Светлана Шёпот – Слепая Вера (СИ) (страница 78)
Тряхнув головой, Вера постаралась сосредоточиться на том, что происходит сейчас. Прошлую жизнь не вернуть, и ей стоит жить нынешним миром, а не прошлым.
От слов жены руки Эриона сжались чуть сильнее. Его глаза потемнели, взгляд потяжелел. Он никогда не жаловался на отсутствие воображения, поэтому смог самостоятельно додумать то, что так и не смогла произнести Давьерра.
От этого «или» у него зачастил пульс и закружилась голова. Скользнув взглядом на губы жены, Эрион тяжело и гулко сглотнул. Он представил, как она…
Нет, нет.
Харт тряхнул головой, прогоняя из мыслей слишком привлекательные картины. Его жена еще слишком юна, они не должны так спешить. Он не должен требовать от нее чего-то подобного.
Взяв себя в руки, Эрион отошел на полшага и окинул Давьерру жадным взглядом. Он на мгновение представил, как избавляет жену от одежд и исследует ее тело руками или… Да, да, именно губами. О, он поцелует каждый сантиметр этой восхитительной кожи. Не пропустит ни одного укромного уголка.
Опустив руки, Харт отошел от жены и отвернулся. Прикрыв глаза, он постарался успокоиться.
– Эрион? – позвала Вера, не понимая, почему муж остановился.
– Прости, – повинился он, стараясь успокоить свое тело. – Мы не должны этого делать. Ни руками, ни чем-то иным.
– Почему? – она нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что знала по этому вопросу. Ничего в голову не приходило.
Отойдя еще на шаг, Эрион сел на стул и издалека посмотрел на Давьерру. Ему хотелось вернуть объятия, но он не решался вновь подойти.
– Во время контакта партнеры взаимодействуют друг с другом не только через тела, но и на уровне духовных сил. Любая близость может нарушить естественное формирование энергетической составляющей твоего организма.
Вера вздохнула и поморщилась. Как все это неудобно.
– Я поняла, – произнесла она, кивнув. – Три года не так уж много. К тому же осталось гораздо меньше. Мой день рождения через несколько месяцев.
– Уже лучше, – улыбнулся Эрион.
– Но спать мы будем вместе.
– Нежелательно, – Харт качнул головой. – Но думаю, ничего страшного не случится.
– Хоть одна хорошая новость, – проворчала Вера.
Эрион усмехнулся, любуясь сердитой и насупленной женой. Он и сам ощущал дикое разочарование, но мысль, что Давьерра желает его не меньше, приводила в восторг.
В то время они еще не знали, насколько трудно им придется. Они много раз почти срывались, останавливаясь в последний момент. Из-за скапливающегося каждый день напряжения пара время от времени ругалась. Весь лагерь, давно прознавший в чем дело, с любопытством наблюдал за молодыми людьми. Через какое-то время воины начали делать ставки. Всех волновало: сколько еще продержится пара, сорвутся ли или все-таки вытерпят. Многие находили положение забавным, впрочем, Веры и Эриона среди этих людей точно не было. Уж они-то ничего веселого в своей ситуации не видели.
Глава 22
К удивлению Вальтегора, границу с Вендарией они пересекли без помех. Сказать по правде, они с Лирой даже толком не поняли, что перешли эту самую границу. Только спустя неделю они начали смутно подозревать, что находятся на территории другого королевства, но даже так у них не было никаких доказательств.
Лес с каждым днем становился все гуще и старее. Деревья тянулись вверх и обрастали темно-коричневым мхом. Вперед путники передвигались медленно, а все из-за того, что Вальтегор все чаще встречал незнакомые ему растения, которые его крайне заинтересовывали.
Лира не торопила мужа. Да, мужа. Им удалось отыскать священника и обвенчаться, так что теперь они были мужем и женой и их ребенок, о котором Лира все-таки рассказала, не родится незаконнорожденным.
Конечно, ее волновало будущее. Она понимала, что в своем положении не сможет скитаться по миру бесконечно. Ее радовало, что и Вальтегор все осознавал. Он пообещал, что они остановятся сразу же, как отойдут от Андотта подальше.
К своему удивлению, Вальтегор не испытывал разочарования из-за разрушенных планов и несбывшихся надежд на свободу. Он был рад, что вскоре станет отцом. Если честно, он до сих пор пребывал в большом волнении от этих мыслей.
Он часто втайне от Лиры гадал, кем будет его ребенок. Мысленно перебирал все известные ему имена. Мечтал о том, как станет его учить всему, что знает. Он представлял, как будет наблюдать за его ростом и развитием. Все это казалось ему невероятным чудом, которое могло случиться с кем угодно, но только не с ним. По вечерам, обнимая подаренную ему провидением жену, Вальтегор осторожно прикасался к ее животу и понимал, что свое счастье он нашел быстрее, чем рассчитывал.
В тот день Вальтегор проснулся рано. В последнее время Лиру начало мутить по утрам. Он все чаще задумывался о том, что им необходимо найти место, где можно остановиться. Его мучило, что он не может обеспечить достаточной безопасности и комфорта для любимого человека.
Собрав травы, он принялся за создание пилюль, должных облегчить состояние Лиры. Когда препарат был готов, в стороне от их маленького лагеря послышался подозрительный шум. Ястер немедленно напрягся, тревожно замирая.
– Идем, – шепнул Вальтегор. Они торопливо собрали немногочисленные вещи и юркнули в кусты, стараясь уйти от шума подальше.
К несчастью, тот, кого они слышали, ринулся прямо в их сторону. Вальтегор торопливо подошел к дереву и помог Лире подняться.
– Поднимись выше, – попросил он, прислушиваясь к треску ломающихся кустов.
– А ты? – встревожилась Лира, судорожно цепляясь за толстую ветку.
– Со мной все будет хорошо, – пообещал Ястер, ободряюще улыбнувшись жене.
Лира кивнула и поползла вверх, стараясь отогнать от себя мысли, что все может закончиться для них очень плохо.
Вальтегор отошел на пару десятков метров, чтобы жена не видела его, и достал кинжал. Бежать? Можно, но вряд ли он сможет оторваться от существа, ломившегося через кусты. К тому же ему необходимо было увести его как можно дальше от дерева, на котором пряталась Лира.
От волнения его колотило, но Ястер внезапно понял: несмотря ни на что, разум его решителен и холоден. Он не был бойцом, но в этот момент он приготовился сражаться.
Когда из кустов кто-то вылетел, Вальтегор готов был броситься на врага, но в последний момент понял, что это всадник. Не успел он облегченно вздохнуть, как лошадь запнулась о корень и полетела вперед, едва не придавив замешкавшегося алхимика. Послышался тонкий вскрик. Вальтегор все-таки успел отпрыгнуть, при приземлении больно ударившись о торчавший из земли и припорошенный листьями камень.
Зашипев, Ястер схватился за бок и быстро поднялся, оглядываясь по сторонам. Лошадь, оглушенная внезапным падением, вскочила и умчалась вперед, оставив всадника лежащим на земле. Вот только, судя по шуму, всадник не просто так мчался сквозь кусты.
Подскочив к человеку, Вальтегор хотел оттащить его в сторону от надвигающейся угрозы, но не успел. Из кустов, откуда пару мгновений назад выскочил всадник, выпрыгнуло
Все прекратилось внезапно. В один момент вокруг стало тихо. Он слышал лишь чьи-то хрипы, но вскоре и они затихли.
Загнанно дыша, Вальтегор медленно открыл глаза и попытался сориентироваться. Перед глазами была земля, значит, он лежал лицом вниз. А еще только сейчас он понял, что лежит на ком-то. Поднявшись, Ястер растерянно огляделся по сторонам. Картина выглядела безумной.
Рядом с ним лежал тот самый рухнувший на землю всадник. Сам Ястер каким-то образом оказался сверху, словно в какой-то момент он прикрыл этого человека собой. Когда и зачем он это сделал, Вальтегор совсем не помнил. Всадником оказался ребенок, мальчик лет десяти.
Неподалеку лежал громадный зверь. И был он, судя по тому, что не дышал, глубоко мертв. Вокруг можно было увидеть капли крови.
Опустив взгляд вниз, алхимик понял, что каким-то образом у него получилось ранить зверя своим кинжалом – лезвие было окровавлено, как и рука, все еще сжимающая оружие. Вальтегор не понимал, как он смог это сделать, но благодарил небеса за эту случайность.
Тряхнув головой, он взял себя в руки и прислушался. Тишина. Он облегченно вздохнул и обратил внимание на мальчика.
– Эй, – позвал Ястер, прикоснувшись к маленькой ручке. – Ты в порядке?
Опасаясь, что ребенок погиб при падении, Вальтегор быстро прикоснулся к шее, выискивая пульс. К его облечению, мальчик был жив. Вероятно, он просто сильно ударился о землю и потерял сознание.
После того как Ястер убедился, что прямо сейчас им никакая опасность не грозит, он ощутил, как заныл бок. Приподняв рубашку, он заметил рваную рану. Судя по всему, зверь все-таки успел его задеть, когда умирал от его случайного удара. Сначала падение, теперь это…
От боли сознание слегка мутилось. Только этим Вальтегор оправдывал то, что не заметил, как их окружили люди. Перед глазами медленно темнело. Когда кто-то дернулся в его сторону, он смог лишь прошипеть, а после потерял сознание от вспышки боли.