Светлана Салтыкова – Ледяные демоны: мифы и реальность (страница 20)

Я перешла на другое зрение и увидела хитросплетения нитей ярко-оранжевого цвета. Общую картину портили лишь темные прорехи, которые зияли на ауре.

— Это его ледяные демоны так отделали? — тихо спросила у наставника.

Он кивнул головой и добавил:

— Теперь именно от вас зависит, будет ли он жить дальше полноценным человеком или еще долго проваляется на больничной койке!

Мой глаза округлились: а при чем здесь я?

— Ваша задача состоит в том, чтобы помочь ему. Я запретил другим врачевателям даже близко подходить сюда, пока вы не сделаете самостоятельно хотя бы один шов. Так что смотрите, сейчас все зависит только от вас!

— Но наставник… — взмолилась я.

— И не спорьте! Я подожду вас за дверью.

А затем… затем он вышел! И я осталась один на один с пострадавшим.

Растерянность, недоверие, стыд за собственную беспомощность, гнев на господина Ноэля — все это переполняло меня, превращаясь в просто гремучую смесь. Тысячи мыслей, одна отчаяние другой, проносились в голове. Я понимала, что помощь врачевателей требовалась незамедлительно, но вот в полезности такой недоучки, как я, сильно сомневалась. «Ну, что я могу? У меня ни разу не получился даже самый малюсенький стежочек, не то что шов! — думала с отчаянием. — И если наставник сказал правду, то сейчас жизнь и здоровье стража зависят лишь от меня».

Я шумно вздохнула и уставилась на свои пальцы, которые искрились желтыми, красными и оранжевыми нитями. Так красиво… и так бесполезно… Но теперь я не была на учебной тренировке в зале для медитаций, а в больнице наедине с реальным человеком. Значит, прочь сомнения! Нужно пробовать!

Я сосредоточилась и попыталась подцепить паутинку, она легко поддалась и повисла на ладони. Затем следовал новый этап, который и оказывался всегда провальным: как только я пыталась оторвать ниточку от общей массы, она тут же начинала извиваться, выскальзывать, втягиваться назад — и я сдавалась, однако, в этот раз все должно было произойти совершенно по-другому. Десятки попыток, чуть дрожащие пальцы, боль в висках, покрасневшие от напряжения глаза… Но я смогла! Я выдернула нить, резко, молниеносно, и не теряя ни секунды начала сшивать непослушными руками края совсем крошечной прорехи. Стежки получались не одинаковыми, кривыми, но черное пятнышко постепенно затягивалось, а я все торопилась, и торопилась, держа в своих руках судьбу другого человека.

— Все хорошо, Аника! Не спешите! У вас получается! — неожиданно раздался совсем рядом голос господина Ноэля.

Я даже не заметила, как он подошел! А когда мне удалось-таки закончить работу, и тоненькая ниточка перестала виться в моих руках, к пациенту подскочила еще одна врачевательница и черные прорехи стали быстро, словно по волшебству, затягиваться просто на глазах. «Вот это класс! Вот это мастерство!» — мысленно отметила с легкой завистью.

— Ничего, у вас тоже когда-нибудь получиться не хуже, а может быть даже и лучше! — улыбнулся наставник, легко прочитав мои мысли.

Когда мы вышли из больницы, я поинтересовалась у него, зачем он поступил так необдуманно и даже жестоко, при чем не только со мной, но и с тем беднягой, который попал в мои «криворучки».

— Аника, я испробовал все из своей многолетней практики, но раскрыть твоих способностей никак не мог, хотя видел, что аура у тебя очень сильная, сильнее чем у обычных врачевателей! Мне иногда кажется, что она даже ближе к аурам стражей, чем к нашей лечащей братии.

Я покачала головой: решение господина Ноэля хоть и дало результат, но все равно показалось жестоким. Мне вспомнился собственный ужас, груз ответственность, которого я раньше никогда так остро не чувствовала. Не знаю, правильно ли поступил наставник и спорить с ним не буду, но факт остается фактом: он добился того, чего хотел.

После занятия я ползла к общежитию в обнимку с усталостью и бесконечным пофигизмом, а у меня ведь еще были на сегодня не менее важные планы, чем лечение стража. Личные проблемы давно сидели на трибунах и громко скандировали: «Реши нас! Реши нас!» Я помотала головой. «Аника, только не отключайся», — пробормотала тихо и поспешила в сторону архива. Время поджимало. Сегодня выпадал один из тех немногих удачных моментов, когда я могла его обследовать. Мне повезло совершенно случайно еще пару дней назад услышать от Темьен очень полезную новость: его кузен собирался в город, а это значило, что архив наконец-то будет свободен.

И вот я оказалась у знакомой двери, за которой томились тонны ненужной информации и крохи полезных сведений. Пришлось долго шарить по карманам, пока не отыскался ключ. Его я совершенно «случайно» одолжила у Дерека. И вот наконец я ступила в царство книг.

В архиве стоял густой мягкий полумрак, наполненный пылью и знаниями. Я надавила на небольшую пластину у входа, и помещение тут же наполнилось неярким светом небольших магических светильников.

Я медленно, ряд за рядом, обошла помещение. Старые книги, свитки, украшенные тонким кружевом паутины, ну вот как среди всего этого отыскать ответы на свои вопросы?

У дальней стены обнаружился небольшой стол, за котором и работал Дерек, когда просиживал здесь сутки на пролет. Я села на его стул и задумчиво взяла первую попавшуюся книгу. Ею оказались «Исторические хроники времен первого нашествия демонов». Открыла. Листы в книге давно пожелтели, а краски немного поблекли. Затем с любопытством прочитала несколько строк и загрустила: даты и сведения, тоска и разочарование. Перевернула для уверенности еще несколько страниц и наткнулась на изображение ледяного демона. По-моему, он выглядел в этой книге еще ужаснее, чем на картинке в наших учебниках. Единственное, что меня по-настоящему заинтересовало — это огромная пламенная звезда, что резко выделялась на общем голубом фоне. А чуть ниже, под рисунком, размещалось пояснение, короткое и не понятное, впрочем, как и вся книга. «Сердце», — гласило оно. «Хм… Странно… А наставник говорил, что у демонов его нет, и они практически полностью состоят изо льда», — вспомнила я один из первых уроков.

— И что же забыла в таком месте врачевательница из младшей группы? — вдруг раздалось прямо над моей головой.

От испуга я дернулась и, неосторожно задев рукой чернильницу, смахнула ее на стол. Темная густая жидкость медленно и неотвратимо разлилась живописным узором, заливая гладкую, полированную столешницу и рукав моего любимого платья.

— Посмотри, что я из-за тебя наделала! — закричала в ответ, жутко раздосадованная такой неприятностью.

Влад, а это был именно он, словно фокусник, выхватил из кармана платок и накрыл расползающееся пятно. Ткань мигом пропиталась и приобрела темно-фиолетовый насыщенный оттенок.

— В нижнем ящике стола Дерек обычно хранит несколько губок специально для таких случаев, — пояснил он.

Вскоре я уже пыталась оттереть это огромное фиолетовое безобразие, которое украшало стол, платок Влада, мое платье и даже пальцы, кончики которых теперь казались совершенно темными. «Эх!» — мне оставалось только тяжело вздохнуть, глядя на весь этот ужас, и вспомить невезение Дерека.

— Ты просто восхитительна в своей неаккуратности! — хмыкнул мужчина, с интересом разглядывая, как я старательно тру свой рукав.

— Не надо комплиментов! — съехидничала в ответ, решив, что если помирать, так с музыкой.

Ну, поймал меня на горячем! Ну, нашел в архиве! Поду-у-умаешь! В конце концов, что тут такого?! Ну, вот тянется девушка к знаниям, разве это плохо?!

Я гордо вздернула носик и вытерла испарину со лба, а этот невозможный тип вдруг широко улыбнулся. И я совершенно отчетливо, даже без всяких там экспериментов поняла, что и он, и его поцелуи мне действительно нравятся. От этой мысли я моментально покраснела, а Влад, словно почувствовав, о чем я сейчас подумала, улыбнулся еще шире.

— Со мной что-то не так? — смущенно спросила у него.

— Нет, что ты! Просто у тебя очень запоминающаяся внешность.

Я подозрительно прищурилась. Ох, и темнит он что-то!

— Только рукавом больше лицо не три! — добавил он, а в глазах заплясали смешинки.

Мой взгляд снова уперся в огромное пятно, расползшееся на платье. И вот оно долгожданное озарение! Как я только могла забыть о чернилах?! Моя голова завертелась в разные стороны в поисках зеркала. Всевышний, так стыдно и неудобно мне еще никогда не было! Я так хотела, чтобы Влад воспринимал меня как красивую девушку, а не смешного глупую девчонку, которая еще не вышла из детского возраста — и тут надо же, такая неприятность!

— Да, не волнуйся ты так! — усмехнулся он. — Сейчас все исправим!

Я захлопала глазами и жалобно уставилась на него.

Влад достал еще один чистый платок, легким, мягким прикосновением убрал волосы с моего лба, и потер чернильные пятна.

— Ну, как? — тут же взволнованно спросила у него.

— Не оттираются, — философски протянул он.

— И что теперь делать?!

— Ну, пожалуй, сильно не расстраиваться. Они же не вечно будут украшать твое лицо.

— А сколько? — проговорила испуганно.

Мужчина оценивающе посмотрел на меня.

— Несколько дней, не больше, — выдал он наконец свой вердикт.

А мои глаза тут же наполнились слезами: мало того, что перед ним опозорилась, так теперь придется еще и по всей башне в таком виде ходить.

— Помоги мне, — в отчаянии прошептала я и схватила его за руку.