Светлана Олонцева – Дислексия (страница 5)
Интересная эмоция. А что вы чувствуете прямо сейчас? Закройте глаза и послушайте себя. Рамиль, убери это с парты, что это?
Порох.
В смысле?
Откуда он у тебя? Останься, пожалуйста, после уроков.
А как вы думаете, зачем надо понимать, какие эмоции мы испытываем?
Чтобы не обосраться.
Ваня!
Что?
Ты знаешь.
Чтобы контролировать и не злиться.
Злость плохая эмоция?
Плохая.
Почему?
Потому что, когда злишься, можно сломать кому-нибудь голову.
Не нужно ломать голову, можно со злости написать контрольную на пять.
Мне кажется, эмоции не бывают плохими или хорошими, мы их испытываем, и они проходят. Если вы чувствуете злость, это нормально. Если чувствуете любовь – прекрасно. Коля, что ты чувствуешь?
Коля сидит на первой парте, он вылез из-под стола. Коля изобретатель, подвижный инженер, СДВГ, ни минуты покоя. Саня забирает у Коли листы, которые он выдирает из тетради и рвет на маленькие кусочки, чтобы плеваться через ручку.
Коля встает, снимает очки, трет стекла краем рубашки.
Все в порядке? Почему ты встал?
Мне надо выйти, говорит Коля, его потряхивает, рука рисует на парте знаки. Я побегаю и вернусь.
Саня и Коля договорились: когда Коле становится плохо, когда он ни минуты больше не может сидеть, только тогда. До третьего этажа и обратно.
Коля подтягивает штаны и выбегает из класса. А Саня боковым зрением ловит вспышку. Девочки ахают и зажимают носы: фу-у-у.
Пахнет паленой кожей. Рамиль отчаянно машет руками. Еще один изобретатель. Каждый день новые эксперименты. Сегодня порох.
Саня нависает над Рамилем. Она чувствует злость.
Рамиль странно так улыбается. Спалил себе брови, поджег челку, но улыбается.
Рамиль, после уроков пойдем к завучу.
Рамиль молчит. Саню жжет эта его улыбка. Он улыбается не виновато, не смущенно, а лукаво. Он смотрит на Саню и улыбается, как циничный взрослый. Он похож на черного лиса. А Саня похожа на курицу.
Иди в туалет, умойся.
Не пойду.
Саня выдыхает. Считает до десяти. Не помогает.
Саня выходит из кабинета. Ей надо подышать. Злость – это нормально. Она побудет в ней и пройдет.
На скамейке полулежит Иванов. Руки в карманах, ноги в стороны, ему хорошо тут лежать, ничего не делать.
Иванов, иди в класс.
Что-то не хочется.
Иванов потягивается и зевает. Смотрит на Саню: что ты мне сделаешь?
Саня не знает, что может сделать. Однажды она вывела Иванова из класса, тащила за руку по коридору и кричала. Она так кричала, что из кабинетов высунулись учителя. Она не помнила потом, что кричала, не слышала своего голоса. Она поняла по реакции тех, кто вышел из кабинетов. Они перешептывались в учительской. Шушукались за спиной.
Потом Саня плакала. Она больше не будет кричать никогда-никогда, говорила. Не пойдет в школу завтра. Не войдет в класс снова. С нее хватит.
По коридору идет Нинель Иосифовна. Перед ней распахивается дверь кабинета, выходит Рамиль, спокойный, как танк в анекдоте, спаленный, как Москва в «Бородине». Нинель Иосифовна останавливается, ведет носом.
А что происходит?
Саня смотрит в пол, молчит.
А что у вас происходит?
Нинель Иосифовна заходит в класс.
Класс встает. Поднимаются все, и Дуня, и другие принципиальные. Вытягиваются в струну, в идеальную вертикаль. Нинель Иосифовна не спеша проходит к доске. Стоит перед классом. Стоит тишина в классе. Саня вжимается в угол.
Я вам запрещаю, слышите, запрещаю на уроке выходить из класса. Пока не научитесь себя вести. Терпите, ходите под себя, носите подгузники, делайте что хотите, ссыте в штаны. Но во время урока ни один из вас больше не выходит.
Нинель Иосифовна наклоняет голову и встречается глазами с каждым. Каждый должен поймать посыл и опустить виновато голову.
До конца урока остается две минуты. Саня пишет на доске домашку: сочинение на полстраницы. Выбрать одну эмоцию и сравнить ее с животным, с предметом, с цветом. Выразить свое отношение к ней.
Саня получит много грусти, одно одиночество, один страх и одну радость. Она сфотографирует детские почерки и некоторые отправит Горошку. Как грустно, напишет Горошек.
Александра Сергеевна, спасибо за урок!
Саня научила их этим словам: спасибо за урок, говорила она каждый раз после любого, даже самого провального часа, а они ее обнимали всегда, даже если она все провалила. Благодарности и объятия – это совсем неплохо, думает Саня, собирает рюкзак и выходит из класса.
В коридоре к стене жмется Анжей.
Мне надо зайти к завучу, подожди меня, не уходи.
Я буду в столовке.
В столовой
Поначалу Саня в столовую не ходит.
Столовые в местах с хештегом Фуко (больницы, детские сады, другие госучреждения) оказывают самое угнетающее влияние, говорит она. Мы обсуждали это, и она дошла до того, что вспомнила поездку в Веймар, в Бухенвальд.