Светлана Шавлюк – Песня волка (страница 12)

– Э-э, а ты не мог бы…

– Нет.

– Ладно, – сквозь зубы процедила я.

Потянула одеяло на себя. Не поддавалось. Один край был прижат муженьком, который бревном лежал на постели и не двигался. Я попыхтела, как старый ежик, поскрипела зубами, а потом с самым независимым видом, на какой была способна в тот момент, откинула одеяло, бросила все силы на то, чтобы не покраснеть, и обошла кровать. Крис вчера уже все увидел, что мог, убеждала я себя и краем глаза видела, как он наблюдал за каждым моим шагом. Буквально чувствовала неуловимые прикосновения его взгляда, который скользил по фигуре. Накинула халат, подвязала поясом, и так же, ни слова не говоря, скрылась в ванной, чтобы шумно выдохнуть и приложить похолодевшие ладони к запоздало вспыхнувшим щекам. Похоже, у нас намечалась игра на нервах и выдержке друг друга. Что же, сдаваться на милость внезапно обретенному мужу я не собиралась.

За завтраком я познакомилась с молчаливой женщиной, которая и была той самой Ришей. Она с непробиваемым спокойствием отнеслась к моему появлению в жизни Криса, и единственное, что ее интересовало – мои предпочтения в еде.

– Я не очень привередлива в еде. Хотя, вот овсянку терпеть не могу, как и каши вообще, – кивнула на рядом стоящую тарелку с вышеупомянутой кашей. К слову, она была с фруктами и выглядела очень аппетитно, но даже так не вызывала у меня жгучего желания попробовать.

– Помнится, – вклинился Крис, вперив в меня колючий взгляд, – именно этому блюду ты отдала предпочтение на единственном завтраке, на котором я присутствовал в вашем доме. Говорила, что любишь.

– Врала, – хмыкнула я и придвинула к себе тарелку с ломтиками сыра и ветчины.

– Кстати об этом, – он метнул взгляд на Ришу, которая делала вид, что поправляет перчатки, – Риша, моя супруга составит подробный список своих предпочтений, а пока благодарю, ты свободна.

Женщина кивнула и покинула кухню. Через пару минут мы услышали, как хлопнула дверь. Крис отложил приборы, сплел свои пальцы в замок и уставился на меня, уминающую очередной кусочек вкуснейшего сыра.

– Лгала, значит, – протянул он.

Я исподлобья взглянула на него, демонстративно ухватила с тарелки кусок ветчины и вплотную занялась им. Надеялась, муж поймет, что прием пищи – не лучший момент для разговоров.

– Как-то слишком много странностей, – не собирался отступать Крис, – ничего не хочешь рассказать?

– Я ем, – помахала недоеденным кусочком и потянулась к хлебу, – буду разговаривать во время еды – подавлюсь ненароком, задохнусь, овдовеешь.

– Раньше таких проблем у тебя не возникало.

– Время идет, люди меняются, – пожала плечами и продолжила трапезу. Понимала, что с таким дотошным человеком, как Крис, рано или поздно разговор все-таки случится, но не успела даже подумать, что говорить, поэтому всячески оттягивала этот момент.

– Какие разительные перемены, – усмехнулся он, – вкусовые предпочтения, проблемы с памятью, разлад в семье.Ты не торопись, приятного аппетита. Мне тоже торопиться некуда. У меня три дня выходных в связи с обретением супруги, мы еще успеем все обсудить. А сегодня еще и с твоей семьей встретимся, может, они смогут дать мне вразумительные объяснения, – последнее предложение прозвучало, как угроза. – Если же сами не пожелают откровенничать, то я им помогу. Очень уж я не люблю чувствовать, что меня дурят, а с момента встречи с тобой в святилище это ощущение меня не покидает.

Мелкие иголки переживаний со всех закоулков моей души словно магнитом стали притягиваться к сердцу и врезаться в него, причиняя почти реальную боль. Отчего-тостало дурно и душно. На секунду представила, что будет со мной, если правда всплывет раньше, чем я сделаю ноги из этого мира, что ничего хорошего – была уверена. Крис еще ничего не знал, а уже выглядел угрожающе и внушал неконтролируемый страх. Словно над головой повисла черная, как его глаза, туча, из которой вот-вот ударит молния. А я была тем самым одиноким деревцем на широкой поляне, в которое и попадет смертельно опасный разряд.

Я молчала и буравила черную зеркальную поверхность стола взглядом. Крис поддерживал напряженную тишину, но спустя пару минут все-таки принялся за завтрак.

До самого отъезда мы почти не разговаривали. Мне любезно сообщили, что в спальне, в шкафу, меня дожидаются несколько нарядов, подобранных мужем, остальное я должна буду либо забрать из отчего дома, либо самостоятельно озаботиться приобретением необходимого. Мысленно возблагодарила Криса за щедрость. Брать что-либо из гардероба Ланы не хотелось вообще, но чтобы не вызывать подозрений, все-таки придется. Хотя бы белье смогу купить себе новое.

Юбка с завышенной талией, блуза с рукавами три четверти и приталенный пиджак пришлись впору. Жемчужная нитка отлично дополнила образ. Похоже, у Криса был отличный вкус, что не могло не удивлять. Вообще, чем дольше я находилась рядом с ним, чем больше узнавала его, тем меньше понимала причины странного поступка Ланы. Крис казался мне достойным мужчиной, без каких-либо ужасных, отталкивающих качеств. Похоже, Лана сделала огромную глупость.

– Перчатки, – раздраженно заметил Крис, когда я уже собиралась обуваться. Закатила глаза. Похоже, из дома мне выходить без перчаток запрещено. Впрочем, Зана, ее помощники и Риша в квартире Криса тоже не снимали этого элемента одежды, наверное, в этом был какой-то скрытый от меня смысл. Черный шелк холодил ладони, в глазах Криса блеснуло удовлетворение. Он подставил мне локоть, за который я послушно ухватилась, и повел на выход. Нам предстояла встреча с родителями, и я даже не представляла, чем может обернуться эта поездка.

Глава 7. Последняя капля

В холле здания Криса окликнул какой-то мужчина.

– Дрейт, – позвал Крис, и к нам подошел молодой парень, – пригони машину, – муж передал ему ключи и переключил свое внимание на окликнувшего.

– Доброе утро, аритр, ритресса, – кивнул сероглазый мужчина, – аритр, я слышал, у вас внеплановый короткий отпуск, но завтра у нас запланирована встреча с одним из глав соседнего города.

– Перенеси встречу. Меня не беспокоить без особых причин. В эти дни все вопросы решает Рик. Что-то еще?

– Вы не отдавали приказа сделать пропуск в офис для вашей супруги, в этом нет необходимости?

– Есть, сделай. Полный доступ.

– Понял, – кивнул мужчина, улыбнулся и попрощался.

Больше ни на что не отвлекаясь, мы вышли на улицу, где раннее утреннее солнце не щадило никого. День обещал быть невероятно жарким. Сухой горячий воздух, казалось, не успел остыть за ночь. Размеренный стук моих каблучков перемешивался с редкими голосами и гулом мотора. Дрейт уже подогнал машину, и нам оставалось дойти до нее с десяток метров, когда он заглушил мотор. А в следующую секунду мир содрогнулся. Грохот, запах гари, звон в ушах, я ничего не успела понять, когда голову пронзила боль, в глазах потемнело, а воздух из легких вышибло. Что-то рухнуло сверху, придавив меня к асфальту. Множество криков смешались в жуткую какофонию. Но мой крик ужаса, который я не смогла сдержать, когда тьма перед глазами рассеялась, затмил все остальные. На мне лежал волк. Огромный пепельно-черный волчара, чей жуткий оскал был прямо перед глазами. Я пребывала в таком ужасе, что ничего не замечала вокруг, а он смотрел на меня янтарными глазами. Извиваясь, выползла из-под его туши, когда он поднялся. Начала отползать, оцарапывая ладони, не чувствуя боли. А он, словно насмехаясь, медленно приближался. Я кричала, просила помочь, убрать его, но никто не откликался. Не могла отвести взор от его огромной морды, пасти, усыпанной внушительными клыками. В момент, когда он прыгнул и ухватил меня за загривок, чуть не попрощалась с жизнью и с трудом осталась в сознании от охватившей паники.

Волчара втащил меня в здание, как тряпичную куклу. Мое сопротивление его вообще не волновало. А суетящиеся вокруг люди будто вовсе не замечали нашу странную пару. Более того, нас обходили стороной и отводили взгляды.

Казалось, жизнь издевалась надо мной, преподнося все новые и новые сюрпризы. Волк втащил меня в лиф, и когда створки закрылись, а я забилась в угол, стараясь прикинуться невидимой, волк обернулся человеком. Это был Крис. Это было невероятно, но еще секунду назад я была наедине с волком, а теперь передо мной стоял совершенно обнаженный муж.

Осознание произошедших метаморфоз приходило вместе с запоздалым страхом, пониманием того, что внизу случился взрыв, в котором мы чуть не погибли, и что мне не удосужились сообщить такую занимательную деталь, как то, что мой муж – оборотень. Самый настоящий оборотень, который может превращаться в огромного волка.

Это стало последней каплей в переполненной чаше моего терпения. Кто-то истерит с криками, битьем посуды, сыплет проклятьями, поливает рубашки слезами и горестно заламывает руки, а я… Во мне рождалось доселе чуждое, совершенно новое желание убивать. Такое страшное, животное, яростное желание порвать ту, из-за которой я оказалась в опасности, задавить голыми руками ее папашу, мамашу и тех, кто хоть как-то причастен к этому кошмару. Странно, но Криса убивать не хотелось, лишь слегка выместить на нем злость. Кажется, я даже услышала жуткий рык где-то в глубине моей души. Пришлось глубоко дышать, чтобы хоть немного унять застилающую разум злость и не наброситься на кого-нибудь. Казалось, я была готова зубами порвать любого, кто сделает необдуманное резкое движение в мою сторону.Тело стало наливаться тянущей болью, из горла вырывались хрипы.