Светлана Малеёнок – Хищная планета (страница 22)
— Да нет, это просто вода, — голос Ставра был совершенно спокоен, словно мы сидели в абсолютно безопасном месте, а по укрывающему нас камню не лупят поистине бронебойные струи самого жуткого из всех виденных мной дождей. При этом стоял треск ничуть не меньше, чем при камнепаде.
— Даа, сильно Ёлка разозлилась, — задумчиво протянула я, зябко передергивая плечами, так как валун спасал нас от прямого попадания капель, но не спасал от самой влаги. Вода ручьями стекала по нему, образуя в нашем тесном убежище мини-водопад, а затем вытекала наружу, сливаясь с такими же шумными ручьями и образуя стремившийся дальше вниз по склону горы бурный поток.
Позади себя я услышала плеск и довольное фырканье. Обернувшись, я уже знала, что увижу, и поэтому совсем не удивилась, обнаружив Ставроса, плескавшегося под импровизированным душем.
— Всё, я отмылся, теперь ты иди, — тряхнул он мокрыми волосами и отодвинулся в самый дальний угол. — Это чтобы снова не испачкаться, — пояснил он, скрываясь в клубах пара.
Да, хорошо, что хоть наши костюмы не отказались нас обогревать и охлаждать, когда нужно. Не особенно я в этих вещах разбираюсь, но, как помню со слов инструктора, этот костюм работает на энергии от тепла тела владельца, обеспечивая оптимальную температуру внутри себя. Этакий круговорот тепла в костюме!
Начав снимать с себя разгрузку, я передумала. Она, как я сама, была в грязи, поэтому я так и подлезла, как была, под довольно теплую широкую струю воды.
— Лерой, поторопись, мне кажется, дождь заканчивается!
И, правда, поток воды стал слабеть. Закрутившись, словно юла, я принялась вертеться, в попытках успеть смыть с себя как можно больше грязи, и порадовалась, что у меня короткие волосы, а не такая грива, как у этой… Я тяжело вздохнула, вспомнив, как на Ёлку смотрел Ставрос. Мне такой, как она, никогда не стать, уж какая есть. Задумавшись, я вздрогнула, ощутив на своей спине горячие ладони мужчины.
— Что…
— Помогаю тебе быстрей отмыться! — последовал сухой ответ, без намека на игривость, и я снова тяжело вздохнула, механически вымывая из волос песок.
И все же я успела смыть с себя грязь. И теперь мы со Ставросом, нахохлившись, сидели на почтительном, в пару сантиметров, расстоянии друг от друга и дымились, исходя паром.
— Пить хочется, — невпопад сказала я, глядя на стекающие по склону горы мутные потоки.
— Раньше надо было пить, когда купалась.
— Так вода грязная! Она текла по пыльным камням! — возмущенно фыркнула я, словно Ставрос был повинен в том, что предварительно их не отмыл. — Извини, нервы, — буркнула я покаянно.
— Ничего, понимаю.
Мы немного помолчали. Я отжимала руками волосы, хотя в этом не было особой необходимости, костюм неплохо справлялся и с сушкой моей шевелюры, направив блаженное тепло вверх.
— Ставр, как ты думаешь, это не может быть совпадением?
— Ты о чем?
— Ну, про камнепад и ливень. Неужели это всё Ёлка проделала? Мне страшно думать, что у нее такая власть над этой планетой! Тогда она нас в любом случае убьет!
— Давай не будем паниковать раньше времени. От этого чувства погибали даже бывалые стражи. Будем действовать по обстоятельствам и с холодной головой, пусти-ка меня к выходу.
Глава 24. Смертельный бобслей
Благодаря уклону, потоки воды вскоре иссякли, небо тоже очистилось от туч, и мы, наконец, смогли выбраться наружу. Конечно же, по правилам, нужно было разведать дорогу, но, скорее всего, Ёлка не даст мне вернуться назад, к дочери ученого. Мы только могли предполагать, что эта местная всесильная аборигенка выкинет в следующий момент. То, что Ёлка, или, как ее там, Хаайолла, вовсе не дочь потерпевшей крушение на «Хищной» планете женщины, я был совершенно уверен. А вот кто она на самом деле и почему умеет даже управлять природными явлениями, это еще предстояло узнать.
— Лерой, выходи! — я подал девушке руку, а сам зорко оглядывал пространство вокруг нас. Везде только камни, а еще жидкая грязь, нанесенная с верхних склонов горы.
Держась за руки и скользя, мы осторожно спустились по склону метров пять, и окинули грустным взглядом недавнюю «сокровищницу», в которой мы планировали хорошенько так покопаться.
Из выброшенных из пещеры вещей мы точно нашли бы себе что-то полезное. Но сейчас вся эта куча представляла собой нечто ужасное и совершенно не пригодное к использованию. Часть вещей утащило бурным потоком вниз по склону, но все остальное теперь плавало в жидкой грязи, находясь в совершенно непригодном для использования состоянии.
— А я так хотела что-то мягкое для сна найти! Да и пищевые брикеты нам бы не помешали, — вздохнула девушка, подняв на меня грустные глаза.
— Так ты же можешь нагадать животное или рыбу, — удивился я.
На что Лерой смерила меня возмущенным взглядом.
— Ставр, мы что, эту дичь будем в сыром виде, есть? Как я заметила, на этой планете очень живучая флора, я бы сказала, почти бессмертная. Сушняк встретить очень сложно, а желать его я пока еще не научилась. Но, видимо, придется учиться и как можно скорее, — девушка задумчиво окинула взглядом поблескивающий грязью склон горы и покачала головой, — если бы я умела загадывать вещи, то в первую очередь пожелала бы сейчас обыкновенные сани.
— Сани? — девушка всё больше меня удивляла своими необычными идеями, хотя нечто подобное крутилось и у меня в голове.
Моя интуиция в данный момент молчала, не сигналя о возможной опасности, и я решился.
— Лерой, посматривай за входом в пещеру, а я нам санки поищу.
Девушка без лишних вопросов согласно кивнула, настороженно поглядывая не только на пещеры, но и по сторонам. Разумная предосторожность, так как мы не знали, откуда в следующий раз нам ждать «подарок» от коварной аборигенки. Как-то в свете последних событий ее привлекательность для меня померкла. И жгучая обольстительница перешла для меня из разряда «сексуальный объект» в «опасность».
Не теряя времени, я погрузился по колено в жидкую грязь, почти похоронившую под собой множество полезных вещей с шаттла. Мне в первые же минуты повезло выудить оттуда большое противоперегрузочное кресло. Благодаря вспененному материалу, из которого оно было изготовлено, кресло почти полностью находилось на поверхности грязевого озера, придавленное лишь с краю тяжелой пневмодверью. Как люди ее вырвали из направляющих, и для чего она могла понадобиться на пустой, лишенной какой-либо живности, а стало быть, и опасности планете, я не представлял. Хотя… здесь есть другая опасность, от которой эта дверь так и не защитила жителей пещеры.
Смахнув с кресла грязь, я положил его на спинку, развернув сиденьем в сторону склона.
— Санки готовы, садись! — я сделал девушке приглашающий жест.
Было видно, что она сразу поняла мою задумку. Поняла и испугалась, бросив затравленный взгляд на подножье горы, и ее лицо побелело, почти сравнявшись цветом с волосами. Но, к моему удивлению, ни возражений, ни истерики не последовало, девушка, молча, стараясь не поскользнуться, приблизилась ко мне.
— Лер
— Да, я понимаю, — прошептала девушка, на коленях заползая на спинку кресла.
Она боялась, но понимала, что иначе нельзя, и доверилась мне. А доверяя, старалась не создавать мне дополнительных трудностей. В моей душе медленно разлилось приятное тепло. Усадив девушку спиной к сиденью, сам оседлал ее вытянутые ноги и, зафиксировав нас обоих страховочными ремнями, ободряюще улыбнулся.
— Закрой глаза и медленно считай до десяти, — но девушка лишь стиснула пальцами подлокотники и, не отрываясь, смотрела на меня странным взглядом, словно, прощаясь.
Я подмигнул ей и сосредоточился на предстоящем спуске. Оттолкнувшись ногой, наблюдал, как импровизированные сани, разбрызгивая грязь, медленно набирают скорость, скользя по склону.
Кресло дрожало и мелко подпрыгивало на каменистой, сглаженной жижей земле, так и, норовя уйти в неконтролируемый занос, чтобы потом бешено закувыркаться, ломая нас и разбрасывая в стороны. Поэтому я полностью погрузился в себя, мысленно выпустив наружу свои энергетические щупы и чуть заметными наклонами тела выравнивая ход нашего импровизированного болида.
Я медленно приходил в себя, сбрасывая состояние транса. В первое мгновение я понял, что уже больше не трясет, мы стоим на месте, а это значит, у нас все получилось! Во второе мгновение… Я почувствовал мягкие губы девушки на своих губах. Ее руки скользнули с моих плеч вверх, запутавшись в волосах, и ее поцелуй усилился, став более настойчивым и страстным. В голове зашумело, я с трудом разжал одеревеневшие пальцы, вцепившиеся во время спуска в сиденье по бокам тела девушки, и, обняв ее, резко притянул к себе.
Наш страстный поцелуй был прерван громким тревожным звоночком моего шестого чувства. Я с трудом оторвал себя от девушки и, тяжело дыша, принялся озираться, пытаясь понять, откуда за нами наблюдают. Да, я почувствовал пристальное внимание и тяжелый изучающий взгляд, ощущающийся сильным давлением между лопаток. Поднявшись на ноги и мысленно сканируя вокруг себя пространство, протянул девушке руку.
— За нами следят! Вставай, нужно уйти от этой горы как можно дальше.