Светлана Салтыкова – Случайная невеста капитана Танрея (страница 25)

Кое-как мне удалось доползти до выхода из корабля, и тотчас взгляд устремился к нижним ступенькам трапа, где должны были толпиться те самые несчастные. Однако… что за зеленые кочерыжки?! Там никого… абсолютно никого не было! Да и вся территория вокруг корабля оказалась пуста! Но… если с отрядом все в порядке, значит это со мной что-то не так? Я схожу с ума?! Последняя мысль ударила молотом, а наковальней не иначе как стала моя голова, и она тотчас загудела от боли. Но стоило мне только окунуться в водоворот отчаяния, как внезапно его прервал тот самый странный зов, который я уже слышала. На этот раз он показался более сильным, более настойчивым. Стоп! А возможно ли, чтобы то ужасное видение с поисковым отрядом было всего лишь предупреждением?! Нет, мне нужно во всем разобраться!

Разумом я понимала, что скорей всего делаю очередную ошибку, но какое-то внутренней убеждение или предчувствие (и сама толком не поняла, как правильно его назвать) не дало свернуть с выбранного пути.

Верю ли я в себя? В свои вновь приобретенные способности? Да, верю! Ведь они уже не раз выручали меня в самых сложных жизненных ситуациях! Тогда вперед и только вперед! И я направилась к границе света и тени.

Уже у самой кромки леса я в последний раз обернулась. По трапу спускался капитан в сопровождении своих помощников. Хм, неужели они так быстро обнаружили мое исчезновение? Но нет, вдалеке мелькнули посадочные огни другого крейсера, и я поняла: причина этого переполоха вовсе не во мне. Ну тем лучше! Тогда я выполню все, что задумала, и не допущу беды.

Глава 16

По толстому стволу дерева ползло какое-то мелкое насекомое. Крохотные лапки передвигали округлое мохнатое тельце. Жучок так упорно стремился вверх, но вряд ли знал, куда именно приведет его этот длинный и нелегкий путь. Впрочем, как бы это странно ни звучало, но у нас с ним сейчас было много общего, ведь я тоже даже не догадывалась, чем закончится мое путешествие по здешнему лесу.

Всю ночь я куда-то шла, повинуясь далекому зову. Однако, когда силы были уже почти на исходе, притяжение вдруг куда-то исчезло, и я, несмотря на опасности незнакомого леса, не выдержала и забылась крепким сном. В ту ночь меня словно хранили какие-то высшие силы, зато на следующий день их благоволение явно закончилось, и я уже более тесно познакомилась с представителями местной фауны, например, с радужной змеей, которая чуть меня не укусила, или с аналогом дикого рица, от которого пришлось прятаться на дереве. В общем, впечатлений, наверное, хватило на полжизни вперед! Но судьба и дальше решила не мелочиться, подкидывая сюрприз за сюрпризом, одним из которых и стали странные глухие удары. Наверное, не будь я в таком отчаянном положении, ни за что не рискнула бы выяснять их причины. Но усталость от бесконечных блужданий по лесу все-таки толкнула меня на отчаянный поступок.

Вместо того, чтобы бежать без оглядки, я осторожно высунулась из-за кустов и в первый раз увидела здешних аборигенов. Их чересчур худощавые, с непомерно вытянутыми руками и ногами темные фигуры неподвижно застыли длинным ровным строем и напоминали скорее не живых существ, а какой-то неровный по высоте частокол. И только двое из них выбивались из общей массы. Они стояли перед строем. Первый, приложив ко рту какую-то трубку, издавал то самое «бум-бум-бум», которое и разносилось по всему лесу, второй держал небольшое животное с симпатичной остренькой мордочкой и глазками-бусинками. Внезапно мужчина резко взмахнул рукой, что-то на мгновение блеснуло в лучах солнца, и я вдруг увидела, как по светлой шерсти зверька расползается красное пятно. Сердце неприятно кольнуло, и противный ком тотчас подкатил к горлу. Неужели это какое-то ритуальное убийство?! Я попыталась тихо отступить, но непослушные от страха ноги вдруг стали будто деревянными и решили пересчитать все коряги.

И, наверное, я бы все-таки упала, наделав при этом много шума, если б ни чьи-то руки, внезапно схватившие меня за талию. Сердце мигом встрепенулось испуганной птицей и отчаянно забилось, стремясь вырваться из грудной клетки. А тихий вскрик замер на губах, как только их накрыла чья-то ладонь. «Все-таки обнаружили!» — пронеслась отчаянная мысль и тут же отступила под доводами разума. Ведь, если напавший — один из тех дикарей, он бы наверняка не стал помогать прятаться, а наоборот вытолкнул на поляну.

Я завертелась, пытаясь рассмотреть неизвестного похитителя, но его объятия стали только крепче. Что ж, понятно: проявлять интерес и сопротивляться сейчас бесполезно, и я послушно шагнула назад, чувствуя за спиной чье-то твердое, словно выкованное из металла тело. Однако чуть позже мое любопытство было удовлетворено, и, должна признаться, действительность превзошла все самые смелые предположения.

Когда тиски чужих объятий немного ослабли, я наконец обернулась и тотчас утонула в знакомых ярко-оранжевых словно лавовый поток глазах. Все замерло в одно мгновенье, а потом… сердце будто сорвалось в стремительный полет. Не может быть! Танрей?! Здесь?! Или это всего лишь обман зрения?! Осторожно, все еще не доверяя самой себе, я прикоснулась к нему, и тотчас чешуйки слегка царапнули кожу. Значит, он действительно нашел меня! От этой мысли внутри словно взорвался фейерверк, и на глазах от счастья и облегчения выступили слезы. Чудовище тихо рыкнуло, но я ни капли не испугалась, ведь прекрасно знала: там, за этой толщей мышц и чешуи, бьется сердце моего капитана. И действительно, стоило ему только принять свой привычный облик, как передо мной предстали такие до боли знакомые черты лица. Кажется, за то время, что мы не виделись, Рей ничуть не изменился, разве только немного резче обозначились скулы, да и морщинка на лбу стала чуть глубже.

— Как ты? Не ранена? — его плечи под моими ладонями будто окаменели.

— Со мной все хорошо, — проговорила я, чувствуя, как сердце наполняется теплом от его заботы, словно иссушенный в пустыне источник дождевой водой.

Танрей немного расслабился и уже заговорил с более привычным ехидством:

— Драгоценная, а ты, смотрю, не иначе как от скуки решила погулять по незнакомому лесу, а за одно познакомиться с аборигенами?

— Конечно! Я же на самом деле обожаю прогулки на свежем воздухе и новые знакомства, — ни единым словом не соврала я.

Капитан усмехнулся, а мой взгляд так и прикипел к его губам. Кажется, мы не целовались целую вечность.

Не помню, кто потянулся первым, он или я, а может мы сделали это одновременно, и тотчас оба потерялись в огненном вихре, неистовом и безудержном. Танрей словно делился своим внутренним пламенем, и ледяная броня, несмотря на все запреты разума и собственные принципы, таяла от его прикосновений. На долгие мгновения и лес, и чужая планета, и проблемы будто перестали существовать, остались лишь мы и тот внутренний огонь, который теперь горел в нас обоих. Ох, как бы мне хотелось, чтобы этот поцелуй продолжался вечность, но реальность (будь она неладна!) громко стучала барабаном дикарей где-то уже совсем близко.

— Пойдем! Тебе не место в этом лесу! — чуть хрипловатым голосом проговорил капитан.

Я кивнула. Хоть какие-то аборигены сейчас волновали меня гораздо меньше, чем недавний поцелуй.

Я долго прятала голову в песок, пыталась убедить себя, что нас с капитаном связывают лишь договор и обоюдная симпатия. А теперь, наверное, пришло время признаться: я чувствую к нему нечто гораздо большее. Но… и тотчас из памяти выплыл образ сестры. Нежный румянец на щеках, теплая улыбка… Я помню искорки радости в ее глазах, когда я впервые поднялась в воздух. И помню ее тревогу, когда мне вдруг пришло в голову участвовать в ортионском летном шоу. А потом… последние месяцы ее жизни… потухший взгляд, бледная, словно прозрачная кожа, и самое страшное — добровольный отказ от крыльев! Ради любви она навсегда отреклась от неба и полетов, а за одно и от того чувства свободы, которые они дарили каждому ортионцу. Нет-нет, я ни за что не хотела повторить ее судьбу, потому-то и относилась слишком осторожно к любой сердечной привязанности. Впрочем, должна признать, настолько сильных и ярких эмоций как с Танреем, мне еще никогда не доводилось испытывать.

Я покосилась на капитана: и как только раньше не замечала, на сколько он все-таки красив?! Эти яркие, словно в них живет само пламя, глаза, четко очерченные скулы, выразительные губы… Так, стоп, Лори! Лучше подумай о чем-нибудь другом! Например…

— Кстати, Рей, а как ты оказался в этом лесу? И что случилось с Кейсеем? Это все-таки он отправил нас с Филоменой на пиратский корабль? — выпалила я, вдруг вспомнив, сколько еще всего не знаю.

Капитан усмехнулся:

— А я-то все жду, когда же ты начнешь задавать свои вопросы?

Я вздохнула. Ну не признаваться ведь, о чем все это время думала на самом деле?!

— Ладно, драгоценная, расскажу все, что

знаю сам, — и после небольшой паузы, продолжил: — Когда на следующий день после твоего ошеломляюще смелого появления в моей комнате… — Рей насмешливо покосился в мою сторону, и я тут же почувствовала, как щеки наливаются жаром, — … к завтраку не явились ни мой брат, ни Филомена, я конечно удивился, но не слишком расстроился. Наоборот перспектива провести время только с тобой грела мое сердце ровно до того самого момента пока я не понял: ты тоже не придешь. Потом тебя долго искали по всему дому… — Танрей на секунду замер, словно к чему-то прислушиваясь, а затем вдруг предложил: — Если устала, можем немного передохнуть!