Светлана Подклетнова – Пламя замёрзшей души (страница 8)

«Поплыли повыше, – сказала сказочная принцесса. – Посмотрим, что там происходит».

Они повернули лодочки и оказались прямо над войсками сказочного и соседского королей. Войска озарило светом, который исходил от сказочной принцессы. Люди подняли головы и увидели сказочную принцессу и маленького принца рядом на золотых лодочках.

Сказочная принцесса весело рассмеялась.

«Посмотри, – сказала она маленькому принцу. – Какие они все серьёзные».

От смеха лицо маленькой принцессы озарилось невероятным сиянием. Все воины сразу расхотели драться и захотели домой. Отцы услышали плач своих детей. Железные лодочки стали разъезжаться по разным королевствам. Небо очистилось, и на нём остались только маленький принц и сказочная принцесса.

«Мне пора домой. – Сказала сказочная принцесса. – Я хочу спать».

«А я люблю спать днём, а по ночам ездить по небу в золотой лодочке», – ответил маленький принц.

«До свидания», – сказочная принцесса поцеловала маленького принца на прощание и уплыла в своей лодочке.

С той поры лицо маленького принца всегда озаряет свет. Конечно, не такой яркий, как у сказочной принцессы, но все же достаточный, чтобы осветить землю во время его ночных путешествий.

Иногда маленький принц и сказочная принцесса встречаются. Обычно это бывает либо поздно вечером, либо рано утром. При встрече они улыбаются друг другу, весело машут друг другу рукой, но никогда больше не разговаривают. Ведь маленький принц любит отдыхать днём, а гулять ночью, а сказочная принцесса, наоборот, гулять днём, а спать ночью.

Теперь в сказочном королевстве снова воцарились мир, покой и благоденствие, а в соседском королевстве людям стало жить веселее, потому что они узнали сказочную принцессу и тоже теперь выходят поглядеть, как она гуляет по синему-синему небу в своей золотой лодочке…

– Какая жуткая гроза, – услышала я голос мамы. – На берегу упало несколько деревьев.

Я открыла глаза и подняла голову.

– Смотри, малышка перебрала всю землянику и уснула прямо на столе.

– А где Павлик?

– Мы ездили загорать. Он спит. Иди и ты в постельку, крошка.

– Я люблю тебя, мама.

– И я люблю тебя, малышка.

Мама взяла меня на руки и отнесла в кровать. Мне не надо было предлагать уснуть второй раз. Я закрыла глаза и уплыла в никуда с маленькой балериной, которая кружилась, кружилась, кружилась…

Я шла по поляне к озеру, наблюдая, как надо мной летала большая птица. Крылья у неё были иссини черными. Расправив их, она парила под тяжелыми серыми облаками, которые как бы давили на меня своей мощью. Птица смотрела на меня и явно намеревалась что-то сказать, но, по всей видимости, говорить все же не умела. Мне хотелось взлететь и приблизиться к птице. Я знала – я смогу, но ощущала давление огромных облачных глыб и не решалась осуществить свою мысль. Птица еще пару раз махнула мне крыльями и улетела.

Я взглянула себе под ноги. На полянке, по которой я шла, земляники было видимо-невидимо. Нагнувшись за ягодкой, я уже было решила положить её в рот, как увидела большие белые хлопья, падающие с неба. Это был снег! Снег в начале июне! Стало холодно. Красивые искрящиеся снежинки падали прямо на ярко-красные ягоды. Зрелище завораживало. Я поймала одну снежинку. Она медленно таяла у меня на ладони. Новый год! Как я люблю Новый год! Тогда тоже идет снег… Морозец слегка пощипывает за щеки. Как хорошо! Покой посетил мою душу. Я села посреди полянки и ловила падающие снежинки. Снежинки кружились, кружились… Едва коснувшись земли, сразу таяли… Таяли на моих ладошках, волосах, на моём халатике.

Я подняла голову. Уже не осталось серых туч, только кружение белого, ласкового снега. Я легла на землю и смотрела, как снег падает с небес.

Это было незабываемое зрелище. Сверху белые снежинки сливались в одну воздушную массу, а ближе ко мне рассыпались бесчисленными узорными пластинками. Они падали мне на плечи, на руки, на лицо, на шею. Потом подул легкий бриз. Снежинок становилось все меньше и меньше. Ветерок разогнал тучи. Небо стало ясным. Весело светило солнышко. И вдруг, прямо с ясного неба грянул гром.

Я открыла глаза. Я лежала в своей комнатке, на панцирной кровати. От беленой печки у меня в ногах исходило приятное тепло. На столике около моей кровати стояла банка с полевыми цветами, которые я собрала позавчера на полянке.

Я спустила ноги с кровати. Кровать была очень высокая, и ноги не доставали до пола. Спрыгнув, я подошла к окну. За окном шел дождь. Было сумеречно. Ярким зигзагом молния разрезала небо. Через некоторое время раздался раскатистый гром.

Я сняла ночную рубашку, надела халатик и пошла в кухню.

Дедушка растапливал печь, бабушка накрывала на стол, Павлик читал какую-то книжку.

– Доброе утро. – Я уселась рядом с братом. – Что читаешь?

– Смотри!

Это был журнал «Радио».

– Я буду делать радиопередатчик! А сейчас я учу азбуку Морзе.

– Подмети в доме.  – Сказала бабушка. – На улице сыро. Грязи нанесли.

Я взяла веник и стала подметать, начав со своей комнаты, потом Павликину, затем бабушкину, кухню и прихожую.

Когда я вымела весь дом, бабушка уже накрыла на стол.

– А мы не пойдем сегодня в столовую? – спросила я.

– Нет. В столовую пойдут папа и мама, а Вам я приготовила поесть дома.

Я села за стол.

Я очень люблю бабушку, но терпеть не могу ее стряпню. Конечно, не всю. Уху она варит очень вкусную. Но сегодня на столе стояла не уха. Густой суп непонятно из какого мяса. И что самое главное – непонятно из какой крупы. Полужареный-полутушеный картофель. И чай – если это можно назвать чаем – чуть-чуть подкрашенная сладкая водичка.

То ли дело баба Лиза. Вот она-то готовит – так готовит! Всегда вкусно…

Баба Лиза – это мама моего папы. У неё очень больные ноги, но она знает столько удивительных историй. Я люблю ездить с ней на дачу. Саму дачу я не очень люблю. Больше всего меня в ней угнетает забор: за него нельзя заходить, а я люблю простор. Вот на турбазе хорошо! Иди, куда глаза глядят. Главное возвращаться вовремя.

Я ковырялась ложкой в месиве, которое баба Тоня называла супом и думала о том, какой вкусный завтрак сейчас в столовой. Небось молочная каша, сметана, какао или кофе и хлеб с маслом…

– Ешь быстрее! – Дед с удовольствием уплетал бабушкин завтрак.

– Хорошо, дедушка, – я рискнула положить ложку супа в рот.

«Ничего, – подумала я, – есть можно, особенно если очень голодная». Я с трудом, давясь, доела суп.

– Поешь картошечки. – Бабушка накладывала мне в тарелку картошку.

– Спасибо, бабушка, я не хочу, я наелась.

– Без «не хочу». Ешь, сказала!

Господи, я не съем это до обеда…

Что самое интересное – это то, что все уже всё съели и, кажется, остались довольны. Может быть, это я такая привереда? Бабушка обидится, если я не доем эту картошку. Или, чего доброго, подумает, что я заболела. Я взяла вилку и стала есть.

– Как ты держишь вилку?! – Дед смотрел на меня со всей строгостью, на которую только был способен. – Так держат только ложку. Возьми вилку правильно!

Я повернула вилку и продолжила «трапезу». Наконец-то я наткнула на вилку и отправила в рот последний кусочек картошки. Чай я, наверное, осилю. После всего съеденного жутко хотелось пить. Я даже налила себе добавки. Всё! Эх… Чем-нибудь сладеньким бы заесть. Там, наверху лежат конфеты, но не стоит даже просить – не дадут. Нам с Павликом выдадут по конфетке только после обеда.

В дверь постучались.

– Заходите, заходите. – Бабушка гостеприимно пошла в коридор. – Машенька, проходи.

– У тебя тут сегодня народу полно. У нас осталось несколько порций от завтрака – возьми.

– Спасибо, Маша. Обед мне готовить не придется.

Я радостно вздохнула.

– На обед я, может, тоже чего принесу. Хлебушка вот ещё возьми.

На улице всё ещё шёл дождь. Во время дождя не покупаешься и на поляну не сходишь. Вообще из дома вряд ли отпустят. Хотя…

– Бабушка, я схожу в туалет.

– Иди.

Я вышла на улицу. Не такой уж сильный дождь. Чего они все всполошились. Подошла к берегу. На Волге был шторм. Да не просто шторм, а штормище! Белые барашки – я скорее бы назвала их баранами – были со всех сторон. Они давили друг друга, ветер был настолько сильным, что сносил деревья. Несколько поваленных деревьев было на соседнем острове. Мне стало холодно. Я поёжилась и решила идти вглубь острова. За десять метров от берега опять было тихо и не очень мокро. Деревья скрывали меня от дождя и ветра. Танюшка сидела на веранде барака и скучала.

– Пойдем в домик на детскую площадку играть в карты! – Выпалила она, увидев меня.

– Сейчас, только бабушку предупрежу!

Я побежала домой.

– Бабуль, я пойду на детскую площадку в домик с Таней? – выпалила я, едва открыв дверь.