Светлана Шёпот – Госпожа Медвежьего угла (страница 7)

– Мама, идем, – позвал Иглену Брон. Взяв ее за плечо, он настойчиво потащил женщину прочь. Селяне, словно вода, расступились в разные стороны, позволяя семье пройти.

Некоторые из них вытягивали шеи, чтобы получше рассмотреть скандальную семью. Женщины то и дело шептались друг с другом, едва ли не показывая пальцем в сторону уходящих.

Когда те скрылись за деревьями, жители деревни снова обратили взгляды на Валентину и стоящего напротив Ивара. Валя видела, с какой страстью люди наблюдали за ними. Казалось, еще немного, и они начнут вибрировать от нетерпения.

– Итак? – спросила Валентина Ивановна, желая продолжить с того места, на котором они остановились.

– Я уже сказал, что мы можем считать, что ты нам ничего не должна, – повторил Ивар и продолжил: – А наш долг… Таких денег у нас нет.

– Вы можете выплачивать медленно, – предложила Валя.

Ивар качнул головой.

– Ты готова ждать десятилетиями? Учти, Иглена не оставит тебя в покое все эти годы.

Валентина скривилась. Она понимала, что Ивар прав. Нрав у тетки был въедливый. Она не простит. Будет ходить без конца и скандалить.

Можно было, конечно, уехать, но в эту пору молодой девушке одной было не так легко путешествовать. Да и на что уезжать? Денег совсем не было. Для обустройства на новом месте требовался хотя бы какой-то начальный капитал.

Вздохнув, Валентина окинула взглядом свою хижину. Жить в ней в таком состоянии было попросту опасно, но кусок земли – это в разы больше, чем ничего.

– Тогда, – начала Валя, оценивающим взглядом окидывая Ивара. Мужчина был крепок. Возможно, его тело не было полностью здорово, но в нем еще таилось много силы, – я могу предложить другой вариант.

– Какой? – спросил Ивар. Судя по всему, он надеялся, что Валентина простит им долг так же, как он простил их, но Валя не собиралась так просто отказываться от возможности.

Изначально она упомянула оплату труда как возможность избежать собственного навязанного долга, но раз все зашло так далеко, то Валентина собиралась использовать ситуацию в свою пользу по максимуму.

Вместо того, чтобы ответить сразу, Валентина Ивановна хлопнула ладонью по полусгнившему бревну.

– Как видите, мне нужна здесь небольшая помощь. Сама я не смогу поправить свой новый дом. Вот с этим вы мне и поможете. Как вам такой вариант?

Глава 11

Ивар, услышав ее предложение, медленно осмотрел почти рухнувшую и разрушенную хижину. Не было сомнений, что еще пара лет, и та совсем развалится.

На его лице появилось угрюмое выражение.

Он просто представил, сколько потребуется усилий, чтобы все здесь восстановить. Впрочем, если не пилить бревна…

– Сруб, конечно, придется делать новый, – произнесла Валентина.

По виду Ивара она вполне могла догадаться, о чем тот думал. Да, конкретно в этот момент мужчина взял на себя управление ситуацией, но это не означало, что он внезапно стал добрым и трудолюбивым человеком.

В конце концов, Ивар вполне спокойно двенадцать лет наблюдал, как его жена использует племянницу в домашнем труде, чтобы не заниматься делами самостоятельно. И его это полностью устраивало.

Он был таким же ленивым, как и Иглена. И судя по его лицу, он не хотел утруждать себя лишней работой, поэтому Валя поспешила дать понять, что она возьмет по максимуму.

– Кроме этого, – продолжила она, – мне понадобятся домашняя утварь, часть одежды и тканей.

Ивар, услышав ее слова, ощетинился. Ему не хотелось отдавать то, на что он долгие годы зарабатывал. На самом деле, изначально, предложив списать долг, он надеялся, что племянница сделает то же самое. И он был весьма удивлен, что этого не произошло. Все-таки он помнил Валенсию, как тихую и мягкую рохлю, которая слова поперек не говорила за все годы, что прожила в их доме.

Ивару даже стало интересно, что послужило таким изменениям. Неужели Иглена сделала что-то, что затронуло нижнюю границу племянницы?

Тут он вспомнил, что незадолго до перемен его жена, будучи в совершенно скверном настроении, рассердилась на девицу из-за незначительной мелочи и заперла ту в коморке без еды и питья на сутки.

Ивар вздохнул. Кажется, подобное было излишним. Все-таки даже дикое животное предпочитало нападать, когда чуяло опасность для себя.

– Это надо решать с Игленой, – попытался отказаться от дополнительных убытков Ивар.

– Нет, – твердо произнесла Валентина и улыбнулась. – Не забывайте, что вы все еще должны мне двадцать золотых монет. Пара горшков и несколько метров мешковины стоят сущие гроши. Если вы откажетесь, то никакого договора не будет.

Поправленная хижина – это, несомненно, хорошо, но кроме места, где жить и спать, ей требовалось еще множество мелочей. Сейчас у нее вообще ничего не было.

– Это справедливо, – прогудел внезапно Рожер кузнец. – Девица годами спину не разгибала.

Некоторые селяне согласно кивнули. Все они очень хорошо знали, какова правда. В конце концов, Камнесерд был крошечной деревней. Вот только, как это обычно бывает, свои проблемы как-то ближе к телу. Не с руки им было вмешиваться в жизнь посторонних людей.

Валеся, как всегда в деревне называли Валенсию, несмотря на тяжелый труд, по крайней мере, всегда была одета, да и тело ее не выглядело избитым. Уже лучше, чем у нищих, которых селянам доводилось видеть в городе.

– И что? – вмешалась одна из женщин. – У нее была крыша над головой. Ее кормили два раза в день. Одежду давали. Ей ли жаловаться и что-то требовать?

Кузнец хмуро посмотрел на говорившую, сразу опознав ее, как одну из закадычных подруг Иглены. Заметив его взгляд, женщина вскинула голову.

– Всем нам приходится работать, и что с того? – продолжила она, прищуриваясь.

– Вы работаете на себя, – заговорила Валя, пристально глядя на женщину. Она хорошо помнила ее. Та вместе с еще одной часто бывали у Иглены и полностью одобряли то, как тетушка обращалась с Валенсией. Они даже завидовали тетке, желая заиметь и себе таких молчаливых помощниц. – А затем пользуетесь результатами своего труда. Мне же приходилось всю жизнь за кусок хлеба работать на других. Чем это отличается от рабства?

После этих слов Валентина Ивановна перевела жесткий взгляд на Ивара.

– Вот мои требования. Я хочу, чтобы мне помогли построить дом на моих условиях. То есть, все будет так, как я скажу, начиная от величины сруба, заканчивая стороной, куда будет выходить дымоход печи. Плюс к этому мне требуется посуда – чашки, тарелки, котелок, чайник. Пара комплектов одежды. Теплый плащ, новые сапоги. Рулон мешковины. И запас еды на две недели. Иначе…

Валентина не договорила, просто посмотрела сначала на Ивара, а затем на недавно говорившую женщину, выглядящую слегка напуганной. После этого Валя глянула на священника с писарем.

– Как думаете, ваше святейшество, могу ли я настаивать на подобном? Или дополнительные требования излишни?

Алберик покачал головой.

– Не вижу ничего, что считалось бы чрезмерным. Домашняя утварь, ткани и одежда в любом случае должны передаваться любой деве в качестве приданого. А дом идет как оплата за многолетний труд.

Ивар, услышав слова священника, скрипнул зубами. Он понимал, что выхода не было.

– Хорошо, – согласился он и добавил: – Но ты должна понимать, что постройка дома – дело непростое, и быстро я один не…

– Я помогу, – перебил его кузнец. – Валеся несколько раз мне помогала. Хочу оплатить. Вдвоем мы справимся куда быстрее.

Ивар бросил в сторону кузнеца раздраженный взгляд. Теперь, когда у него имелся надсмотрщик, Ивару придется работать добросовестно, а ведь он так хотел затянуть дело до зимы. А там, глядишь, девка, вынужденная жить практически на улице, подхватила бы простуду, да померла под каким-нибудь кустом, избавив его от необходимости платить за то, за что платить он совсем не хотел.

– Не стоит. Все-таки это долг моей семьи, и посторонним…

– Хорошая идея, – перебила его девица. При этом она кинула на него подозрительный взгляд. – Я с радостью приму вашу помощь, господин кузнец, – добавила она и перевела взгляд на Рожера.

– Раз такое дело, то и я останусь для помощи, – внезапно произнес священник.

Ивар замер, услышав это, а затем едва не выругался.

Этого только и не хватало!

Глава 12

– Что вы! – громко произнес Ивар, желая переубедить священника немедленно. – Разве мы можем позволить такому человеку заниматься столь грубой работой? Я все сделаю сам. Все-таки это семейное дело, – напирал он.

– Я не откажусь от вашей помощи, ваше святейшество, – сказала Валентина так, будто даже не слышала слов Ивара.

Она видела, что этот человек по какой-то причине не хотел вмешательства посторонних. И это было подозрительно. Учитывая, каким ленивым был Ивар, тот, наоборот, должен был ухватиться за возможность спихнуть работу на кого-то другого. Вот только вместо этого он отталкивает помощников.

Валя не собиралась давать ему возможность добиться своего.

– Рад это слышать, – ответил ей священник. – Мой долг помочь тем, кто в беде и нуждается.

– И все-таки, – продолжил упираться Ивар. – Разве мы можем отвлечь вас таким пустяком? Нет, у меня не хватит стыда принимать вашу помощь.

Валентина едва смогла подавить улыбку. Ивар только что назвал ее бесстыдной. Надо отдать должное этому человеку, тот, как оказалось, вполне умело пользовался возможностью говорить.