реклама
Бургер менюБургер меню

Светлана Нарватова – Королева кабачков сегодня в ударе (страница 4)

18

А ещё на поясе у него висело оружие. Тома ни у кого из прохожих, кроме местной стражи, оружия не видела.

Ну и главное — осанка и взгляд. Всё это выдавало в мужчине человека, облечённого властью.

Или «обречённого». Тома считала, что власть никому ещё счастья не принесла.

Только проблемы и инсульты с инфарктами.

— Как ты разговариваешь с вирником? — Лицо мужчины покрылось тонким налётом снобизма.

— Я же не знала, что разговариваю с вирником! — Тома и кто такой «вирник» понятия не имела. Может, это вообще фамилия? Или имя? — Я ведь только вчера в Любавицы приехала!

В этот момент дверь лавки, в которой скрылась тётушка Марж, распахнулась. Бабулька, широко улыбаясь, спешила на помощь.

— Господин ВладАн! — распахнула она объятия, будто это был её дорогой родственник. — Так давно вас не видела! А это моя внучатая племянница, Томочка. Приехала погостить к немощной старушке!

Тома обратила внимание, что в этот раз бабулька не стала называть её мнимое место жительства. И что-то подсказывало, неспроста. Не из-за того, что забыла.

— Негоже юной девушке в одиночестве бродить по торжищу! — упрекнул бабульку вирник Владан.

А Томы будто не было вовсе. Будто она права голоса не имела, а одиночество было запрещено законом.

И тут у Тамары словно в голове щёлкнуло! «Если в августе с тобой никто не поделился кабачком, ты очень одинокий человек», припомнилось ей.

— Вы совершенно правы! — воскликнула она, вознеся указательный палец к небу. — Не дело быть одиноким! Особенно на торжище. Тётушка Марж, вы обещали мне показать, где тут можно продавать ваши волшебные кабачки!

Идея есть, теперь нужно её реализовать.

— Волшебные? — недоумённо переспросила старушка.

— Тётушка, не жадничайте! У вас такой урожай в этом году! Думаю, вполне можно поделиться с другими жителями Любавиц!

Тамара не рассчитывала, что бабулька схватит идею на лету, но надеялась, что та хотя бы не будет спорить.

— Я ведь у бабушки… тьфу! Тётушки! — поправилась Тома. — … тётушки Марж из-за кабачков оказалась!

Глазки старушки забегали, и она сразу притихла. Видимо, не разрешалось в Любавицы кого попало из чужих миров притаскивать. Не гладили за такое по головке. А то и за подпольный экспорт кабачков могло прилететь. Насколько суровое ей грозило наказание, оставалось только гадать. В местных законах тут разве что господин вирник разбирался. Да только к такому суровому мужчине пока подход найдёшь, пять пар китайских сланцев стопчешь!

— Знаете, ведь кабачки тётушки Марж способны творить чудеса! — проговорила Тамара достаточно громко, чтобы окружающие зеваки услышали. — Только тс-с-с-с! — Она сделала вид, что сама испугалась своей болтливости.

— Да-да! — скептически фыркнул Владан-Чурбан. — Кабачки у вас чудеса вытворяют, а тыквы — вообще в сказки просятся!

— Конечно! Я из них кареты делала! — возмущённо вмешалась в диалог старушка.

Господин вирник недовольно скуксился, однако не возразил. То ли предмет обсуждения был неподъёмным — в смысле, все знали, что бабулька по нему ку-ку, тему старались лишний раз не поднимать и разговоры по ней не поддерживать, то ли превращение кареты в тыкву таки имело место быть.

Хотелось бы, чтоб второе.

— Видите! — поддержала Тома и заметила, как притихли люди вокруг. Это хорошо. Нет лучшей рекламы, чем сарафанное радио. Особенно если радио и прочие масс-медиа ещё не изобретены. — В общем, чудесные кабачки у тётушки Марж! Если заклинание нужное знать, — добавила она, покачав пальцем.

А то вдруг особо предприимчивые жители Любавиц к утру их от избытка кабачков избавят? Вирник-то — мужик на вид грозный, да кто знает, насколько его боятся? Бабулька вон ворует людей из чужих миров как здрасте. А тут какие-то кабачки…

Глава 4

Магипуляции

— Томочка, а про какие такие волшебные кабачки ты говорила господину Владану? — тихонько спросила бабулька, когда полная энергии Тамара тащила её домой.

— Про ваши. Тётушка, — Тома встала среди дороги и повернулась к собеседнице, — я понять не могу: вы их продать хотите или как?

— Но ведь нельзя же людей обманывать, — встревоженно покачала головой старушка.

— Я никого не собираюсь обманывать. Только скажите честно, тётушка, палочка действительно волшебная?

— Конечно! — бабулька выглядела оскорблённой.

— Замечательно! — Тамара потащила бабульку домой. — А вы можете показать мне пару заклинаний?

— Могу! — сразу согласилась та. — Их у меня много! — Тома облегчённо выдохнула. — Целый шкаф!

— Шкаф⁈ — Тома вновь затормозила.

— Д-д-да… — потеряла запал тётушка Марж.

— Так вы сами ими пользовались когда-нибудь⁈

— Конечно! Только забыла я уже всё! — напомнила она, будто это у Тамары были проблемы с памятью.

— Точно. Ладно, — решила Тома. — Будем брать шкаф штурмом!

Шкаф оказался такой, что штурм бы не помог.

Только осада.

Длительная осада.

Это был тот самый шкаф на чердаке, до которого вчера у Тамары не дошли ни руки, ни ноги. Заклинания были записаны на отдельных листочках. Когда-то они, возможно, были собраны в книгу. Или тетрадку. На худой конец, папку. И, видимо, не в одну. А теперь всё это лежало вперемешку. Ворохом.

Радовало одно: тот, кто всё это писал, был достаточно организован, чтобы проставить номера страниц. Иначе бумажки действительно годились бы только в топку. На листках, как назло, заклинания были записаны частично. Они начинались на одном, заканчивались на другом. Поэтому Тамара, вооружившись терпением и кружкой тёплой воды, стала раскладывать их по порядку номеров. Работы было ещё не на один день.

Каких только заклинаний не нашлось в шкафу у бабульки Марж, если это всё не записки шизофреника! «От белого червяка в Королевском саду». А если сад не королевский, не сработает? «От снежного бурана в Первое полнолуние». Первое полнолуние от чего и чем этот буран страшнее остальных? «От грудной жабы Первого тайного советника». Тут вообще масса вопросов: поможет ли второму советнику? А если советник не тайный? Тома бы своей свекрови такое отправила. Вот у кого жаба так жаба! Прямо Жаба! С большой «Ж» во всех смыслах этой буквы.

Разбор бумажных завалов не прошёл даром. Среди огрызков заклинаний без начала, конца и, порой, середины, не иначе как чудом обнаружилось целое. Называлось оно «Детские радужные шары для праздника».

Тома метнулась на первый этаж за старушкой. Но старушки в доме не оказалось. Зато коряжина, которую тётушка Марж поименовала «волшебной палочкой», лежала на столе. Будто специально!

Тамара решила, что ничего страшного не случится, если она займёт палочку в экспериментальных целях. Это же для общего блага!

Тома крадучись (хотя с чего это она крадётся, аки тать в ночи?) поднялась на чердак. «Встать лицом на восток, ноги на ширине плеч», – было написано на листочке. Описание условий для заклинания обычно занимало в несколько раз больше места, чем само заклинание. «Радужным шарам» в этом смысле очень повезло. Условий к ним было неприлично мало. Не то что в «жабе», где ещё Луну в каком-то асценденте нужно было ловить, да исключительно в полночь, и символы на земле изобразить непременно пеплом осины, выращенной на помёте летучих мышей. Бедный Первый тайный советник! Страдать ему от жабы всю жизнь!

«Удерживая магипулятор левой рукой под углом 30°…» Тридцать градусов к чему⁈ «…совершать поступательно-вращательные движения сходящейся спиралью по часовой стрелке из левого верхнего угла в направлении центра земли». Центра земли вообще или относительно владельца магипулятора?

Тома попыталась прикинуть по солнцу, где тут восток. По всему выходило, что в направлении чердачного окна. Видимо, домик маразматичной феи был построен с учётом сторон света. Очень удобно, когда под рукой нет компаса.

Тамара встала в исходную позицию. Ну не выйдет волшебства — так хоть зарядку сделает. Приметилась с наклоном палочки. Тридцать градусов! У неё что, транспортир в кармане⁈ По часовой стрелке… Когда циферблат перед тобой, ход этой неладной стрелки представить гораздо проще! Тома начала движение, и почувствовала, как сгустился воздух. Ей казалось, она вращает палочку в бочке загустевшего мёда, с таким трудом та шла. И когда наконец кончик коряжины завис в нескольких сантиметрах от пола, на её конце пробило искру.

Тома от испуга даже выронила палку, хотя помнила, что дерево ток не проводит.

Кажется.

Но это не точно.

Трясущимися от волнения руками Тамара попробовала сделать то же самое, только с одновременным чтением заклинания. Текст был таким, что она чувствовала себя аниматором на утреннике в детском саду:

'Радость всем доставит шар,

Радужный волшебный дар.

Полетят они гурьбой.

Что поймаешь — будет твой'.

Завершение стишка совпало с нижней точкой рисуемой в воздухе спирали, и на кончике «магипулятора» появился… мыльный пузырь!

Стоило ли столько усилий? Она таких безо всякой магии может надуть миллион! Тамара в сердцах швырнула палку, и пузыри полетели из неё, как из пасти детской мыльнопузырной игрушки.

Чердак засыпало слоем переливающихся на солнце прозрачных шариков. Только в отличие от мыльных пузырей, они не лопались при встрече с полом.

Тома коснулась пальцем ближайшего.

Он выдержал! Вот что значит волшебство! Тамара в исследовательских целях попыталась его проткнуть. Палец прошёл сквозь стенку. Пузырь не лопнул.