Светлана Малеёнок – Многоликий Янус (страница 15)

— Передал, ваше сиятельство.

— И? – застёгивая жилет, заинтересованно покосился граф на своего слугу.

— Она приняла его, ваше сиятельство!

— Вот просто так и приняла? – удивлённо воскликнул граф. – И ни какого смущения, ну, или что там бывает у девиц?

— Нет, — ваше сиятельство.

— Забавно, забавно! Да, уж, обед обещает быть не скучным! – пробормотал мужчина себе под нос. – Ну, что же мне из тебя каждое слово вытаскивать нужно!? – нахмурился граф. – Перескажи весь разговор дословно!

— Слушаюсь, ваше сиятельство! – ответил дворецкий и на секунду задумавшись, начал в лицах:

— Ядвига!

— Да, Виктор, слушаю вас!

— Его сиятельство, граф Ларион Саян, изволили пригласить вас сегодня, отобедать с ними.

— Да? Спасибо, Виктор! А в каком часу обед?

— В два часа пополудни.

— Спасибо! Передайте графу, мою искреннюю благодарность! Буду непременно.

Дворецкий замолчал и приступил к завязыванию графу галстука на аглицкий манер.

Граф, минуту пребывал в прострации. Затем, подняв глаза на непроницаемое лицо дворецкого, переспросил:

— Ты уверен, что разговаривал с горничной Ядвигой?

На обычно не проницаемом лице дворецкого, промелькнуло что-то похожее на обиду.

— Да, ваше сиятельство! Уверен. Вот только…

Граф напрягся, и резко спросил:

— Что, только?

— Гарния сегодня, сама не своя. Я бы может и не обратил внимания, но она весь день очень рассеянна, на себя не похожа. И постоянно твердит, что-то про переселение душ. А когда недавно вернулась эта горничная, Гарния прямо побледнела сильно и, замахав на служанку рукой, быстро ушла.

— Дааа, задумчиво протянул граф, — на Гарнию, это действительно совсем не похоже. Давай, быстрее застёгивай запонки.

Глава 16. Снова в своей стихии!

Вильям, удивлённо посмотрел на меня, но, ни чего не спросил.

А я, всё равно начала оправдываться. Что мол, не знала, куда в доме идти, и что в холе не было швейцара, а я побоялась ходить по чужому дому одна, заглядывая во все двери подряд. Поэтому и пошла его искать, но не нашла и вернулась!

И вроде бы почти всё честно! И в холле я была, и сомнения были по поводу шатания по чужому дому без провожатого. Но, как известно, что «На воре шапка горит», поэтому, на всякий случай, я сделала очень честные глаза, мысленно пытаясь скопировать их выражение у кота из мультика про Шрека. Похоже, получилось не очень. Потому что парень скептически посмотрел на меня и хмыкнул, но, опять обошелся без комментариев! Золото, а не мужик!

— Пойдём в дом, — сказал Оливер, — буду снова тебя с Глашкой знакомить! Иди всё же вспомнила что? – спросил и пытливо на меня посмотрел.

Я лишь отрицательно помотала головой.

И только мы направились в сторону крыльца, как со стороны конюшни, раздался истошный женский визг.

Бросив на меня встревоженный взгляд, Оливер коротко бросил:

— Стой здесь!

И, стремглав понёсся к конюшне.

Я лишь зевнула. – Наивный. Уже поздно спешить! Дело-то сделано! – коварно захихикал в моей голове, ехидный голосок. Я лишь успела удивиться, что радуюсь тому, что сделала. Ведь, по сути, я ошиблась и графиня «ускоряющая езда» ездила вовсе не на женихе Ядвиги.

— Как же ты здорово ты её проучила! – услышала я голос Ядвиги у себя в голове.

Как говорится, помяни чёрта, так он и появится!

— Ты теперь, что, можешь со мной разговаривать в любое время? — поинтересовалась я у своей «соседки».

— Не знаю, но уже проще стало! Ты про меня подумала, и будто окошко открылось! – «обрадовала» меня девушка.

А так как я о ней часто думаю, то, похоже, тишины в голове мне больше не видать!

— Да зря я её так, — повинилась я. – Она же не с Вильямом была!

— Ну, так и что!? Ты не представляешь, как давно она с ним заигрывает! Так что не сегодня, так завтра, она обязательно бы его соблазнила! Если уже это не сделала! Я же не могу постоянно быть с ним! – пожаловалась девушка.

— А с чего ты решила, что он променяет тебя, такую молоденькую милашку, на перезрелую бабищу, с сожженными краской, волосами и не здоровой кожей лица?

— Да, но она такая яркая, уверенная в себе женщина! – грустно ответила Ядвига.

— Смею тебя уверить, эта ваша графиня, с яркостью явно переборщила. Так что она больше похожа, на падшую женщину, чем на аристократку! – припечатала я. – Во всём нужна мера! А в макияже, особенно!

— В чём в чём?

— А, ну да, ты же не знаешь, — пробормотала я. – Ну…, — зависла я, пытаясь подобрать понятное описание. – Я про то, что умение правильно наносить краски для лица, тоже нужно умение! И, чувство меры!

— Чего, чувство?

— Ну, нужно краситься так, чтобы мужчина думал, что это твоя настоящая, природная красота!

— Оооооо!

— Но, ты не переживай! Я тебя этому обязательно научу! – пообещала я девушке.

— А ты, откуда это всё знаешь?

— В своей прошлой жизни, я работала… — тут я задумалась, как бы другим словом заменить профессию гримёра. – Я раскрашивала лица артистам театра. Ну, которые на сцене играют спектакли.

— О! Это я знаю! – восторженно воскликнула Ядвига. – Как раз графиня намедни[1] этих актёров привезла! Страсть, как хочется спектаклю посмотреть! – вздохнула девушка.

Наш содержательный внутренний диалог, был прерван фееричным появлением графини Овердрайв, в сопровождении Вильяма. Недавнего партнёра графини по спаррингу в конюшне, с ними не было. Я мысленно усмехнулась. Наверняка, это был чей-то муж или жених, раз так спешно ретировался.

Графиня приближалась, пыхтя, словно паровоз, так, что издалека было слышно. Ещё недавно, искусно выполненная причёска, напоминала воронье гнездо, причём, изрядно поредевшее. Я присмотрелась, и увидела у неё в руке, что-то белое и лохматое. Шиньон! – определила я. Но, поспешно отвела глаза, притворившись, что внимательно разглядываю лепнину, украшающую колонны крыльца.

Но вот, графиня и «мой» жених, подошли ко мне.

— Ты! Ты, мерзавка! Это твоих рук дело! – брызжа слюной, со злостью выпалила женщина и, нависла надо мной, дамокловым мечом.

— Ваша светлость! Уверяю, что вы ошибаетесь! – сладким, как патока голосом, попытался Вильям укротить взбесившуюся аристократку.

— Конечно, это она! – переключившись на мужчину, ткнула в меня указующим перстом, графиня. – Она давно меня ревнует к тебе! Я же видела! И это она подбросила муравьёв мне в платье!

Я сделала большие удивлённые глаза и пролепетала:

— Как? Как возможно подбросить муравьёв в платье? Я что, брала их по одному и сажала на вас!? И вы что, стали бы это терпеть? И, почему я должна ревновать к вам Вильяма? Ведь он мой жених, а не ваш! И мы с ним были сейчас вместе, пока не услышали ваш крик! – и в завершение этой длинной и проникновенной тирады, я сделала самые честные глаза в своей жизни.

Графиня молчала, продолжая сверлить меня подозрительным взглядом. Тогда я решила, что капля лести, ещё ни одному делу не вредила. Да, только капля, главное, не переборщить!

— И, графиня, — смущённо продолжила я, ковыряя в пыли носком моей уже серой туфельки, — как к вам можно ревновать?

Женщина нахмурилась и напряглась, готовая наброситься на меня с новой порцией брани.

Я же поняла, что иду, буквально по тонкому лезвию ножа. Но, вздохнула, и завершила фразу:

— Также нет смысла ревновать солнце, лучи которого падают на моего жениха и слепят его ярким светом! – И, продолжая дырявить, башмачком дорогу, подняла на женщину умоляющий взгляд и шёпотом, добавила: