Светлана Нагибина – Пашня. Книга стихов (страница 5)

Тивериада

Моя Тиверия – приют надежды, Где Сам Спаситель ходит по водам. Мы снова вместе, древний Кинерет. 25 Разлит рассвет в медлительные воды, Пологих гор отроги ждут Христа. Проста, с холста сошла Тивериада 26 Из ада темноты и скорби на горе. На заре каждого дня Для меня стелет свои тропы В потопы слов. Хлебов ячменных, Рыбы хватит всем, Где нем и кроток на водах Иисус. Особый вкус Его хлебов, Свободными делает он рабов. На каменистых склонах Тиверии Я слышу мерные песни певчих, Крики чаек, мягкий бриз с моря. Ни горя, ни голода лютого нет В окрестностях озера Кинерет. Я вижу людей, их много. И будто дорога знакома, Дорога в храм из дома. Спешки саркома Содома верней. Запутанных дней маяк угас, Но слышу в тумане ночи Очень знакомый глас: – Не бойтесь, это я. Мистерия веков, Тиверия — Прохлада тысяч лет, О своды храмов бьётся Кинерет.

Зима. Галилейское море

Чан моря, кипение бури И ночи зловещие фурии Ласкают, их цепки объятия. А братия? Беды черватее 27 Язычества бьют в языки волн, Чёлн полон паники. «Британника» матросы раскосы, 28 Вод торосы, папиросы Затухшие, вопросы курносы. В четвёртую стражу страждут и, вторя Морю, метутся подле горя, Споря. В злобе идя к гонцу. Венцу и штормы к лицу. По шее волн лёгкий чёлн Шёл, лёгок и полн. Мелькание, мельтешение — Медленное сближение Грешных с вечностью. В бесконечности Всё ещё огоньки папирос И Галилейского моря заносы, Торосы. Сливается время в чан, Тяжёлой луны кочан, Накренился пузом, грузом. Юзом скребёт по дну Неведомую никому Корму. Лишь морю, Что вторит и спорит, И пенит, и бреет время, Семя веры сея меж теми. В чьё темя бьётся Четвёртая стража ночи. Нет мочи пророчить.