Светлана Малеёнок – Выжить дважды (часть 2) (страница 64)

— Ух, какие мы грамотные! — съязвил Брут.

— В том-то и дело, что бутыли из стекла делали наши предки! И теперь этих хрупких сосудов на Земле осталось очень мало! И оттого они так ценятся! — сказала Марта.

— Ладно, хватит об этом рассуждать! Есть сильно хочется! Только, может, по глоточку сначала? — предложил Роджерс. — Ну что, Копатель, угостишь?

— А для чего я её доставал? Бутыль эту. Конечно, угощайтесь! — И, с этими словами, старик, откупорив стеклянную емкость, сделал большой глоток, молодецки крякнул и передал спирт старпому.

Роджерс, ни на кого не глядя, словно боясь передумать в последний момент, быстро глотнул из бутылки, поперхнулся и, обдав рядом сидящих веером спиртовых брызг, сунул в рот свою порцию сырой рыбы и принялся быстро пережевывать, мыча, не то от пожара во рту, не то от удовольствия от еды.

Кельвин и Брут непочтительно покатились со смеху. Роджерс зыркнул на них налившимися кровью глазами и глухо прорычал:

— Ну, теперь ваша очередь показать пример старику. Сосуд с огненной водой оказался в руках у Брута. Парень пожал плечами, уже не так уверенно улыбнулся и... осторожно понюхал содержимое. — Фу-у-у! Что это?! — завопил он, вытирая кулаками заслезившиеся глаза. — То вино, что я пил раньше, очень приятно пахло, а это словно огнем в носу обожгло! Разве это можно пить?!

— Можно, сынок! Ещё как можно! — кивнул явно повеселевший Копатель и, взяв у Брута из рук бутыль с огненной водой, сделал еще один гигантский глоток. Вслед за этим послышался грозный рык и довольный выдох. От этого выдоха всех женщин словно отбросило в стороны.

— Ой! Какая гадость! — тоненько пропищала Людмила!

— Да уж, это тебе не цветочное вино! — вторила ей Надежда, морща очаровательный носик.

— Дайте мне, — выкрикнул Кельвин. — Теперь моя очередь!

— Тебе нельзя! Ты и так безголовый! — засмеялся Брут. — А от алкоголя, боюсь, совсем дурной станешь!

Кельвин потемнел лицом от оскорбления, но промолчал. Взяв из рук старика бутыль со спиртом, выдохнул и сделал быстрый глоток. Затем, резко, со свистом втянув в себя воздух, парень затряс головой и засунул в рот свою порцию рыбы.

Все с интересом наблюдали за его действиями.

— Ну, мужик! Уважаю! — крякнул довольно старик. — А теперь ты, — кивнул он Бруту. — Женщины нюхают, мужчины пьют!

Брут потемнел лицом от обиды, молча, вырвал из рук Кельвина почти ополовиненную ёмкость и глотнул. На суд зрителей предстали выпученные глаза парня и его ноги, отчего-то мелькнувшие в воздухе. Ещё мгновение, и их всех снова окатило брызгами из пещерного озера. Пока женщины, пытаясь прийти в себя от ледяного душа, хлопали ресницами и отряхивались, мужчины достали из воды злого и трезвого Брута. Пробурчав себе под нос нечто нечленораздельное, парень отправился в темный угол пещеры и принялся стаскивать с себя одежду.

Мужчины вновь уселись на свои места, растерянно переглянулись и одновременно фыркнули от смеха. Пытаясь подавить рвущийся наружу хохот, они быстро сделали по глотку спирта, причем, похоже, даже не почувствовав его обжигающего действия.

Женщины, продолжая приводить в порядок свою одежду, со всё возрастающим беспокойством посматривали на мужчин, замечая, как всё сильнее и сильнее меняется их поведение. Они то пыжились, делая грудь колесом, то принимались над чем-то глупо хихикать. Кажется, мужчины даже пытались поговорить на какую-то тему, серьезную тему, но разговор почему-то не клеился, обрываясь на каких-то отдельных, невразумительных фразах.

Тем временем Брут всё не шёл, женщины забеспокоились и позвали его.

— Что вам нужно?! — послышался его многократно усиленный эхом голос из-за угла.

И тут же раздался странный шум, писк, а затем вопль Брута. Парень в чём мать родила, выскочил из-за угла и понесся к честной компании, но не рассчитал и, поскользнувшись босыми ногами на мокром полу, с громким криком снова рухнул в озеро. Вслед за ним из-за того же угла вылетела странная серая туча и распалась на множество клочков, которые, отчаянно пища, принялись метаться по пещере. На головы людям начали падать склизкие ошметки, чего-то противного и ужасно вонючего.

Сквозь шум, писк, визг женщин и просьбы Брута вытащить его из воды пробивался гомерический хохот Копателя.

Через некоторое время люди разглядели, что по пещере хаотично летают небольшие крылатые зверьки, и паника сама собой затихла. Посиневшего от холода Брута, наконец, вытащили из воды. Устыдившись своего недавнего всплеска разгульной радости, Копатель отвел парня в сторонку и принялся, не жалея огненной воды, растирать пострадавшего спиртом. Затем заставил парня выпить несколько глотков: «Для сугреву, это чтобы ты не заболел», — пояснил старик.

Остальные члены экспедиции поделились, как смогли, с пострадавшим частью своей одежды. Больше всех смогла отдать Кассандра, она, как самая запасливая, была одета во множество слоев одежды. Так что новый наряд Брута отличался изысканной сложностью. Единственное, чего ему не хватало, так это исконно мужской части гардероба — штанов!

Спутники пострадавшего критически оглядели одеяние парня, и старпом заметил:

— Что-то мне этот наряд напоминает! Вот такое чувство, что где-то я что-то подобное видел! Вот только где — не помню!

— Думаю, что на уроках древнейшей истории, — усмехнувшись, сказала Марта. — Он похож на спартанца!

— Вполне возможно! — кивнул Роджерс.

— Мне всё равно, на кого я похож, — пробурчал Брут, — вот только без штанов как-то прохладно, поддувает, знаете ли!

— Ну, это уж придётся подождать, пока твои высохнут! — пожал плечами Кельвин. — Свои мы уж тебе никак не можем отдать! — И на всякий случай отодвинулся подальше от заклятого дружка.

Брут нахмурился, но ничего не ответил. Он подошёл к Копателю и попросил дать ему ещё спирта.

— А не хватит ли тебе, милок? А то, глядишь, опять что-нибудь натворишь! Да и осталось там уж совсем мало! А у нас есть еще одно важное дело!

— Ой! Неужели опять в это ужасное место возвращаться? — всплеснула руками Надежда. — А можно я здесь подожду?!

— И я! — пискнула Людмила, немедленно покрывшись предательским румянцем. — Незачем ребёнка мучить, мы здесь вас подождём!

— А что! Это, пожалуй, и впрямь хорошая идея! — сказал Роджерс. — Пусть здесь остаются! А мы, — обвел он глазами мужскую часть компании, — пока некий эксперимент проведём.

— О чём они говорят? — обратилась Вельма к Марте. — Они что-то опасное задумали?