Светлана Ольшевская – Прогулка в мир тьмы (страница 46)
И тут между лошадьми появились несколько коров. Одна из них выделялась – крупная, толстая, с большими рогами. Бежать ей, видимо, было тяжело – она неспешно трусила сбоку, и маршрут ее пролегал как раз мимо меня…
Пан или пропал. Я сунула веточку в карман, примерилась, оттолкнулась…
…и повисла, уцепившись за рога этой коровы. Мир летел кувырком перед глазами, руки грозили разжаться, казалось, я вот-вот свалюсь под копыта лошадей…
Но корова не мотала головой, не пыталась меня сбросить. Она еще чуть-чуть замедлила шаг, и мне этого хватило, чтобы ухватиться поудобнее и влезть на нее верхом. А дальше все было быстро и стремительно – корова понеслась вперед, прибавив скорость, я сжимала руками ее рога, изо всех сил пытаясь не свалиться. Положение мое было весьма ненадежным, но все-таки с горем пополам удавалось держаться. Краем глаза я успела разглядеть, как старая асфальтовая дорожка внизу стала широкой дорогой, вымощенной огромными каменными плитами. И вдруг стадо впереди меня стало исчезать, а спустя несколько секунд меня захлестнуло жуткое ощущение падения. Я падала куда-то вниз, как удержалась за рога – сама не пойму. А тут еще началось какое-то странное головокружение, мое сознание словно заволокло туманом, и дальше я плохо запомнила…
Очнулась я от холода. Поднялась с земли – ну еще бы, лежать на каменной плите, да чтобы не замерзнуть! Хорошо хоть, ветровку надеть догадалась, хотя она не слишком грела.
Ой, а где это я?! Вокруг раскинулся безжизненный, каменистый пейзаж – ни дерева, ни травинки, только все та же дорога, выложенная огромными каменными плитами, простиралась вперед, а вдали виднелись такие же безжизненные горы. Недалеко от меня располагалось русло небольшого ручья, только высохшее, в трещинах.
Но самым удручающим здесь было небо – серое и мрачное. Где-то из-за сплошной пелены туч проглядывало пятно светила, но стоял такой сумрак, что я не могла понять, то ли это рассвет, то ли закат, то ли вообще ночь, а за тучами прячется не солнце, а луна. Постойте, но ведь сейчас ночь, стало быть, это луна и есть… Хотя нет, вокруг слишком светло для ночи. И слишком темно для дня. Может, рассвет? Сколько я здесь пролежала?
И только теперь до меня дошло, где я нахожусь. Нижний мир, в который я так долго искала пути!
Первой была паника – как я отсюда выберусь?! Здесь же невозможно жить, это пустыня какая-то! Когда я немного взяла себя в руки, пришли более здравые мысли: Ворон обещал мне тут встречу, и где он? И где искать Вилора, в конце концов?
Но ни того, ни другого в пределах видимости не наблюдалось. Сразу стало тоскливо и уныло на душе. Все вокруг было желтовато-серым – и земля, и небо, и эти скалы вдали, и дорога. Да еще этот стылый воздух, от земли и камней тянуло могильным холодом… Из живого здесь был только ветер – легкий, холодный, но все-таки это было хоть какое-то проявление жизни, если можно так выразиться. Я огляделась вокруг. Нет, одно цветное пятнышко все-таки имелось. Там, откуда вела дорога, клубилась чернота, и в ней пестрело что-то… Да это же яблоня! Та самая, с ленточками, они-то и делали ее пестрой. Значит, там выход?
Тут я сразу успокоилась. Раз есть выход, уже легче жить. Одно было непонятным – куда я падала, если яблоня сейчас не вверху, а на одном со мной уровне?
Ладно. Будем считать, что в этом мире много странностей. Может, его зовут нижним только условно, а на самом деле он какой-нибудь параллельный?
И я пошла дальше по выложенной плитами дороге вдоль иссохшего русла ручья, в сторону гор. Если я правильно поняла, Ворон сказал, что мне предстоит спуститься к корням этих самых гор…
Вот это да! Свернув за холмик, я увидела руины города. Из земли неровными рядами выглядывали остатки старых фундаментов, кое-где возвышались обломки стен, на земле валялись занесенные пылью отесанные камни. И кости. Я их не сразу заметила, но, подойдя ближе, чуть не ахнула – под толстым слоем пыли тут и там проглядывали старые, пожелтевшие кости и черепа, давно растрескавшиеся, но не оставляющие сомнений в том, что когда-то они принадлежали представителям человеческого рода.
Тут мне снова захотелось обратно…
– Вошла все-таки, – раздалось откуда-то сбоку, издали. – Кто бы сомневался! Настырная девушка, ничего не скажешь.
Я рывком развернулась. На обломке стены вдалеке от меня сидела огромная, невероятных размеров черная птица, но стоило мне моргнуть, как в следующий момент я увидела, что там на самом деле не птица, а стоит у стены человек в просторном черном плаще непривычного для меня покроя. Его волосы, полностью седые, опускались до плеч, лицо было худым, вытянутым и настолько своеобразным, что на такого человека наверняка обернулись бы все, пройдись он по улице.
– А вы кто? – старательно обходя кости и переступая камни, я подошла поближе.
– Не узнаешь? – он с хитрым видом повернул голову, и это движение показалось мне знакомым.
– Ворон?!
– К вашим услугам, сударыня. Просто наверху приходится принимать чужое обличье, ибо свое… слишком бросается в глаза. А мне это ни к чему. Ну как тебе понравился переход?
– Было страшно, – призналась я.
– Было страшно, было опасно, – с задумчивым видом протянул он. – А будет еще страшнее и еще опаснее, дитя мое. Здесь так.
– Спасибо, утешили, – я сделала что-то среднее между кивком и шутовским поклоном. – Это и есть уже нижний мир?
– Он самый, как его люди зовут.
– А почему я падала? Нет, ну я, конечно, понимаю, что он нижний. Но яблоня-то вон она, растет на одном уровне со мной…
– Здесь тебе, дитя мое, придется привыкнуть к тому, что многие вещи совсем не таковы, как их видят твои глаза. Не все, конечно… но есть и такие. И то, что ты принесла с собой, тоже может для здешних жителей выглядеть совсем по-другому.
Я тут же представила, как мои брюки с ветровкой превращаются в нечто фантасмагоричное, глянула на себя – нет, моя одежда осталась прежней и все так же в пылище. Но в этом занесенном пылью городе такой вид казался естественным и нормальным.
– Тебе кажется – яблоня не высоко, а низко, не далеко, а близко, – продолжал Ворон. – Но попробуй-ка к ней подойти.
– Нет уж, не буду! Вдруг обратно выкинет, а одна я отсюда выходить не собираюсь!
– И правильно. У тебя бы это и не вышло, дитя мое. Это она только отсюда кажется близкой… Хотя спускаться тебе еще придется, и очень глубоко.
– Ой, а как же я… то есть мы – отсюда выберемся?! – испугалась я, глядя в сторону яблони. Она и правда казалась довольно близкой, и за ней клубилась темень. Все правильно, там ночь. А тут… непонятно что – утро, или вечер, или там вообще лампочка вместо солнца. Боковым зрением отметила, что Ворон снова стал огромной птицей, сидящей на руинах.
– В этом тебе, то есть вам, и понадобится моя помощь, – услышала я его голос. – Придете сюда, на это самое место, причем желательно до рассвета.
– А если позже?.. – на всякий случай спросила я.
– А если позже, то твоему вампиру может не понравиться выход наверх, – смех Ворона прозвучал резко в кромешной тишине этого места. – Шучу, шучу… Это не страшно, страшно другое – может вернуться он…
– Кто – он?
– Хозяин глубин. Неприятный тип, скажу я тебе. Тот самый, которого вызвал этот ваш Вальдемар и которого ты видела в облике тучи. С ним тебе лучше не встречаться, едва ли он станет вообще с тобой разговаривать. Я нарочно выбрал время, когда его нет дома. Его не было неделю, но сегодня на рассвете он вернется. Так что лучше не медли, дитя мое. А еще – остерегайся хозяйки яблони. На самом деле она стережет проход, чтобы тут посторонние не шастали. Капризная и непредсказуемая особа. Это, кстати, ее стада ты здесь видела, они выходили пастись наверх. Как ты, думаю, догадалась, на самом деле это были не коровы и не кони. Значит, так. Видишь вон те горы? Путь твой лежит туда. Не сворачивай с этой тропы, пока не дойдешь до расселины. При встрече с местными – будь вежлива, но осторожна. Жители здесь разные…
– А здесь еще и кто-то живет? – искренне изумилась я, глядя на череп, белеющий в пыли у моих ног. Но тут же отвернулась – зрелище было неприятным.
Что-то черное коротко мелькнуло в воздухе, а в следующий момент череп разлетелся вдребезги, расколотый мощным клювом.
– Да, кое-кто здесь живет, – ответил Ворон, в человеческом облике возникая рядом со мной. – И не все будут тебе рады. В общем, иди по этой тропе, а там – начинай спускаться.
– Где именно?
– Увидишь сама. Не спутаешь, смею уверить.
Я пожала плечами.
– Спускайся до тех пор, пока не увидишь два янтарных огня. Два больших янтарных огня вдали, там и будет то, что тебе нужно. И не вздумай спускаться ниже – оттуда даже я тебя не смогу вытащить. Ну, ступай.
– А… вы не пойдете со мной?
– Скажем так, я буду рядом в трудный момент. Ведь это твоя вещица?
На его ладони возник золотой перстенек с зеленым камнем.
– Точно, мой! Я не помню, куда сунула его… а откуда он у вас?
Ворон проигнорировал мой вопрос:
– Он поможет мне найти тебя в случае опасности, так что пусть будет со мной. Ну что ж, иди. Дальше сама разберешься, что здесь к чему.
Он замолчал, и я спросила, глядя по сторонам и под ноги:
– А что это за город разрушенный? Что здесь случилось?
Ворон, уже сделавший шаг прочь от меня, обернулся и коротко ответил: