Светлана Шёпот – Госпожа Медвежьего угла (страница 129)

– Да будет так! – одновременно с ним произнесла Валентина.

Священник улыбнулся и захлопнул книгу.

– Можете поздравить друг друга, – предложил он.

Валентина повернулась к Драгору. Тот взглянул на нее так, словно в этом мире существовала только она.

Некоторое время они смотрели друг на друга, а затем Драгор наклонился. Валя потянулась к нему. В тот же миг их губы соединились.

Все еще немного ошеломленные аристократы захлопали, выкрикивая поздравления.

Когда поцелуй завершился, Драгор посмотрел вниз на людей, а затем крикнул:

– Да будет пир!

Друзья, я открыла подписку на свою книгу "Молочная ферма в наследство".

Сегодня книга продается со скидкой в 20%.

Нина Андреевна умерла и очнулась в другом мире – в теле юной Наины, которую опекуны считали собственностью и хотели выдать замуж за жестокого сына. Однако судьба подарила Нине шанс: она получила в наследство соседскую ферму. Теперь ей нужно проявить всю свою хитрость и мудрость, чтобы защитить доставшееся имущество, а заодно отвадить местного барона, внезапно ставшего ярым ценителем молока.

https://litnet.com/shrt/9ShV

Глава 159

После коронации и свадьбы аристократам пришлось признать право Валентины на корону. Несогласные, конечно, имелись, но их оказалось столь мало, что можно было не обращать внимания.

Хотя, несмотря на малочисленность, Драгор все равно приказал тщательно следить за этими людьми. Он знал, что любая буря начинается с небольшого порыва ветра.

Вале было очень интересно исследовать Каминору, но она не хотела рисковать ребенком. Плюс ни одно из средств передвижения по городу ее не устраивало. Пешком она уставала. В карете ее укачивало, как и в телеге. Верхом на лошади у нее быстро начинала болеть спина и бедра.

Драгор предложил что-то вроде паланкина, но Валентина отказалась. Это было слишком уж эпатажно. Ей не хотелось прослыть в умах людей королевой, заставляющей других носить ее на руках во время прогулок.

В итоге она решила подождать до родов, восстановиться, и уже после как следует осмотреться.

В своих родах Валя не собиралась полагаться на местных лекарей или повитух.

Она хорошо помнила историю. Тысячелетиями люди умирали лишь потому, что те, кто пытался их спасти, не мыли руки и заносили в раны грязь.

Именно поэтому она решила взять собственное благополучие в свои руки. Для этого ей требовались люди, которые станут четко выполнять ее указания.

Когда весть о том, что королева ищет повитуху или лекаря для принятия у нее родов, облетела столицу, в замок начали приходить различные люди.

Валентина была рада, ведь так ей не придется бегать и искать самой.

Драгор, опасаясь, что кто-то может воспользоваться собеседованием, чтобы как-то навредить его жене, решил, что беседы будут проводиться в его кабинете, у него под присмотром.

Валя не стала возражать.

Для надежности в кабинете разместилась еще и пара стражников, готовых перехватить любой удар.

Первым пришедшим был лекарь. Это был мужчина лет сорока пяти. Его голубые глаза смотрели серьезно и внимательно.

Валя приободрилась. Человек выглядел внушающим доверия.

– Вам доводилось когда-нибудь принимать роды? – сразу перешла она к главному.

– Да. Двадцать три раза я помогал женщинам разродиться, – ответил мужчина, глядя на Валю.

– Расскажите, как все обычно проходило, – попросила Валентина.

Лекарь немного поколебался, но все-таки заговорил:

– Сначала осматриваю будущую мать. Если женщина слишком слаба, даю вина, чтобы силы придать. Чтобы ребенок вышел легче, прошу ее очистить кишки. Его роды идут туго, ставлю пиявок на поясницу. Рожать лучше на коленях или на табурете специальном, так дитя легче выходит. Если застрял, щипаю мать посильней, чтобы криком помогла вытолкнуть. Когда ребенок выходит, то перерезаю пуповину ножом, затем перевязываю нитью. Обычно все проходит хорошо. Бывает, конечно, худое, иногда гуморы матери во время родов приходят в такой беспорядок, что спасти удается либо одного, либо второго. А иногда никого. Но это редкость.

– И как часто такое бывает? – поинтересовалась Валентина, холодея от того, что ей рассказал лекарь. Пиявки, щипки? Ужас какой.

Лекарь задумался.

– Примерно один раз из десяти, – ответил тот.

Валентина натянуто улыбнулась и поблагодарила его, сказав, что если выберет его, то к нему придут и предупредят, чтобы был готовым переехать в замок.

Переезд, кстати, был еще одной вещью, ради которой в замок стекалось множество лекарей и повитух. Многие хотели ухватиться за этот шанс, ведь если роды пройдут успешно, то они могли рассчитывать и вовсе навсегда остаться подле королевы.

Лекари как королевские врачеватели, а повитухи опирались на то, что король с королевой вряд ли ограничатся одним ребенком.

– Лучше всего окурить помещение, – рассказывала одна из пожилых повитух, глядя на Валентину уверенным взглядом. Женщина выглядела так, словно точно знала – выберут ее. – От злых духов. Они часто мешают, а порой и убивают мать или дитя. Нельзя допустить, чтобы они пробрались в родовую комнату.

– Если роды трудные? – спросила Валя. Она знала, что точно не возьмет эту женщину, но решила довести собеседование до конца из интереса.

– Натираю мать маслом и привязываю змеиную шкуру к бедру. Всегда помогает, – выдала повитуха так, словно ее слова не были полным бредом.

– После родов делаете ли еще что?

– А как же? Конечно, – повитуха приосанилась. – После того, как мать разродилась и из нее вышло место, надо взять его и закопать под порогом. Это защитит от дурного глаза.

– И много женщин, рожавших с вами, умирало? – уточнила Валентина.

Повитуха нахмурилась. Ей не понравился такой вопрос.

– Зачем о мертвых говорить? – спросила она. – Коли померли, так значит, впустили в себя злых духов. Чего их теперь жалеть? Самое главное в таком деле – осенение крестом Создателя. После тела надо закопать в освященной земле, иначе вернутся духами. И если муж новую жену в дом вздумает привести, то эти двоя покоя ей не дадут.

– Ясно, – произнесла Валя с каменным лицом. – Спасибо большое. Если я решу выбрать вас, то за вами придут.

– Конечно, вам нужно выбрать меня, ваше величество. Я свою жизнь у сотни женщин детей приняла. Никто лучше меня не знает, как все сделать правильно, чтобы и вас защитить, и дитя от зла уберечь.

Валентина улыбнулась женщине и жестом велела ее проводить.

Один за другим, лекари сменялись повитухами и наоборот. Каждый из них рассказывал вещи, от которых у Вали волосы дыбом вставали.

Она пыталась продвинуть какие-то свои идеи, вроде мытья рук и кипячения инструментов, но обычно ее встречали непонимающие, а иногда даже снисходительные взгляды.

Люди, годами занимающиеся своим делом, считали, что никто лучше них в такой работе не разбирается, и предложения от женщины, не принявшей ни одних родов, вызывали у них лишь усмешку.

– Мыть руки? – в очередной раз недоуменно спросили ее, когда Валентина предложила эту идею. – Зачем? На них ведь нет грязи.

Валя только и могла, что потереть лоб. У нее начинала болеть голова.

Она никак не могла объяснить людям, что на их руках живут мелкие существа, которые могут привести к заражению крови. Валя могла представить, как на нее после такого посмотрят.

А значит что? Значит, ей надо было найти тех, кто будет делать все, как она скажет, не задавая лишних вопросов!

– Если я скажу, что перед началом нужно вымыть руки, вы согласитесь? – спросила она серьезно, глядя на молодую женщину.

Той было лет тридцать. Несмотря на это, свою карьеру повитухи она начала пятнадцать лет назад. Приняла роды у сестры, после чего ее начали часто звать те, кто знал эту историю.

Услышав вопрос, женщина задумалась, а затем неуверенно кивнула.

– Если прикажете, помою, – ответила она.

Было видно, что женщина не совсем понимала причины. Несмотря на это, она готова была изменить привычные методы.

Валя выдохнула. Ее настроение немного улучшилось.

– У меня есть еще несколько идей, послушаете?

Драцена, а именно так звали молодую повитуху, кивнула.

Валя улыбнулась ей и принялась перечислять все, что могло бы минимизировать риски.

В конце концов, умирать ей совсем не хотелось.