Светлана Шавлюк – Огненная ведьма. Славянская академия ворожбы и магии (СИ) (страница 4)

Факультетов оказалось четыре: боевиков и стихийников, ведьмовства и целительства, артефакторства и иллюзий, магического правопорядка. На последнем, кстати, могли учиться те, кто не наделен магией. У каждого факультета отдельный корпус и вход.

Мы пошли к корпусу ведьм, где, как объяснил Саша, я буду жить.

Большое белое здание с высокой башней, на шпиле которой развевался флаг с изображением красивой молодой девушки в ступе.

— Это что, Баба Яга что ли? — спросила у Сашки.

— Ну конечно она, а кто ж ещё? — удивлённо посмотрел он на меня.

— А я думала, она старушка, нос крючком, бородавки там, волосы седые, а тут девчонка же совсем, — пояснила ему. В детских сказках же они такие мерзенькие, страшненькие, а тут красота такая.

Сашка расхохотался и, утирая слёзы, проговорил:

— Это где ж ты такую Бабу Ягу видела? Она ж ведьма, а ведьмы все красивые и практически не стареют.

Хорошая перспективка намечается, вечно молодой и красивой быть — это ж мечта.

— Так в сказках у нас только так описывают их — злобные и вредные существа. Ты не забывай, что из другого мира перенёс меня, и тонкости ваши мне незнакомы. Я вообще ничего о вашем мире не знаю, — объяснила своё заблуждение и тихо пробормотала, — руки бы пообрывала тем сказочникам, которые насочиняли нам этот бред, — и Кощей у вас тоже не скелетом гремит в чёрных одеждах, а весь из себя красавец, добрых дел делец, так что ли? — странно всё это, зла у них тут нет, совсем, что ли, а зачем тогда магов и боевиков обучают?

— Ну, костями-то он точно не гремит, а вот пакость какую устроить, да над молодыми и наивными ведьмочками подшутить, поиздеваться — это он завсегда. Не больно-то он любит ваше племя. Давний спор у них с Ягой, то он у неё яблоньку молодильную сопрёт, то она у него коня его монструозного уведёт, так и живут, пакости друг другу строят.

Ага, значит не всё так просто в этом мире. Не все кругом добрые и хорошие.

— А зла, что ли, в мире нет совсем? — задала волнующий вопрос.

— Ну как это нет, то маг какой зло затаит, то ведьма, то царя свергнуть захотят, так за этим совет Великих следит да стражи нашей академии. А самый страшный — Аспид, уже как тысячу лет заточённый в скале сидит под стражей жар-птиц.

Так, надо бы в библиотеку наведаться, да историю мира почитать, про Великих этих, да про расы все.

Зашли в корпус, а проход загородила маленькая такая женщина, мне чуть выше колена, пухленькая, розовощёкая, в платке и переднике, стояла подбоченившись и строго на Сашку глядела.

— Опять в женское общежитие приперси. Мало я тебя в прошлый раз веником погоняла, за добавкой вернулся? — она так строго отчитывала этого амбала, а он, потупившись, стоял и внимал, что картина была умилительной.

— Тёть Аника, да я просто новенькой помогаю, честное слово, только заселиться помогу и сразу на выход, — и глаза такие честные-честные сделал.

— Смотри у меня, охальник, я ж тебе, если что, всё повыдергиваю, до чего дотянусь, — погрозила ему малюсеньким кулачком, а он, в ответ, лишь закивал как японский болванчик.

Я прыснула со смеху в кулак, да уж, с её ростом не трудно догадаться, до чего в первую очередь дотянется домовушка.

— Чего хихикаешь, ходь сюды, записывать тебя будем, да одежду приличную выдам, а то срам какой, ходишь тут не понять в чём, — переключила своё внимание на меня.

Оглядела себя: чёрные хлопковые бриджи, беленькая домашняя маечка на бретельках, и тапки кислотно-зелёного цвета, с помпонами, мягкие, удобные. Я и забыла, под впечатлением от увиденного, что меня из дома прямо в чём была умыкнули. А как тут одеваются девушки и не видела ещё, нет же никого, никого не встречали, пока гуляли по окрестностям академии. Пожала плечами и пошла следом за тётей Аникой, записываться.

Записали меня, ключик с номером пятьдесят четыре от комнатки дали, да водрузили стопку белья. Что там, в этой стопке, не поняла, решила, что в комнате разберусь. Сашка помог дойти до комнаты, которая на пятом этаже находилась, занёс все мои вещи и попрощался. Видимо, сильно торопился покинуть женское общежитие, боясь за то, чему угрожала бдительная домовушка. От души поблагодарила его и решила осмотреться.

Ну что могу сказать, простая такая общажня комната, две кровати деревянных, на них по матрасу, два стола деревянных, опять же, и два стула, один большой шкаф и два сундука. На полу коврик зелёного цвета, пошарпанный и местами облысевший, на окнах зелёные же занавески, стены обтянуты синей тканью. У двери большое напольное зеркало в полный рост. Дверь, ведущая в ванну, слава богу, за дверью оказались нормальный душ и туалет, а то я боялась, что придётся либо в общие душевые бегать, очередь занимать, либо, вообще, в какой-нибудь бадье мыться. Фууух, прямо камень с души, я всё же человек двадцать первого века, мне минимальный комфорт нужен. Стены ванной белой плиткой отделаны, но всё вокруг сверкает чистотой. Как сказал Сашка, уборкой здесь занимаются домовые и домовушки, как тётя Аника, но часто и провинившихся студентов привлекают.

Села на кровать, чтобы разобрать вещи, выданные домовушкой: два полотенца, комплект постельного белья, два платья: одно, синее, в пол, с белым воротничком и передничком

со множеством карманов. Второе, даже не платье, а сарафан, зелёный, цвета факультета, видимо, с вышивкой по подолу и под грудью, на широких лямках, к нему прилагалась рубашка белая, хлопковая, с вышивкой на манжетиках, без воротника, на пуговичках. Также две атласных ленточки для волос, мне они были без надобности, потому что волос короткий, и две пары туфелек без каблучка, платочек шерстяной, с цветочным орнаментом. Миленько. А вот бельё повергло в ужас — белая плотная маечка из хлопка и белые панталончики. Мама дорогая, как в этом ходить-то, с ума сойду же. Решила, что найду иголку, нитки и перешью под себя, не зря же я в кружок кройки и шиться в детском доме ходила. Пусть будет у меня бельё не особо красивое, но, зато, удобное и привычное.

К моменту моего прибытия в комнату начало вечереть. Я уже позабыла о событиях вчерашнего дня. Вот она — шокотерапия в действии, решила лечь спать, а то мозг пухнет от новых впечатлений, а завтра с утра сразу в библиотеку.

Боялась, что не смогу уснуть из-за всех этих невероятных событий, но, едва коснулась головой подушки, как провалилась в сон. Наверное, свежий воздух этого мира так подействовал.

Проснувшись ранним утром, крепко потянулась, открыла глаза и в первое мгновение не поняла, где нахожусь. И тут вчерашние воспоминания нахлынули на меня, вызвав стон, я уж понадеялась, что это дурной сон, но нет. Вот и комнатка, мне выделенная, и сарафанчик на спинке стула висит, ждёт меня. Делать нечего, поднялась, умылась, надела сарафан и подошла к зеркалу. М-да, вид имела презабавнейший, только кокошника и коромысла не хватает, типичная такая доярка, только формами не вышла. Улыбнулась своим мыслям и потопала вперёд, навстречу знаниям, в библиотеку в смысле. До завтрака ещё пара часов, я птичка ранняя, встала с восходом солнца, так что, время ещё есть.

Поздоровалась на выходе с тётей Аникой и вышла во двор. Запах утренней свежести и прохлады встретил меня. По двору стелился густой туман, слышалось стрекотание насекомых, пение птиц и плеск воды. Интересно, видимо, где-то рядом находился водоём. Сделала себе заметку в памяти на будущее, что надо погулять и узнать, что это за водоём и где он находится. Капли росы на зелёном покрывале травы переливались в первых лучиках солнца. Настроение было замечательным, вот так, напевая какую-то незамысловатую мелодию, я и пришла в библиотеку. Там, за стойкой стояла домовушка, очень похожая на нашу комендантшу.

— Здравствуйте, — как приличная девушка поздоровалась с домовушкой, — а меня Лиля зовут, я из другого мира, мне бы о вашем почитать, о Великих, об академии, помогите мне, пожалуйста.

— Ну здравствуй, коли не шутишь, Марья Фёдоровна я, библиотекой заведую. Помогу, отчего ж не помочь, — она взмахнула рукой, и передо мной нарисовался клубок с нитками, — вот, иди за ним, он тебе и покажет, где книжки нужные искать. Подойдёшь к стеллажу, название прочти вслух, книжка к тебе в руки и прыгнет.

Ах, вот почему в кабинете ректора не было ни лестницы, ни стульчика, здорово. Волшебство, что ещё сказать.

— Спасибо Вам огромное, — поблагодарила и пошла вслед за клубочком, который укатил вперёд.

По периметру зала стояли столы, вокруг каждого из них насчитала по четыре стула, на столах — лампочки, благо, никаких канделябров и свечей. А факелы в коридорах, по словам Сашки, всего лишь декорация, они, конечно, горят, но магическим огнём, не создавая дыма и копоти.

Пока оглядывалась, дошла до клубочка, оглядела стеллаж и увидела то, что было мне необходимо — "История Земли Изначальной". Сказала это, на свою беду, вслух, да и приняла в свои объятия томик килограммов пять весом, да так вместе с ним и рухнула на попу, отбив последнюю, но томик из рук не выпустила. Кое-как поднявшись и потирая ушибленное место, не переставая про себя костерить этот волшебный мир, потопала до ближайшего стола, крякнула, водрузив сей фолиант на стол. Клубочек прыгнул на стол и замер, видимо, на случай, если мне что-то ещё понадобиться. А я поняла, что всю следующую неделю буду жить в библиотеке, чтобы осилить хотя бы часть этой книженции.