Светлана Малеёнок – Многоликий Янус (страница 21)

При слове «синяки», по моему телу прокатилась волна жара, и, моё, так не ко времени разошедшееся воображение, попыталось представить, где именно, на шикарном теле этой прелестницы, могли появиться синяки. Мой взгляд прошёлся… не только по спине девушки. Но, мне снова пришлось взять себя в руки, ощутив на себе изучающий взгляд моего будущего тестя. Я сжал кулаки, — ещё три недели сталось. И я, или женюсь на очнувшейся Авроре, или, наконец, избавлюсь от этого надзирающего взора!

К столу мы больше не вернулись. Похоже, после пережитого, аппетита больше ни у кого не было. Мы продолжали стоять у окна, и разговаривать на отвлечённые темы. Кажется, как всегда, о погоде, когда князь, вдруг неожиданно воскликнул: — Ах, ты ж! – И звонко хлопнул себя по лбу. Мы с Ядвигой вздрогнули и с удивлением посмотрели на князя.

Какой же из меня Хозяин!? – принялся сокрушаться он. — Что даже вина не предложил гостям! – Виктор! — Позвал он дворецкого. – Принеси ка нам лучшего игристого вина из провинции Шампань! И, повернувшись к девушке, спросил: — Ядвига, вы какое, предпочитаете? Белое или красное?

Я замер, поняв, что это очередная проверка для девушки. Но чем простолюдинка, могла ответить на этот вопрос!? Возможно, лишь невнятным бормотанием и зардевшимися щёчками. Тем неожиданнее стал для меня её ответ: — Особых предпочтений нет, но было бы замечательно, если бы у вас нашлось игристое из винограда сорта Белый Шардоне! Но, и из красного Пино Нуар, тоже чудесное вино выходит! – улыбнувшись, ответила девушка.

Князь, не сумев скрыть своего удивления, хмыкнул в кулак, словно, кашлянул, стараясь скрыть от Янины своё удивление, и, кивнул дворецкому, подтверждая этим просьбу дамы. Затем, князь распорядился подать чай с пирожными на летнюю открытую террасу и пригласил нас с Ядвигой пройти с ним на свежий воздух.

Мы вышли в боковую дверь гостиной, на крытую низкой покатой крышей площадку. В самой её середине, стоял круглый, накрытый белой кружевной скатертью, стол. Но граф, подвёл нас к стоящим поодаль плетёным креслам, стоявшим около самой стены. Я отодвинул одно удобное кресло, чуть развернув его, и предложил девушке, присесть, второе кресло, я чуть повернул в сторону Ядвиги, и предложил его графу, а затем, сел сам напротив них обоих. Мы немного посидели в тишине, прислушиваясь к стрёкоту цикад в саду. Наконец, граф заговорил: — Ядвига, — начал он. – Я хотел бы задать тебе один вопрос.

— Спрашивайте! – спокойно ответила девушка.

Граф, словно в нерешительности замялся, и, наконец, спросил: – Скажи, пожалуйста, что именно ты вспомнила, когда очнулась, после падения в колодец?

Девушка задумалась.

Я мгновенно напрягся, похоже, наступил момент истины! Вот сейчас, девушка раскроет свою истинную суть, а я, боюсь, что навсегда разочаруюсь в женщинах! Не знаю почему, но мне очень не хотелось, чтобы Ядвига оказалась такой как все они, — меркантильной и истеричной эгоисткой! Подумав об этом, я увидел перед собой, словно наяву, красивое лицо Авроры, со сведёнными сердито бровями и надутыми капризно губами. А я, чуть не пропустил ответ Ядвиги:

— Что вспомнила? Нахмурив очаровательные бровки, повторила девушка вопрос. – Да ни чего не вспомнила! Скорее, всё позабыла! Я не вспомнила экономку Гарнию, хотя та уверяла, что я должна хорошо её знать. Я не вспомнила повариху Милу, хотя та плакала от расстройства, уверяя, что мы с ней были, чуть ли, не лучшими подругами! И я… я не вспомнила даже своего жениха, Вильяма, — отвернувшись, тихо добавила девушка.

— Жениха? – механически переспросил я, и осёкся, заметив брошенный на меня недовольный взгляд, графа.

— Ваша светлость! Вино игристое из французской провинции Шампань и винограда сорта Белый Шардоне! – важно произнёс дворецкий и подал нам на подносе, узкие бокалы с игристым вином.

Мгновенно лакеи поставили между нашими креслами небольшой плетёный из лозы столик и уставили его блюдами с пирожными. Судя по реакции Ядвиги, по тому, как загорелись её глаза, я понял, что девушка ужасная сластёна! – Нужно запомнить! – почему-то подумал я. И опять вспомнил Аврору, как недовольно поджимала она губы, говоря, что сладости едят только плебеи, не умеющие держать свои желания в узде и всячески им потакающие! Причём, девушка даже не задумывалась, что, по сути, она своим высказыванием, причисляет к плебеям и меня, своего жениха, и даже отца! Так как мы с удовольствием лакомились всеми десертами, что готовила его умелая и изобретательная повариха Мила.

Я принялся наперебой предлагать Ядвиге различные крошечные пирожные. От их, ярких кремовых и ягодных начинок, просто разбегались глаза! Ядвига, не стала ни чего из себя изображать, а с восторгом положила себе на тарелку, по одному с каждого блюда.

— Ого! — Воскликнула она. – Как же их много получилось! Я же не съем столько! А как хочется их все попробовать! – вздохнула девушка, и посмотрела на меня грустными, просящими глазами, маленького потерявшегося котёнка!

Я вздрогнул. Щемящее чувство нежности, буквально затопило меня, лицо опалило жаром, а в ушах застучали молоточки. Я с силой сжал подлокотники кресла, и сухие прутья плетёного кресла, предательски затрещали. С такой силой, мне сейчас захотелось сжать в объятиях это хрупкое, но такое чувственное в этом облегающем все женственные изгибы, тело. Сквозь туман в моей голове, пробился приглушённый голос девушки, она о чём-то меня спрашивала, а я глупо смотрел на неё и молчал.

В глазах Ядвиги, я увидел удивление, и она снова спросила меня: — Князь, вы могли бы мне помочь справиться с этим блюдом пирожных?

— Помочь справиться? — рассеянно спросил я, и уточнил: — Это как?

— Давайте мы поделим пополам каждое пирожное! Так мы все перепробуем и не лопнем от обжорства! – сияя улыбкой, весело предложила девушка.

— Граф, — обратилась она к хозяину замка, — а вы нам поможете? С пирожными?

— Ооо, нет-нет! – поспешно отказался Ларион Саян. – В моём возрасте очень вредно есть много сладкого и мучного! – И, встав из кресла, он сказал нам: — Устал я, пойду, вздремну после обеда!

Мы с Ядвигой, не сговариваясь, вскочили с кресел.

— Сидите, сидите! – сказал граф и обратился к девушке:

— Ядвига, вы ещё не выпили чаю с пирожными. Обязательно их отведайте! Наивкуснейшие пирожные печёт наши Мила!

И, направившись по направлению к двери, вдруг обернулся: — Ядвига, — снова позвал он девушку.

— Да, ваша светлость!

— Я ещё не поблагодарил вас за своё спасение! – сказал граф.

— Разве? – Задумалась девушка. – Да нет, вы сказали мне спасибо!

Ларион Саян засмеялся. И, покачав головой, сказал: — Это была благодарность на словах! Может, я смогу что-то для тебя сделать?

И тут, я опять напрягся. Уже приняв в душе Ядвигу вот такой, воспитанной, образованной, но весёлой и простой девушкой, я боялся, что снова разочаруюсь. Мы с ней были далеки друг от друга, по положению, статусу, я, в конце концов, был уже практически женат. Но, эта девушка, за каких-то пару часов, проникла в моё сердце, и я не знал, что теперь с этим открытием делать.

— Ну, память вернуть мне вы точно не сможете, — грустно улыбнувшись, сказала девушка. Но затем, посмотрев на графа, с проказливой улыбкой смущённо попросила. – А можно мне немного пожить в той чудесной комнате, в которую меня сегодня проводил Виктор?

— Конечно, можно! Она тебе понравилась? – с улыбкой спросил граф.

— Да, она замечательная! И, на много светлей, чем моя прошлая комната!

Кивнув нам на прощание, граф оставил нас одних.

— Ну, что, приступим!? – заговорщицки спросила Ядвига, и с предвкушением, потёрла ладошки друг о друга.

Я рассмеялся.

А потом, мы по очереди разрезали пирожные пополам, и ели, запивая душистым чаем из трав. И, кажется, о чём-то говорили, уже и не вспомню, о чём. Но это было что-то приятное, лёгкое и весёлое. Позже, вспоминая это чаепитие, я понимал, что так легко, интересно и беззаботно, в последний раз, я чувствовал себя, разве только в детстве.

Но всё хорошее, как известно, рано или поздно, заканчивается. Так закончились и наши чудесные пирожные, а с ними, и непринуждённая атмосфера. Мы тогда, с Ядвигой, одновременно стушевались, и, неловко попрощавшись, пошли в свои комнаты на послеобеденный отдых.

Мы шли рядом через гостиную, по коридору до лестницы, а затем, на второй этаж. А пока шли, я физически ощущал, как искры проскакивали между нашими телами, а по телу волнами, прокатывались мурашки. Я не хотел отпускать от себя эту девушку! Уже на втором этаже, когда нам нужно было разойтись по комнатам в разные стороны, я еле сдержался, чтобы не схватить её за руку. И мне действительно, стоило титанических усилий, чтобы не сделать этого. Не помню, как я дошёл до двери своей комнаты, но, зайдя внутрь, без сил прислонился к ней, и буквально сполз на пол. Я долго и бездумно сидел на полу, глядя в одну точку, понимая, что пропал. И, выхода из этой ситуации, я не видел.

Глава 20. Я не одна

На ослабевших, словно ватных ногах, я дошла до своей комнаты, чувствуя спиной пристальный изучающий взгляд князя. Открыв дверь, буквально ввалилась к себе в апартаменты, и вот тут, напряжение последних двух часов дало о себе знать в полную силу! Мне показалось, что из меня, словно вытащили какой-то стержень, тот самый, что помогал мне всё время обеда, держать спину ровно, а подбородок чуть приподнятым.