Светлана Патрушева – Архетипы в русских сказках (страница 10)
«Волшебное перо» это и перышко Финиста-ясна сокола, и перо Жар-птицы. Этот предмет предвестник новой, совсем другой жизни, и здесь надо понимать, что главные герои хотели именно этот предмет, и у них уже было представление о той птице, у которой есть волшебное перо.
«Аленький цветочек».
В сказке «Заклятый царевич» это просто волшебный цветок. «Аленьким» он стал уже в авторской интерпретации Сергея Аксакова. Цветочек, это символ таланта, в особенности по раскрытию женственности, сексуальности, эмоциональности. Причем, и в женщине, и в мужчине. И там же, в этой сказке, есть еще два интересных предмета.
«Венец», украшение на голову, которое заказывает старшая дочь и «волшебное зеркало», в которое смотрится средняя дочь. Венец как убор на голову, как подтверждение статуса, разумности и признанности во внешнем мире, зеркало как подтверждение собственной красоты, статуса во внутреннем мире. То есть «венец» про то, что «я хочу, чтобы меня видели другие», а «зеркало» про то, что «я хочу увидеть свою собственную красоту». «Аленький цветочек» это самоценный предмет, которым можно любоваться. Он настолько красивый, что забывается эго и остается только самость. «Аленький цветочек» помогает встретиться с собственной «тенью», с чудовищем. Кстати, в аутентичной сказке про цветочек, царевич не чудо страшное, а царевич-змей, который живёт на острове.
«Полотенце и гребень».
В сказках, где у героя есть полотенце и гребень, он может кинуть их, и тогда на месте гребня вырастет лес, а на месте полотенца образуется река, и тёмные силы его не догонят. Ещё полотенце кидают через огненную реку, чтобы образовался мост, и можно было перейти за границу, миновать препятствие. Это ресурсы, твои собственные способности и возможности. Когда надо, можно бросить полотенце разольётся река, и никто не догонит. Если вперед надо пройти, тоже бросаешь полотенце. Герой по-разному может получить эти предметы: в одной сказке их даёт Баба-Яга, в другой он получает их от матушки когда убегает от Бабы-Яги.
«Полотенце и гребень», как правило, это дары от женской линии рода. Это те самые навыки, которым мама обучает своего ребенка: защищаться, умываться, приводить себя в порядок. В «полотенце и гребне» могут передаваться и накопленные родом знахарские целительские знания.
Так, раз в неделю поход в баню для русского человека это было не просто помыться, это целая обрядовая практика восстановления души и духа, через очищение и наполнение, через взаимодействие со всеми стихиями, иногда даже через переходы. Если ты накапливаешь этот опыт, если есть полотенце и гребень, ты всегда можешь, где надо защититься, где надо умыться. Приведение себя в порядок, очень мощная практика очищения. «Приведи в порядок разум, создай защиту», иногда надо бросить за спину гребень, чтобы вырос дикий лес, и просто не пускать зло в свою жизнь.
«Неразменный рубль».
Это состояние изобильной щедрости, такое состояние духа и души, когда ты позволяешь своим ресурсам стать бесконечными. Ты отдаешь все в дар, и сколько бы ты ни отдавал, у тебя не убудет.
Есть техника, которой меня однажды научили, а я научу тебя. Если что-то потеряно, неважно что: время в общении с кем-то, деньги, у тебя кто-то занял и не возвращает, ожидания которые не сложились, не случились, если переживаешь за собственные глупые вещи в прошлом, за какие-то ошибки, когда не нравилось что-то в себе, то всё это переключается, когда ты говоришь: «В дар!»
«Я могу себе это позволить, подарить себе пять лет идиотизма в университете».
«Я могу себе позволить потратить два часа на тупую пустую никчемную беседу о пустяках».
«Я могу позволить себе подарить время человеку, который достал меня уже своими вопросами, но я ему подарю — у меня много».
«Я могу себе подарить деньги, потраченные на вещь, которая мне не нужна».
Когда ты живёшь из позиции человека, который может себе дарить, у тебя сразу получается столько всего, дарёного! Ты не устаешь, вообще, а когда устаешь, то падаешь физически, потом встаешь и дальше: «В дар, в дар, в дар!»
«Я могу позволить себе проспать трое суток».
«Я могу позволить себе „слить“ что угодно».
«Я могу позволить себе потерпеть фиаско в любых отношениях».
«Я могу „потерять корону“, натереть ноги, таскаться как дура с этим чемоданом, предлагать свои книги, вести себя как идиотка».
При отношении, что «Всё это нормально» и «Всё в дар», восстанавливаешься очень быстро, потому что нет сожаления, и твой неразменный рубль реально невозможно разменять.
Когда человек цепляется за финансовые долги, то думает о них постоянно и растрачивает силы попусту. Человек, которому должны, похож на обезьянку, которая засунула лапку в ловушку, схватила там орешек и умерла от голода. Всё внимание на то, чтобы вернуть то, что у тебя забрали, а ты подари и отпусти. Вытащи свою лапу, посмотри, сколько бананов вокруг!
Такая позиция быстро выводит на ощущение чувства внутренней безграничности. Чтобы не восстанавливаться каждый раз как феникс из пепла, когда люди на тебя налетают, забирают, разбирают по частям, ты переключаешься в состояние изобильности ресурса, и восстановление проходит очень комфортно и легко. Если у тебя «неразменный рубль», то тебе обратная связь даже не нужна, нет зацикленности на ожидании сдачи, или благодарности, или какого-то ответа. Твой рубль остается неразменным.
«Скатерть-самобранка».
Тоже про изобилие, но другое, про то, о котором нужно просить постоянно. Это про умение сделать заказ, про отношения с миром. Если на неразменный рубль можно купить что угодно и сколько угодно, то здесь ты берёшь только еду, и только то, что можешь съесть, иначе испортятся, пропадут продукты. Это обеспечение уровня выживания, когда ты, например, занят каким-то крупным делом, ты идешь по пути, и это как указание, что мир тебя поддерживает, нужно только делать заказы. Про «заказы» я расскажу чуть позже.
«Печка» раскрывает базовый принцип организации женского начала. Это очень красивый, очень понятный метафорический образ. Образ того, что делать мужчине и женщине во взаимоотношениях. «Печка» это основа, базис дома. Её функция согревать, кормить, готовить, но прежде чем что-то отдать, нужно что-то взять. «Печке» нужно показать сам факт своего существования, эту потенциальность. «Печка» есть внутри человека, это чувство любви, тепла, заботы.
«Печка», это матка, мощный образ матери, женского сакрального начала. Рядом с печью не принято было «выражаться», ведь, что в печь положишь, то потом и достанешь, только уже трансформированное. То же самое и с женщиной. Образ материнского тепла, способности рождать очень перекликается с образом печи.
«Печка», это трехмирье. Наверху дети, там же и рожают, в середине готовится еда, а под печкой прах предка как хранителя дома, пространства.
Сама организация печи, это организация внутреннего пространства энергетики человека: огонь внизу, в животе вода, выше пар, все тело земля. Печь, это организация всех стихий: если у тебя дым не туда пошёл, то и каши не будет, не сварится. Если воду заливаешь туда, где должен быть огонь, не будет опять же правильного процесса. Печь очень тонкая метафора организации и человека, и его жизни, и трёх миров: царства серебряного, медного, и золотого (действий, чувств, мыслей).
Когда девушку выдавали замуж, было такое гадание интересное, она подходила к печи свекрови, прикасалась к ней. Если печь была холодная, она сразу понимала, что у неё будет тяжелая жизнь в этом доме. Если печь была теплая, то и у свекрови будет, как у матери.
«Деревья».
В русской сказке три главных дерева. Первое — дуб, там смерть Кощеева спрятана. Второе — яблоня с золотыми, наливными, молодильными яблочками. И третье — берёзонька.
Дуб символизирует мужское начало, воинское, сохранение своего рода, пути, прорастание силы, соединение верха и низа через внутренний рост, ключ к победе над Кощеем Бессмертным. Дуб как символ жизни, Кощей как символ закостенения и умирания, а дерево хранилище его смерти, такой вот парадокс.
Яблоня — символ зрелого женского мира, способность приносить плоды, рождать золотые яблоки, укрывать от гусей-лебедей, привлекать купца, как в сказке Хрошечка-Хаврошечка.
Березонька — детское, юное, беззащитное, удивительно красивое устройство мира.
«Сапоги-скороходы».
Это не только про способность быстро достигать свои цели, но и про способность завершать. Так, когда ложишься спать и продолжаешь думать о незаконченном деле, эмоционировать, пытаться завершить разговор, планировать дела, это значит, что сапоги-скороходы не сняты. Их надо снимать обязательно, чтобы они не загнали хозяина до смерти. Одевать сапоги следует, когда приходит время достигнуть какой-то цели. Они помогают думать только о выбранном деле, сосредотачиваться, и быть максимально эффективным, но как только цель достигнута, сапоги необходимо снять и больше об этом не думать, наслаждаться плодами своих трудов.
Вовремя «снять сапоги» помогает концентрация на настоящем моменте, ощущении своего тела, ресурсных состояниях. Бывает же так: бежишь-бежишь, загоняешься, и вдруг понимаешь: «Если я сейчас не встану и не полюбуюсь на эту клумбу, то я себя загоню». Надо остановиться, вдохнуть, выдохнуть, увидеть, как мир прекрасен. Понять, что ты всё равно умрешь, а пока ты живой, можешь насладиться небом, солнцем, общением с другими людьми. И, по большому счету, любые цели, к которым ты стремишься, они равнозначны. Какая разница — докторскую ты защитил, написал шедевр, или поиграл с ребенком незнакомым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Продолжение читайте здесь