Светлана Людвиг – Королевский дар (СИ) (страница 37)

— Да, прямой и чистый. Там тоже выход?

Я кивнула, он опять загрузился, я добавила:

— Он выходит к старому храму. А как раз напротив него в Рейхарде выход в мир, где живут такие же существа, как прорвавшийся в тот раз осьминожек. Я подозреваю, что везде, где появляются чудовище, есть сквозные проходы.

Профессор Знаменов снова подумал. Похоже, я загрузила его информацией на всю ночь, а Анжелу работой на ближайшие две недели. Только вот и меня в покое вряд ли оставят. Хотя это лучше, чем ночью по коридорам натыкаться на влюблённых. Интересно, а если Мирослав их запретит, Ария их с Альбиной совсем со свету сживёт?

— Ты как до этого за два месяца докопалась?

— Пусть это останется моим профессиональным секретом. И вообще я хотела бы попросить, если можно, не говорить никому о моей роли в этом деле.

— Чем смогу, — пожал плечами Эдик, немного растерянный.

Мы снова помолчали. Оконное стекло резко вздрогнуло и задребезжало от резкого порыва ветра — я встрепенулась, глянула на улицу. За окном тихо, тая почти на ходу, начинался первый снег. Он был ласковый и пушистый, но временами ветер помимо воли бросал его хлопья в атаку. Наверное, и я похожа чем-то на эти снежинки.

— Что там всё-таки произошло? Шестнадцать лет назад?

— В общем… — Эдик замялся, а потом выпил очередную рюмку и продолжил: — шестнадцать лет назад убили правящую семью. Выжила лишь одна принцесса, но она бежала из Рейхарда. Власть захватил Деянир, старший сын короля от первого брака.

— А почему захватил? Он же законный наследник.

— У нас наследовать должны были дети королевы, — покачал профессор головой. — Причём она сама выбирала преемника. Трудно всё объяснить, да и тебе детали ни к чему.

— Хорошо, поговорим о главном, — кивнула я.

— После этого, где-то через год стали появляться чудовища. Мы считаем их приход божьей карой, поэтому хотим вернуть всё на место и ищем выжившую принцессу. Сторонники Деянира пытаются справиться со всем сами.

— Как зовут принцессу? — зачем-то спросила я. Я не верила в божью кару и невольно поддержала позицию Деянира. Но говорить об этом не стала.

— Мы не знаем, — пожал плечами Эдик. — Спастись могла любая из трёх сестёр: Тереза, Адела или Миранда.

— А с чего вы взяли, что она вообще жива? — вздёрнула я бровь.

— Мы с ней говорили. Но не смогли увидеть. Она не горела желанием сотрудничать.

Эдик заёрзал, явно желая уйти от темы. Вот-вот и заявит: «Пора спать, поговорим завтра». Поэтому спрашивать, как им удалось связаться с принцессой, я не стала, но задала последний волнующий меня вопрос:

— Кто убил королевскую семью?

— Много людей участвовало. Ни один из магов не смог бы справить с королевой в одиночку или с напарником, — говорил Эдик и запинался на каждом слове. Похоже, ему было стыдно мне в этом признаваться.

— А главные «организаторы»? Деянир, Мирослав, ты?

— Ещё пара человек, но их ты не знаешь.

— И после этого, вы не поделили власть? — с укором спросила я, встала, взяла куртку и положила рядом с профессором Знаменовым плащ. — Верни на место, если тебе не трудно.

Уходила я не торопясь, пытаясь осмыслить всё, подумать, поставить себя на их место, на Деянира, на принцессы… Стоя у самого выхода, где Эдик не мог меня видеть из-за книжных шкафов, громко сказала:

— Я бы на её месте не стала вам помогать, — и вышла, неслышно закрыв за собой дверь.

XXIV

Сунув сонного Рэма спящей мне на подушку, Ария обещала управиться часа за два. Но к началу первой пары так и не явилась, и передо мной встал тяжёлый вопрос. С одной стороны у меня пара, на которую не идти нет ни малейшего повода. С другой же — оставлять дракончика одного небезопасно. Это Арию он откровенно побаивается и ничего противозаконного не делает. А со мной ведёт себя так, как ему приспичит, зная, что я ещё и перед страшной хозяйкой прикрою.

— Ну, он же сидит у Арии один. Он людей боится, — размышляла я вслух, как челнок расхаживая по комнате.

— Что-то не заметно, — скептически сказал Игорь, разглядывая довольного дракончика, ползающего за мной.

— Ты же за ним присмотришь?

— Я? — опешил ворон, глядя на меня во все глаза. — Что я сделать-то смогу, если он начнёт безобразничать?

— Ты можешь попытаться его остановить.

— Это самоубийство! — возмутился ворон и заходил по шкафу, точно пародируя меня. — Он же хуже чем ты! С ним даже не поговоришь — сразу за хвост хватает!

— Значит, если что — каркнешь меня! И я приду, — решила я, согласившись с Игорем.

— И что ты скажешь студентам?

— Что у тебя приступ астмы, и ты нуждаешься в срочной помощи.

— У воронов не бывает астмы!

— Ты у нас во всех смыслах уникальный. К тому же они студенты-чародеи, а не медики. Даже с алхимиками было бы труднее, но на сегодня у меня их нет. Всё! — хлопнула я в ладони.

Рэм испуганно моргнул, а потом довольно повторил движение за мной — понравилось. И я заметила в его лапах смятый листок. Ага, кажется, именно его мне Ария передала вместе с Рэмом «для общего развития».

Дракончик, заметив мой взгляд, вручил обрывок тетради, и я, усевшись на кровать, прочитала:

«Не придумывайте сказок, благородный господин!

Этот мир не постоянен, но всегда будет один:

В этом мире нет волшебниц, колдунов и ведунов,

И дорог прямых мощёных в богачи из бедняков.

Место подвигу тускнеет, превращаясь просто в пыль.

Вам ведь тоже не охота будет голову сложить.

Не надейтесь на удачу, в этой жизни её нет,

Не придумывайте сказок — в них всегда будет конец!»

— Бред какой-то, — прошептала я, хмуря брови и перечитывая. — Она ведь знает о магии. И давно. О чём она?

— «Это всё просто образы», — важно заявил мне ворон, глядя на листочек.

— Что именно?

— Не знаю. Ты же мне не зачитала сам стих, — пожал крыльями Игорь, — а про образы сзади написано.

Я перевернула лист. Почерк был уже «свежий», но всё равно принадлежал Арие. Видимо, подпись с обратной стороны она сделала сегодня с утра и специально для меня, а сам стих — старый.

— Опять эти образы. Она намекает, что это всё её выдумка?

— Или наоборот.

Я не успела ничего ответить — за дверью деловито прокашлялся Богдан:

— Профессор, ты опять заснула? Я же тебя на завтраке видел, очень бодренькая была!

— Я поливаю доверенный мне кактус! — крикнула я, раздражаясь.

До чего я довела студентов, раз они думают, что я уснула сразу после завтрака? Или это они меня довели, а теперь волнуются?

— Целый час?

— Это очень вредный кактус! — поддержал меня Игорь. — Ладно, чёрт с тобой! Иди уже. Если с ним что-нибудь случиться — я каркну.

Я присела на корточки и, обращаясь к дракончику, предупредила:

— Я сейчас уйду, а ты веди себя хорошо!

— У, — протянул Рэм, а я чмокнула его в носик.