворот на триста шестьдесят градусов) влево, спираль вправо, сальто заднее, спираль влево, спираль вправо, сальто заднее; правый — фигуры те же, только первую спираль начинают вправо; есть еще «крест» и обратный «крест». Меняется только направление первой и третьей спирали. Оценивается время комплекса и чистота выполнения каждой фигуры. За работой спортсменов в воздухе следят семь судей по оптическим приборам, а с появлением видеозаписывающей аппаратуры — по экранам телевизоров. За малейшую ошибку, допущенную спортсменом при выполнении фигур, — штраф.
В свободном падении.
В этом виде прыжков советская парашютная школа всегда занимала ведущее место в мире — чемпионами становились наши прославленные мастера И. Федчишин, В. Зубова, Е. Ткаченко, Т. Воинова, В. Крестьянников, В. Закорецкая, Л. Ячменев, М. Костина, Г. Сурабко, Н. Ушмаев, А. Швачко…
У каждого спортсмена есть свои секреты выполнения тех или иных упражнений. Есть они и у Корычевой.
— Отделение от самолета, — рассказывает Лариса, — предпочитаю наполовину распластанной, лицом к потоку, чтобы сразу занять устойчивое положение без рысканий и клевков, чтобы быстрее погасить горизонтальную скорость за самолетом. Если ты неустойчиво падаешь или тебя тащит за самолетом, если скользишь в сторону или тебя провозят мимо круга, если отделяешься близко к судьям, то все это сильно осложняет выполнение комплекса. Лучше я буду падать дольше, чтобы набрать нужную мне скорость и установиться «твердо» на потоке, как в трубе. Потом перехожу в группировку. Причем в падении все должно быть контролируемо, все: положение рук, ног, корпуса, головы. Если упустить из виду какой-то момент, то все пойдет насмарку.