Светлана Шавлюк – Марго. Помощница для вампира (страница 32)

— Ты ещё отлично держишься. Обычно люди после переходов чувствуют себя хуже. Но мы торопимся. Все готово к отплытию. Ждали только нас.

Он помог подняться по сходне. Я вдыхала холодный морской воздух, слышала плеск набегавших волн, ветер трепал волосы, пытаясь вырвать пряди из косы. Тай помог спуститься в каюту и вышел. Что ж, в это раз путешествие по морю будет комфортнее, чем в прошлый. Хотя, снова увидев пошарпанное, местами прогнившее дерево палубы, ожидала худшего. Но нет. Каюта была небольшой, здесь поместилась довольно широкая кровать, низкий столик, одинокое кресло, шкура какого-то зверя, вместо коврика. У двери тренога, небольшой комод. За узкой дверью умывальник и даже туалет. Небольшое зеркало. Все вокруг было чистым, уютным и довольно новым. Приятно пахло и ничего не намекало на удрученное состояние корабля. Тай бросил сумку у входа. Рядом уже лежали ещё какие-то сумки. Мне было велено отдыхать. Спорить сил не было. Я положила перекус на стол, разделась, аккуратно сложила вещи стопкой на комод, повесила плащ на треногу, забралась под лёгкое одеяло, пахнущее табаком и ванилью, и прикрыла глаза. Скрип двери. Твёрдые шаги. Подняла голову и уставилась на Тайлинга. Он невозмутимо встретил мой взгляд.

— Предвосхищая все вопросы и возмущения, — он поставил на стол запотевший пузатый графин и два высоких стакана, — спать мы будем вместе. Здесь и на суше. Ты моя рабыня, Марго. Нам не нужны лишние вопросы. Достаточно и того, что ты якобы играешь роль приманки. Раз уж тебя пытались убрать на острове, возможно, на людских территориях получится спровоцировать снова. А все остальное время будешь играть роль восторженно-влюбленно-благодарной девочки, которая счастлива оказаться у меня.

— Ты не предупреждал, — буркнула я.

— А ты бы передумала? — он вздернул брови.

— Нет, — все-таки ответила, немного подумав.

— Значит, вопрос решен, — он сел в кресло. Раскрыл коробочку и с шумом втянул воздух. — М-м, замечательно. Не присоединишься?

— Я не голодна, — и раздета, и, судя по всему, он это прекрасно понимал.

Отвернулась, плотнее закутываясь в одеяло, и попыталась уснуть. И мне это даже удалось. Быстрее, чем я ожидала.

Просыпалась медленно. От лёгкой щекотки, которая теплом отдавалась в груди. Хотелось улыбаться и урчать. Сон не торопился отпускать. Я была где-то на грани между сном и явью.

— Марго, пора вставать, колючка, — тихий шёпот, тёплое дыхание касается уха. Чьи-то пальцы рисуют замысловатый узор на бедре.

— М-м, ещё чуть-чуть, — выдохнула, подгребая к себе одеяло и обнимая его.

— Хорошо, ещё, так ещё, — хмыкнули в ответ довольным голосом.

Пальцы пробежались по бедру снова, скользнули по изгибу талии, на живот. Меня мягко погладили. И вот когда чужая рука накрыла грудь, я распахнула глаза. Откинула эту наглую лапищу и перевернулась на другой бок, приподнялась, опираясь на локоть, лицом к лицу встретилась с хозяином обнаглевшей конечности.

— Светлого утра, — он по-хозяйски откинул мои волосы мне за спину, довольно улыбнулся, рассматривая меня.

— Ну, знаешь ли, — сдула упавшую на глаза прядь волос. Возмущение захлестнуло так, что я даже не знала, что сказать. Взгляд зацепился за серые, чуть потемневшие глаза, бросился к губам, растянувшимся в насмешливой улыбке, скользнул по шее, к крепкой, оголенной груди. Ещё ниже, к штанам. Слава Богу, он не совсем голый! А вот я… Дернула на себя одеяло. Но тщетно. Этот му. мужчина придавил его своим весом. И беззастенчиво рассматривал моё тело, которое скрывало только бежевое кружево белья.

— Тайлинг, прекрати, — сквозь зубы попросила я.

— Ты просила ещё чуть-чуть, — насмешливо отозвался, и потянул свою руку к груди, второй рукой он подпирал голову.

— Я прошу ещё раз, а потом за себя не ручаюсь, — предупредила тихо, шлепнув его по руке.

— Ага, — он усмехнулся.

Ну ладно. Если раньше, когда я была в его власти, мне было страшно, то теперь, когда между нами договор и мне ничего не грозит, я не боялась. Более того, во мне вдруг взыграл какой-то злой азарт. Адреналин хлынул в кровь, будоража и толкая на необдуманные поступки.

— Хорошо, — спокойно кивнула, крутанулась на постели, встала спиной к нему, смачно потянулась, выгнулась, нарочно громко постонала, бросила через плечо насмешливый взгляд и медленно начала обходить кровать. — Но-но-но, дорогой партнёр, — покачала пальцем, когда мужчина начал подниматься. — У нас договор. Ты не можешь причинить мне вреда. Никакого насилия. Вообще. Так что держи свои руки при себе. Иначе, откат.

Медленно натянула брюки, глядя в глаза, не торопясь застегнула все пуговицы на блузке. Я не сдвинулась, когда Тайлинг поднялся. Тихо, мягко, как хищник перед броском. Сердце застучало быстро и громко. А настолько ли я уверена в своей безопасности? Держаться старалась ровно, не подавать виду. Но руки все же дрогнули, и я никак не могла попасть пуговицей в прорезь.

— Чего же ты задрожала, кошечка? — в его низкий голос вплелась лёгкая хрипотца, он перехватил мои пальцы, в одно мгновение застегнул последнюю пуговицу, но взгляда так и не отрывал от моих глаз. — Дразнишься, а потом трусливо прячешься, — покачал головой. — Может, дело в том, что ты просто боишься? — перехватил мою ладонь, поднес к губам.

— Я тебя больше не боюсь, — хотела, чтобы голос прозвучал твердо, уверенно, а получилось… то, что получилось — дрожащий выдох. Попыталась вырывать свою ладонь из захвата, не вышло. Держал бережно, но крепко.

— Прекрасно, — медленно и аккуратно поцеловал пальчик. Потом второй, третий. — А кого боишься? Себя? — легкий поцелуй достался мизинцу.

Сердце, казалось, выпрыгнет из груди. Оно разгоняло жар в крови, который растекался по телу, рассыпался мурашками по спине, собирался тугим комком внизу живота, пульсировал и требовал… Остановиться? Продолжить? Я не понимала.

— Я… — договорить не успела, что-то толкнуло в спину, и я буквально влетела в объятия мужчины, уперевшись в грудь руками. Под ладонью, кажется, так же быстро билось его сердце. Вскинула голову, — так нечестно! — совсем по-детски возмутилась. Опять он своей магией играется.

— Я не виноват, — доверительным шепотом сообщили мне, — тьма. Капризна и своенравна. Совсем, как ты. И ты ей нравишься. И мне.

Его рука заскользила по спине. Тонкая ткань рубашки никак не защищала, только усугубляла ощущения. Жар его ладоней едва не заставил застонать, выгнуться навстречу. Закусила губу, чтобы сдержаться. Что же это делается? Похоже, Тай решил, что раз уж не успел позабавиться со мной, пока я была рабыней, надо успеть сейчас, а то мало ли, упустит шанс. Теперь он прет к своей цели, как танк. Нагло, не замечая препятствий. И я была готова бороться. Бороться с холодным, подозрительным и отчужденным Тайлингом. Но когда он вот так улыбается, с таким восхищением, голодом и вожделением смотрит на меня, предательское сердце рвется из груди ему навстречу. В голове шумит, слышен только грохот моего сердца. Жар его тела опаляет, кончики пальцев покалывает от желания провести по плечам, груди. Какое-то наваждение. Он сжимает меня все крепче. И я уже готова сдаться, махнуть рукой на свое сопротивление. Давно мне не было так восхитительно горячо, что туманится разум. Тихо выдохнула, сдаваясь. Я давно не девочка, и Тайлинг красивый мужчина. Интересный. И на меня еще никто так не смотрел. А это приятно.

И он отпустил. Подлец. Отпустил именно в этот момент и отступил.

— Нет, колючка, — усмехнулся, — я никуда не тороплюсь, что бы ты ни думала. Покорность? Серьезно? Я подожду… Других чувств, — развернулся и скрылся за дверью, в умывальне.

— Подлец, чертов подлец, — выдохнула ему вслед. Возбуждение быстро улеглось, превращаясь в злость. Нет, ну каков козел!? Распалил и свалил. У-у-у, негодяй. — Осиновый кол тебе туда, откуда занозы не вытащить, а не другие чувства! — крикнула, развернулась и выбежала из каюты, громко грохнув дверью. Кажется, он еще и смеялся мне вслед. Ну ничего, посмотрим, кто из нас будет смеяться последним.

Когда он вышел на палубу, я уже успела успокоиться. Мерное покачивание, теплый ветерок, мелкие брызги освежающе-прохладной воды. Яркое солнце на прозрачно-голубом небе без единого облачка. Кажется, я проспала отвратительную туманную завесу, это тоже радовало. Так что, когда рядом со мной безупречный Тай оперся на поручень, я хмыкнула, натянула на лицо маску восторженной дурочки и зачастила:

— Ох, вирр, какое чудесное утро. И солнце. И вы… Особенно вы. Я так рада, что вы взяли меня с собой. Это так здорово. Быть рядом. Сейчас. Всегда, — искрилась радостью и лучилась широкой улыбкой. Рядом сновали матросы, или как их там, вернее тут, называют, ухмылялись и бросали снисходительные взгляды. — И море. Оно восхитительно. Спасибо-спасибо-спасибо! Я раньше никогда не путешествовала морем, — и это чистая правда, в первое свое плавание ничего не видела, а на Земле как-то не вышло. — Это так здорово. Наверное, сама Богиня Пресветлая послала вас мне. Не иначе.

— Марго, остановись, я тебя умоляю, — рассмеялся Тайлинг, — даже не хочу проверять, насколько тебя хватит. Кажется, что ты успеешь свести с ума меня, и всех остальных. Я понял, — поднял руки, — прекращай. Не надо быть влюбленно-восторженной. Будь просто рядом. Хотя эта роль у тебя получается так хорошо, что челюсть сводит от сладости твоих речей.