Светлана Пригорницкая – Ангел + ангел + студент (страница 7)

Отхлебнув глоток, Кирилл отставил чашку на край стола. Чашечек для кофе было две, но хозяин гостю кофе не предложил. Отвернувшись, Игорь сделал вид, что не очень-то и хотелось и перевёл взгляд на фотографии за стеклянной дверкой шкафа.

Из белых тяжёлых рамок смотрели две девушки. Чуть полноватая брюнетка улыбалась в объектив. Уголки крупных губ были едва приподняты, и улыбка читалась скорее в прищуренных глазах, сверкающих из-под длинных ресниц. Несмотря на бросающуюся на первый взгляд простоту, в девушке просматривалась элегантность, свойственная, как считал Игорь, «породистым» дамам. Но главное, в её глазах читалась какая-то внутренняя заполненность. Наверное, именно такие девушки могут блуждать по джунглям Южной Америки, подниматься на Эльбрус, проехать автостопом с незнакомым бродягой. Девушка на второй фотографии была её полной противоположностью. Длинные белые волосы, тонкие губы, голубые глаза и абсолютная внутренняя пустота. Во всяком случае так казалось Игорю.

Искоса Кирилл изучал взгляд Игоря. Слегка презрительный на фотографию своей гражданской жены Сони и затравленный на фото Агаты. Кажется, Агату он ненавидел и боялся даже на фотографии. Впрочем, дочь Кирилла отвечала родственнику тем же.

– Что за срочность? – устало закуривая сигарету, произнёс Кирилл.

– Сонька дома не ночевала, – сквозь зубы процедил Игорь.

– Ты о ком в подобном тоне говоришь, Козодоев? – поперхнувшись дымом, закашлялся Кирилл. – Какая она тебе Сонька?

   От возмущения он даже не сразу понял суть сказанного. Залпом выпив остаток кофе, Кирилл удивлённо повернулся к собеседнику. Наконец, до него дошёл смысл фразы. Аккуратно затушив сигарету, он развязал тугой узел галстука и приказал:

– Подробнее.

– Таскалась всю ночь наша Софья Эдгаровна с мальчишкой-студентишкой. Домой припёрлась, глазки блестят, губки горят. Ну девица из темницы, ни дать-ни взять.

– С Софьей всё понятно. Ты, козёл высокооплачиваемый, где был?

– А вы меня не купили, – с вызовом тряхнул крашенными кудрями визави. – Занят был.

От такой наглости глаза Кирилла полезли на лоб.

– Чем же ты был занят, если твоя непосредственная работа, Геша Козодоев, не выпускать Софью Эдгаровну из кровати? И чтобы она, Софья Эдгаровна, даже не задумывалась о других мужиках. Ты, малыш, потерял квалификацию? Тебе выписать отдельную статью расходов на «Виагру»?

– Не смейте со мной так разговаривать, – подскочил с кресла Игорь и без разрешения вынул сигарету из пачки, лежавшей на краю стола. – Я четыре года, как верный пёс, таскаюсь за ней. Я оставил блестящую карьеру, отказался от личной жизни… А где благодарность?

– А на банковской книжке ты ничего не находишь в конце каждого месяца? – Кирилл вышел из-за стола. Подойдя к собеседнику, он толкнул его назад в кресло и навис, сверля злым взглядом. – Кстати, по поводу твоей карьеры. Я тут растерялся. Звонками завалили. То Кельвин Клейн. То Джордж Армани. Звонят, плачут, куда делась наша супермодель Геша Кемпбел? Или ты у нас под псевдонимом Геша Мосс дефилировал? Нет, дружочек. Давай-ка вспомним твою карьеру. В каком возрасте ты стал лицом Урюпинской фабрики туалетной бумаги? «Мистер обосрись и оботрись». В восемнадцать? Блестящее начало карьеры. Что у нас дальше? Дефиле в избе-читальне села Зажопинска? Напомни-ка мне, Геша, что я упустил? И глазками ты на меня не сверкай. О личной жизни он размечтался. Забыл, как «Мивину» с «Дошираком» по три раза в день жрал. Я за половину тех денег, что тебе платил, куплю этого пацанчика, который Софье понравился, и будет он работать не покладая… Ну в общем, хорошо работать будет.

– Помечтайте, Кирилл Александрович, – пряча раздражение, буркнул Игорь. – Только пацанчик этот к деньгам может оказаться гораздо равнодушнее, чем вам хотелось бы.

– В каком смысле? – Кирилл закурил новую сигарету и отошёл к открытому окну.

   Вид вновь развалившегося в кресле Игоря теперь не раздражал его. Были проблемы посерьёзнее.

– В таком смысле, что предложил я ему бабок, только пацанчик пальцы веером раскинул и послал меня подальше.

– Сколько предлагал?

– Сто баксов. Для студента сумма более чем внушительная.

–– Жлоб, – скрипнул зубами Кирилл, яростно затягиваясь сигаретным дымом.

– Может и жлоб, – покладисто согласился визави. – Только дело ведь не в сумме. У мальчика принципы. А купить принципы, Кирилл Александрович, даже вам слабо. Так что раскидываться проверенными кадрами я бы вам не советовал. С Сонькой… Пардон. С Софьей Эдгаровной мы по-семейному разберёмся, а вот пацанчика возьмите на себя. Не хочу его больше видеть в моей кровати.

За дверью послышался шум. «Кирилл Александрович занят»: – истерично шептала секретарша. Вслед за этим высказыванием последовал такой поток отборного мата, что мужчины смущённо переглянулись и опустили головы. Дверь распахнулась и в кабинет влетела Агата. Игорь сжался в кресле, стараясь стать совсем незаметным. Судя по растрёпанному виду девушки, новость уже дошла до неё и вызвала определённый душевный резонанс.

– Я так понимаю, что совет уже в Филях? – не здороваясь, зарычала она, по-кошачьи подбираясь к скукожившемуся в кресле Игорю. – Могу я узнать, где тебя носило и почему Сонька вынуждена была пойти на презентацию одна? Или ты считаешь себя непревзойдённым?

– Агаша успокойся, – не поднимая головы, буркнул Кирилл. – Что случилось, то случилось. Корни проблемы мы выясним потом. Сейчас надо в экстренном порядке решать, что делать с этим студентом? Он, кстати, из какого учебного заведения?

– Из нашего, – девушка устало плюхнулась на огромный кожаный диван и, открыв сумочку, принялась остервенело что-то искать. – Я его видела несколько дней назад. Наша Сонька-добрая душа спасала болезного от мигрени. Никогда бы не подумала, что у сестрёнки такой дешёвый вкус. Мальчишка так себе, по всем показателям. Хотя, говорят, на презентации выглядел весьма презентабельно. Простите за тавтологию. Ладно, на нашу удачу живёт этот Ромео в общежитии, так что завтра же придётся его навестить. Достань аппаратуру покруче, – перевела она взгляд на Игоря, – и, чтобы сегодня всю ночь, как Алёша Стаханов вкалывал. Чтобы наша престарелая Джульетта завтра даже не вспомнила о мимолётном свидании. Ты, кстати, ещё помнишь, что с женщиной в постели делать надо?

– А ты хочешь мне мини-курс по сексологии преподать? С практическими занятиями? Так я не против. Можешь даже экзамен принять после трудов праведных.

– Ты чё, манекен, совсем нюх потерял? – лицо Кирилла начало медленно наливаться яростью.

– Ладно, – устало бросила Агата, собирая в сумочку разбросанные вещи. – Твоё поведение мы обсудим на следующем заседании. А сейчас не до скандалов.

ГЛАВА 7

Первые трудности

   Соня и Максим медленно шли по прожаренной за день мостовой. День выдался тяжёлый и встреча, которую каждый ждал с таким нетерпением, началась совсем не так, как они хотели. Максим кусал губы и пытался найти слова, чтобы начать неприятный разговор, а Соня, как назло, казалась всё более далёкой и закрытой. Наконец, глядя куда-то в сторону, девушка тихо констатировала:

– Ты хочешь поговорить со мной о чём-то важном? Я правильно поняла твоё молчание?

– Да, – потупил глаза Максим и по привычке засунул в рот ноготь большого пальца.

   Соня улыбнулась, знакомы всего несколько дней, а она уже знает, что Максим всегда грызёт ноготь большого пальца, когда начинает нервничать. Прикусив губу, она попыталась мысленно восстановить в памяти, как ведёт себя Игорь в таких случаях. И не смогла. Нервничал тот часто, а вот что-нибудь из его привычек так и не вспомнила. Медленно развернувшись к Максиму, Соня подняла свои ухоженные руки и, поиграв пальцами, пошутила:

– Если тебе поможет, то могу предложить мои ногти.

   Шутку Максим не оценил и, резко отдернув палец, поморщился.

– Максим, – начала Соня. – Ни ты мне, ни я тебе ничего не должны, поэтому можешь говорить всё, что думаешь. А можешь ничего не говорить. Я и так всё пойму.

– Не знаю о чём ты сейчас подумала, – буркнул Максим, раздражённо мотнув головой, – но у меня, действительно, есть разговор, который нельзя откладывать.

   Соня оперлась руками о поручни моста и подставила лицо уходящему солнцу. Казалось, она прекрасно знает о чём пойдёт речь и заранее решила для себя, каким будет финал их беседы.

– Тебе надо сводить свою сестру к психиатру, – наконец выпалил Максим и тяжело вздохнув, опустил голову.

– Куда сводить? – изумлённо прошептала Соня. – В каком смысле, к психиатру?

– В самом прямом, – прошептал Максим, пиная ногой оказавшийся рядом камешек. – Извини, что лезу в дела твоей семьи, но это касается тебя. Мне не хотелось бы, чтобы эта припадочная дама когда-нибудь кого-нибудь атаковала.

– Максим, – тихо позвала Соня, Повернувшись, девушка подняла руки и крепко сжала в ладонях его лицо. Максим громко сглотнул образовавшийся в горле ком и судорожно втянул воздух. – Отсюда поподробнее.

– Позавчера возвращаюсь из университета, не успел переодеться, как заходит ваша Агаша и начинает устраивать стриптиз.

– Ну, это у нас семейное, – пробормотала Соня, едва заметно кивнув.

– То же самое сначала подумал я. Но потом началось самое страшное: по-моему, твоя сестра извращенка.

– Дурачок, – неожиданно захохотала Соня. – Молодая красивая девушка предлагала тебе свои услуги. Да любой мужчина счёл бы за счастье воспользоваться.