Светлана Павлова – Принцесса-рыцарь – 7: Честь круглого стола (страница 14)

– Среди нас есть ещё одна представительница королевской крови. Это известная тебе Вероника.

– Ты шутишь?

– И не намереваюсь, – Мирддин серьёзно глядел на парня. – Вероника подарит тебе сыновей, а род Гвиневры запятнал себя.

– Я не верю, что Вероника принцесса, – хмыкнул король. – Драться она умеет, но мне нужна королева, а не воительница.

– Согласна с вами, ваше величество, – раздался несколько недовольный возглас Вероники.

Принцесса подошла к мужчинам, осматривая каждого с ног до головы. Она уверенно и гордо посмотрела в глаза Мирддину и заявила:

– Каждый должен сам сделать свой выбор, не основываясь на мнениях других. Я не знаю откуда у вас такие сведения обо мне, но вы знаете не всё и не полностью.

– Может объясните нам, ваше… – начал было Мирддин.

– А вот и я! – раздался весёлый голос Ллина и он провёл рукой по струнам лютни.

– Ллин! – Вероника была необычайно рада, что именно он прервал этот ненужный разговор.

Мирддин смотрел на Ллина и молчал.

– Не узнаёшь старого друга? – серьёзно спросил Ллин у Мирддина.

– Узнаю, – маг приветливо склонил голову.

Вероника и Артур были необычайно удивлены такой учтивости перед обычным, на первый взгляд, бардом. Ллин в свою очередь преклонил голову перед Артуром.

– Вот, значит, на кого пал твой выбор, – бард осмотрел Артура. – Достойный. Но тот ли он? Поднесите мне чарку игристого вина и я расскажу балладу былых времён.

– Лучше поведай о временах сегодняшних, – Мирддин указал рукой в сторону, намекнув следовать за ним.

Оба поспешили уйти.

– Ты – принцесса? – король осмотрел девушку с ног до головы.

– Меня называют принцессой-рыцарь, сир, но танцевать я умею, – улыбнулась Вероника. – Вашу даму сердца уже увлекли, – она кивнула в сторону.

Артур недовольно вздохнул, смотря на Гвиневру и Ланселота. Вероника, недолго думая, схватила Артура и повела в круг танцующих.

– Кажется я тоже увлёк чью-то даму, – король кивнул на недовольного Эрика.

– Танцевать с королём – это честь. Так что не вижу в этом ничего зазорного, – улыбнулась воительница.

Вскоре музыка сменилась. Вероника и Артур оказались около Гвиневры и Ланселота. Ланселот тут же отступил от принцессы. Улучив момент, Артур протянул руку Гвиневре. Девушка сделала лёгкий реверанс и стеснительно улыбнувшись положила свою ладонь на ладонь короля. Возле Вероники тут же оказался Эрик, ведя девушку в следующем танце.

Ланселот неловко вздохнул и отошёл в сторону от танцующих.

– Если бы они все знали правду, – прошептал Эрик и тут же встретил недовольный взгляд принцессы и явные намерения вырваться, но он крепко держал её за руку. – Но я не дурак, – дополнил он. – Я не хочу, чтобы наши титулы раскрыли.

– Здесь и так тайн хватает, – кивнула Вероника и танец продолжился. – Ллина видел?

– Да. Он и Мирддин прошли мимо нас и даже ничего не сказали. Что здесь происходит?

– Хотела бы я знать.

К Ланселоту подошла темноволосая девушка немногим младше Гвиневры и протягивая ему бокал с вином проговорила:

– Не повезло?

Ланселот взял предложенный бокал и лишь мельком глянув на девушку, отвёл взгляд в сторону.

– Говорят, ты спас её? – вновь спросила девушка.

– Да, – он наконец-то оглядел достаточно милую мордашку, явно не похожую на простую служанку, и быстро опроверг, – Нет. Я просто помог. Король Артур её спаситель.

– Ты противоречишь сам себе, рыцарь, – засмеялась она. – Я Элейн. Идём танцевать.

Ланселот залпом опустошил бокал и посмотрел на улыбающуюся девушку.

– Замечательное вино, – похвалил он напиток.

– Отец приказал достать самое лучшее из наших погребов, – ответила Элейн.

Рыцарь с трудом осмысливал сказанные ею слова.

– Не захочет ли великий рыцарь пригласить на танец ещё одну принцессу? – улыбалась Элейн.

– Ты… вы… – потерялся Ланселот.

– Я одна из сестёр Гвиневры, если быть точно, то вторая по старшинству, – Элейн забрала у Ланселота бокал и вместе со своим поставила на край одного из длинных столов. – Что же вы застеснялись, рыцарь. Я не кусаюсь.

Девушка быстро увлекла рыцаря в круг танцующих.

– Хочу спросить кое о чём, – Артур увёл Гвиневру чуть в сторону от танцующих. – Только пообещай, что дашь честный ответ, каким бы он не являлся, и не зависимо от того, что я король.

– Хорошо, – кивнула удивлённая девушка. – Спрашивай.

– Там, у пещеры монтикоры, моё желание было лишь одним – избавить мир от этой твари. Но узнав, что ты принцесса, моей честью стало защитить тебя и вытащить из лап чудовища. И теперь я уже не стану прежним, если не спрошу: готова ли ты остаться со мной и отправиться в Камелот в качестве моей королевы?

Гвиневра немного смутилась, опустив глаза. Она мимолётом посмотрела на танцующих и на почётные места, где восседал её отец и три королевы, среди которых была её мать. Потом её что-то заставило сдвинуть взгляд, и она уловила жгучие глаза Ланселота, который танцевал с её сестрой, но смотрел на неё. Что-то в этом рыцаре было пугающее и манящее одновременно. Она быстро отвернулась и взглянула Артуру в глаза. Он был иной, не такой, как Ланселот, несколько по-детски прямолинейный, а к Ланселоту её тянула его загадочность. Оба парня были ей дороги, и выбор был не простым.

– Ты выйдешь за меня замуж? – уже без всяких пафосных намёков спросит Артур.

– Это честь для меня, сир, – Гвиневра чуть склонила голову. – Я готова стать твоей женой и королевой.

Артур взял девушку за руку и поцеловал кончики её пальцев, и подняв вверх руку, повёл принцессу к королевской половине стола. Музыканты перестали играть, а танцующие расступились в стороны. Все затихли, не понимая в чём дело.

– Король Леодегранс, – громко проговорил Артур. – За спасение вашего королевства вы предложили нам выбрать всё, что мы хотим. Для меня важна только дружба между нами. Пусть же её залогом станет соединение наших королевств. Я прошу руки вашей дочери Гвиневры.

Гости сначала затихли, а потом громко захлопали в ладоши. Жители этого королевства понимали, насколько важным будет это сотрудничество, особенно благодаря величию Артура, как воина, и Мирддина, как неординарного советника и стратега.

Ланселот при этих словах вздрогнул, смотря на Гвиневру, и она тоже уловила его взгляд, но тут же отвернулась, поймав на себе пытливый вездесущий взгляд Мирддина, который как-то неожиданно оказался среди гостей, и вид его был недовольный. Около него стоял Ллин. Бард ударил по струнам и подходя к величественным особам, запел:

На последних словах песни, Ллин поклонился Артуру и Гвиневре, а потом и королю Леодегрансу.

– Что значит твоё предсказание бард? – спросил король Леодегранс. – Это хула, или похвала?

– Ни то и ни другое, сир, – ответил Ллин. – Это всего лишь начало того, что должно иметь своё продолжение.

– Тогда я согласен отдать мою дочь Гвиневру в жёны королю Артуру, – громко и величественно провозгласил Леодегранс. – Меня не пугают предсказания. Я хочу только мира и порядка. Для нас великая честь иметь такого союзника. Я готов объединить наши армии для отражения атак саксов. Давайте выдворим этих варваров из наших земель навсегда! – король победоносно поднял вверх кубок с вином.

Все гости возликовали. Было понятно всем, что этим двум армиям не будет равных.

– Что приуныл? – спросила Элейн у Ланселота, – Хоть мы сёстры только по отцу, я рада, что Гвиневра станет женой Артура и наконец уедет отсюда. Эта смутьянка всех женихов от нас отвадила. А теперь они повалят толпами.

Ланселот молчал. То, что он хотел сказать принцессе после танца, уже не имело смысла. Его опередили. Но он видел, что она смотрит на него, и не мог понять зачем.

– Какая чудесная мелодия! – раздался громкий радостный мужской голос. – Брат мой, почему ты не позвал меня на праздник. Ты же знаешь, как я люблю музыку.

Из толпы вышел мужчина, чуть старше короля, в длинном халате и странном колпачке, босыми ногами вступая по каменному полу двора. Все расступились, с явным интересом осматривая того, о ком не принято было даже вести разговор.

– Господин Риддерх, вы опять забыли надеть сапоги! – следом бежал пожилой седовласый камердинер, держа в руках обувь.

Камердинер поклонился Леодегрансу и тут же опустился на колени возле своего подопечного, желая обуть господина.

– А я и не заметил, – он быстро сунул ноги в сапоги. – Что ж ты раньше не сказал? – он осмотрелся по сторонам на затихших в нерешительности людей. – Я так давно не был в обществе, что обо мне скоро забудут, как о нашем бедном отце, который до сих пор удит рыбу на озере.

Ллин подошёл к ещё одному представителю королевской династии и спросил: